Оковы огня. Часть 2 (СИ)

— Да. Тогда, тысячи лет назад, мы были всего лишь ещё одним диким, необразованным племенем. Единственное, что у нас было в избытке, так это смелость, решимость и презрение к страху. — Престол странно усмехнулся, словно вспоминал собственную буйную молодость. — Так уж получилось, что мы решили поселиться на земле, которая сейчас именуется Западным доменом. Нам всегда нравились горы, и там их оказалось в избытке, но вышло так, что у нас под боком оказались довольно агрессивные соседи, которые разделяли нашу любовь к горным вершинам и клубящимся вокруг них облакам.
— Драконы?
— Именно. Когда мы впервые оказались в Западном домене, то это место показалось нам раем на земле: густые дикие леса, полные дичи, чистые реки, горные ручьи, и у подножия гор почти весь год было тепло. О чём ещё могло мечтать дикое племя?
Изабелла затаила дыхание, не решаясь прервать Престола.
— Тогда мы не знали, что тоже место выбрали для себя тридцать восемь драконов. По крайней мере такое количество драконов упоминается в летописях, — сказал Его святейшество, заметив вопрос в глазах девушки. — Почти четыре десятка монстров против десяти тысяч человек. Нашему племени не сулило ничего хорошего. Но нам повезло, что драконы проводят в спячке по несколько десятков лет, некоторые — и вовсе по сотне. Об одном таком случае есть несколько упоминаний. После одного из сражений раненный дракон отступил и его больше не видели. Решили, что он не оправился от ран, но сотню лет спустя этот дракон, весь покрытый шрамами, с небывалой яростью обрушился на нас. Но мы уже не были прежними. — Она видела, как расширились зрачки старика, он смотрел сквозь неё, полностью погружённый в воспоминания прошлого.
Изабелла вздрогнула, по спине табуном прошли мурашки, и ей показалось, что сейчас она, действительно, прикоснулась к тайне древности. Она была уверена, что об этой истории кроме Императорского рода знало всего несколько человек.
— Вы сказали, что ваши предки не были прежними. Что это значит? — осторожно спросила она — боялась прерывать размышления старика, но желание узнать тайну разъедало её изнутри, точно яд.
— Мы знали, что горстке людей не победить древних монстров. — Взгляд Престола вынырнул из глубины веков и сосредоточился на собеседнице. — Нам нужно было стать едиными словно один организм, но и тогда у нас было мало шансов. Нам нужно было стать сильнее, намного сильнее. Наши шаманы хотели прибегнуть к магии природы и духов, но драконы практически невосприимчивы к такой магии. Ушли годы, годы, наполненные страхом, яростью и болью. И вот перед нами показался призрак надежды: один из наших Патриархов открыл способность использования Воли. Настоящей Силы Воли. — Его Святейшество усмехнулся.
По парку гулял приятный освежающий ветер, Изабелла чувствовала, как он нежно прикасался к коже, играл с волосами, пытаясь привлечь внимание, но девушка была полностью поглощена рассказом. Пока она не выпытает из старика всё — сгори хоть весь мир.
— Что вы имеете ввиду? — спросила Изабелла. Ей хотелось поторопить Его Святейшество. В голове бились сотни вопросов, или это так стучало её сердце?
Престол поднял руку ладонью вверх, и через мгновение в сантиметре над ней замерцал прозрачный сгусток, похожий на мерцающий огонь.
— Настоящее внутреннее пламя, — сказал старик, в его голосе звучала неприкрытая гордость.
Изабелла с изумлением смотрела на странное явление, ей казалось, что она уже раньше видела что-то подобное. Прозрачный огонь, больше похожий на мираж, на то, каким становится воздух в жаркий летний день. Вдруг сгусток начал изменяться, взвился вверх, превращаясь в острую спираль, а потом медленно вытянулся в лезвие, как у острейшего клинка. Лучи солнца, проходя сквозь него, блистали ослепительным золотым светом.
Престол с добродушной улыбкой наблюдал, как девушка пристально вглядывается во внутреннее пламя. То, что она смогла увидеть его сразу, говорило о её недюжинных способностях. Он улыбнулся про себя: они оказались правы в оценке её способностей. Это делало всё проще.
 
— Мне кажется, я уже видела что-то подобное, — медленно сказала Изабелла, продолжая всматриваться в непонятное явление.
— Да? И где же? — Престол напитал пламя светом, от чего оно из призрачного превратилась в сияющий золотом клинок.
— Его Светлость, — прошептала Изабелла, глядя на яркое лезвие, — он расправился с напавшими на меня в столице демонами при помощи чего-то подобного. И его, — она остановилась, не уверенно глядя на Престола, — пламя, оно было почти не заметно, я едва смогла разглядеть. Мне показалось, что это не магия.
— Всё верно, — кивнул Престол. — Внутреннее пламя имеется у каждого человека, и к магии оно не имеет никакого отношения. Если можно так выразиться, то это сила воли и разума, выраженная в физическом воплощении. У неё множество применений: она может укрепить тело, излечить его, а также усилить и трансформировать магию, — но то, что позволило нам достичь таких высот, — это внутренняя трансформация.
— Что вы имеете ввиду?
— Безжалостность. — Престол остро взглянул на Изабеллу, отчего по её телу прошла волна дрожи, а на спине выступил холодный пот. — Безжалостность к себе, и, как следствие, безжалостность к окружающим.
— Но это же ужасно, — прошептала Изабелла. Ей вспомнились рассказы о непреклонности и бессердечии, которые зачастую проявлял Императорский род. Об этом не раз упоминалось в истории. Но она не думала, что это как-то связано с тайной их предков.
— У всего есть своя цена, не так ли? — С грустью усмехнулся Престол. — Пока мы боролись за собственное выживание, искали силу, способную победить монстров, мы и сами не заметили, как стали превращаться в подобие драконов только в человеческом обличье. Спустя столетия войн и сражений мы одержали победу, драконы исчезли, но мы стали совершенно другими.
Изабелла заворожённо слушала его. А внутри змеёй сворачивался какой-то первобытный страх перед неизвестностью. Куда же она ввязалась? Не хватало ей демонов, так теперь ещё и драконы. Она тряхнула головой, свободные пряди каштановых волос заиграли на ветру.
— Но вы не создаёте у меня ощущение безжалостного монстра, Ваше Святейшество, — осторожно сказала Изабелла. Трудно было представить сидящего рядом старика как зубастого монстра без души.
— Какое первое правило хищника, леди Изабелла? — хитро улыбнулся Престол.
Она с непонимание посмотрела на старика.
— Не спугнуть добычу! — рассмеялся тот собственной шутке.
В ответ Изабелла только и смогла что вежливо улыбнуться, а внутри пронёсся тревожный холодок.
— Простите, не обращайте внимания, — успокоил девушку Старик, видя, что та снова начала нервничать. — У нашего Рода ушло очень много времени, чтобы выработать меры борьбы с нашим наследием. Беспощадные, не ведающие сострадания и привязанности монстры, не способны выжить в таком быстро меняющемся и опасном мире, как наш, не так ли? — спросил он, не ожидая ответа. — После нескольких тяжёлых поколений борьбы с самими собой нам удалось выработать методики тренировки сознания, чтобы вернуться хотя бы частично к нашему изначальному состоянию, при этом сохранив новообретённую силу. С тех пор каждый член Рода, независимо от положения, обязан посвятить свою жизнь собственному развитию и процветанию Рода. Это закладывается с самого раннего детства, когда тренировки наиболее тяжелы. Мы выяснили, что с возрастом характер человека с трудом поддаётся изменению, именно поэтому основные усилия по воспитанию мы прикладываем в детстве и юности. А в пятнадцать лет все без исключения проходят обряд совершеннолетия.
Изабелла напряжённо слушала, стараясь запомнить как можно больше — не каждый день приходится узнавать о традициях Императорского рода.
— Обряд совершеннолетия? — Ей показалось, что она уже где-то слышала о чём-то подобном.
— Именно так. Пройти его — священная обязанность каждого.
— Это сложно? — спросила она. Если учитывать, что ей только что рассказал Престол, то не возникало сомнений, что они придумали для своей молодёжи что-то серьёзное.