По секрету твоя (СИ)
— Такая чувственная, что не можешь сдерживать свое тело. Как же сладко ты извиваешься, — продолжает шептать, нависая надо мной, снова поднимаясь по ребрам к груди, нежно касаясь, а я обвиваю рукой его шею.
И только сейчас, сосредоточившись на теле, а не ощущениях понимаю, что действительно извиваюсь в его руках.
Ох, игра не удалась. Как же приятно бывает проигрывать…
Его рука спускается туда, где копится мое желание, и я жажду этого. Каждое промедление — мука для меня. Я вся превращаюсь в напряженный нерв.
— Тёплая, сонная, готовая для меня… — поцелуи смещаются на щеку, останавливаясь около уголка губ. А я и думать забываю о нечищеных зубах, когда он прикусывает тонкую кожу на моей шее.
Жар его рук окутывает, проходится по телу, проникает под кожу, касается сердца, заставляя его биться чаще от охватившего удовольствия.
— Не больно? — хрипло спрашивает касаясь, проверяя, беспокоясь. Ему тяжело сдерживаться, он тоже на пределе.
Издаю стон, отрицательно мотая головой.
В попытках поторопить Марка, обвиваю мужчину руками, запускаю пальчики в его волосы, а он целует, лелеет, нежит, качая на грани чувственности, но не переходя к единению.
— Пожалуйста… — хнычу, и слышу его тихий смех, и он снова дразнит меня, наслаждаясь.
Черт. Сдерживать стоны становится невозможным, он просто издевается надо мной! Кажется, это длится вечно. Каждый раз я жду, но каждый раз тщетно; каждый раз пытаюсь сама хоть немного приблизить, но Марк контролирует мои движения. Ногти давно впились в его спину, оставляя царапины, вторая моя рука запуталась в его волосах, но это лишь заводит его сильнее, как и мои мольбы.
— Марк, позволь мне, пожалуйста… сейчас… — и снова не разрешает. Уже трижды до и теперь снова.
— Ну же, милая, еще немного… Еще совсем чуть-чуть… — не знаю, чего он добивается, но кажется, умру сейчас.
Хнычу. Почти плачу в непонимании, когда он отстраняется. Перевернув меня на спину, Марк наконец делает то, чего я больше всего жажду.
Издаю вскрик — так ярко, до вспышек, я ощущаю его.
— А теперь чувствуй, маленькая. Возьми всё.
Бешенный темп, вес его тела, рычание и мои крики.
Это потрясающе и ни с чем не сравнимо, настолько сильно и бурно, что поглощённая эмоциями, я захлебываюсь в наслаждении. Марк, покусывая шею именно там, где мне нравиться больше всего, замедляется, давая распробовать. Отдаюсь этому, благодарно обнимая за шею, заведя руки назад. Он надолго захватывает мои губы, словно успокаивая, и наконец сосредотачивается на себе.
Мелко подрагивая, я смакую нас, ощущаю, как по телу распространяется блаженство.
А после Марк прижимает меня к себе спиной, а я глажу его руку, расположившуюся на моем животе.
Глава 10
— С добрым утром, — улыбается Марк, перевернув меня на себя. Мы снова уснули, и вот, спустя несколько часов сна я чувствую себя бодрой.
— Доброе, — шепчу куда-то в грудь. Его руки мягко поглаживают мое тело, пока я обвожу ноготком его пресс.
— Надеюсь ты отдохнула, — поднимаю голову и вижу, как прячутся в его глазах бесята.
— К таким марафонам я не привыкла, — хмыкаю, пытаясь спрятать стеснение за ухмылкой, но щеки пылают так, что я ощущаю это, а улыбка чешырского кота на губах Марка подтверждает мою правоту.
— Смущённая и воинственная — дьявольское сочетание. И безумно возбуждающее, — Мурлычет, выгибая бровь, а я чувствую его руку, спускающуюся с поясницы ниже и ниже…Силюсь отважно переглядеть Марка, но когда его пальцы касаются низа живота, вскакиваю с кровати, пряча распаленное лицо в ладонях:
— Я в душ, — кричу прежде, чем захлопнуть дверь ванной и слышу его смех.
Прислоняюсь спиной к двери, глубоко вдыхаю и расплываюсь в глупой, какой –то блаженной улыбке.
Случайный прохожий наверняка решил бы, что я сошла с ума и вызвал бы больничку, но откуда в ванне взяться случайному прохожему? Это же не аэропорт и не горнолыжный курорт…
Предусмотрительно замыкаю за собой дверь на замок. Возможно, Марк поймет, что мне нужно остаться наедине с собой, однако оставлять ему выбор не стану.
Мысли о моем предательстве не оставляют в покое, но я принимаю реальность: мне хотелось забыться, уйти от прошлого, раствориться в этих мгновениях и пусть сейчас я ощущаю себя мерзко, знаю: оно того стоило. Стоило даже горечи в дальнем углу моей совести, потому что я так же осознаю и то, что повела себя, как последняя проститутка.
Кутаюсь в халат, пытаясь оставить все мрачные мысли в мрачной комнате, как я нарекла ванну; расчесываю волосы и выхожу.
Марк лежит на кровати и клацает в ноутбуке. При виде меня на губах возникает улыбка, и я улыбаюсь в ответ, немного смущенно отводя глаза.
Да. Глупо стесняться человека, с которым было… многое, но я не умею по-другому.
— Наш рейс перенесли на завтра, туман не рассеялся, так что сегодня ты моя. Иди ко мне, — откладывает ноутбук на прикроватную тумбу, и хлопает по постели, приглашая.
Аккуратно присаживаюсь, но меня сграбастывают в объятия.
— Удивительно приятно просыпаться с тобой, Вишня, — говорит, целуя в висок.
— Мне с тобой тоже… — шепчу. И это чистая правда: с Ильей мы никогда не ночевали вместе, но мне и не хотелось никогда. Хотелось исчезнуть.
— Моя юная девочка, от чего ты бежишь в своей красивой головке? — этот вопрос вводит меня в ступор.
— Марк, — заглядывая в его глаза, дотрагиваюсь до щеки, потому что так я ближе к нему и так мне спокойнее, — не хочу врать тебе, но и отвечать не хочу. Пожалуйста, не заставляй меня…
— А ты умеешь врать, Тая? — заправляет прядь за ухо, и я веду головой, чтобы его ладонь оказалась на моей щеке.
Прижавшись, жмурюсь от чувства доверия, заполняющего мою душу. Приоткрываю глаза и пожимаю плечами. В его глазах что-то мелькает. Что-то, что делает его образ чуть мягче, уязвимее. Только лишь на миг.
— Иди сюда, — он садит меня на бедра лицом к себе, опираясь спиной на изголовье кровати, обнимает за талию, а я укладываю голову на его плечо. Знаю, что доверие наказуемо, но слишком сильно хочу верить в лучшее. Поэтому здесь, в этой гостинице хочу оставаться собой до конца.
Хочу, чтобы мне было что вспоминать, если вдруг мой план не выгорит.
Глава 11
Из здания аэропорта мы выходим, держась за руки.
Не знаю, о чем думал Марк, но мне было хорошо. Я понятия не имела, куда заведет нас дорога. Останемся мы вместе или сейчас он посадит меня в машину, и мы больше не встретимся. Зато я точно знала, что никогда не забуду его.
— Поехали, Вишня, — говорит, и мое сердце пропускает удар.
Сейчас. Вот сейчас всё и решится.
Он усаживает меня в мерседес, обходит машину и садится рядом, расположив руку на моём бедре. Только мои джинсы и водитель отделяют меня от первого в жизни секса в машине.
Молчание. Оно давит. Кажется, я никогда не чувствовала себя более живой, чем за эти дни с ним. И сейчас я не знаю, могу ли мечтать о большем. Я старалась не накручивать себя в гостинице и самолете, но сейчас чувства захлестывают и руки начинают подрагивать.
Марк ловит мои ладони и целует, а после притягивает меня к себе, чтобы коснуться губами виска. Остаток дороги я нежусь в объятиях, наслаждаясь его теплом. Интересно, а он моим наслаждается?
Машина останавливается, и Марк помогает мне выйти. Мы стоим друг напротив друга. Я протягиваю руку и очерчиваю его бровь, спускаюсь к щеке, провожу кончиком указательного пальца по губам и кладу руку на его шею.
Я запоминаю его, я прощаюсь с ним. И я так этого не хочу.
Лить слёзы и просить остаться не буду. Слышала, как взрослые мужчины относятся к курортным романам, а у нас именно такой. Не хочу, чтобы он запомнил меня жалкой. Мне уже не пятнадцать, чтобы искать скрытые намеки, почему Марк лично доставил меня домой. Может быть и банальная вежливость, но это еще одно очко в команду Айболита. Илья ведь даже не предложил меня встретить. И проводить тоже.