Пульсация. Книга 1. Марк (СИ)

– Ну, всё… Выплакалась, отвела душу и будет. Давай-ка поправим твою симпатичную блузку и приведём тебя в порядок.
Какое же это неописуемое наслаждение, когда больше не нужно никому и ничему сопротивляться, а наоборот, даже позволяя кому-то ухаживать за собой, давать себя успокаивать, укачивать в нежных объятиях чуткой мамочки.
Элл вообще не задумывалась в те минуты над тем, что же эта женщина с ней делала. Просто разрешала ей всё, что только той не придёт в голову. Тем более что причины были более, чем обоснованы. Ведь Эльвира познала тогда одну из самых архиважных истин – эти руки и этот убаюкивающий волшебный голос никогда не причинят ей ни боли, ни вреда.
– Вот так, да. Молодчинка. Осталось теперь подняться на ножки, подтянуть штанишки и хорошенько умыть это зарёванное личико. Люк, будь добр, принеси нам стул или кресло.
Только сейчас девушка заметила ещё одного вынужденного участника этой безумной и никак не желавшей укладываться в голове драмы: широкоплечего (скорее даже чересчур широкоплечего) мужчину среднего роста, лет под пятьдесят (не меньше), с очень смуглой кожей и жёсткими смоляными кудрями с густой проседью. Двубортный чёрный блейзер классического кроя и вышколенная осанка военного в отставке указывали лишь на одну возможную профпригодность данного мачо. Он явно являлся чьим-то личным водителем и по совместительству телохранителем. А вот чьим именно – догадаться было не так уж и сложно.
  
10 часть
 
…Время, казалось, окончательно остановилось, либо застыло неподвижными молекулами впавших в лёгкий анабиоз секунд в пределах окружающего пространства. Только Эльвире было уже как-то всё равно. Силы пока не спешили к ней возвращаться, да и торопиться куда-то или бежать сломя голову – больше не нужно… Хотя нет. При любом раскладе, ей бы стоило уйти отсюда как можно скорее. И никто бы не посмел её этим осудить. Разве что присутствие спасшей её незнакомки (чьё лицо теперь казалось на удивление смутно знакомым, а не только чарующе притягательным и совершенным) полностью меняло восприятие происходящего с окружающей реальностью до абсолютной неузнаваемости.
Ей помогли одеться и даже обули слетевший с правой ноги кроссовок (на вряд ли она сама сумела бы так скоро привести себя в порядок, так как руки дрожали до сих пор, а пальцы ни в какую не хотели слушаться). За эти минуты Элл успела хоть ненамного прийти в себя, ощущая некое подобие возвращающихся к ней сил со способностью более-менее соображать и что-то при этом делать самой. Тогда-то она и вспомнила о самой важной на тот момент составляющей случившегося, принявшись зашуганно озираться по сторонам.
Зака она увидела в дальнем углу студии, на одном из стульев, возле свалки мебельного реквизита. Водитель-латинос во время своих неспешных прогулок по всему периметру фотостудии то и дело приближался к парню, останавливаясь перед владельцем ателье всего на несколько секунд и начинал пристально сверлить посеревшее, а местами даже позеленевшее лицо горе-насильника убийственно прессующим взглядом.
А вот Марка в самом помещении не наблюдалось. Похоже, он сбежал отсюда ещё после того как набросился на вторгшуюся на его неприкосновенную территорию блондинку словесными нападками. Правда, его куртка продолжала лежать на одном из лабораторных столов павильона, что по сути ни на что и ничем не указывало. Если он жил где-то рядом, то мог добраться к себе домой за прошедшие минуты уже давным-давно.
Вопрос в другом, почему его не задержали? Не заставили сесть рядом с Фильцманом в позе напуганного до смерти маменькиного сыночка, вынуждая обоих ждать неизбежного наказания за содеянное. И почему она не слышит воя полицейской сирены со стороны улицы?
– На ноги встать получится? Тебе нужно сейчас умыться.
Незнакомка помогла ей дойти до ванной комнаты и войти внутрь. Как только глаз зацепило белым очертанием фаянсового унитаза, Элли тут же рванула в его сторону, едва не спотыкаясь и не падая прямо на ходу. Приземлившись на трясущиеся коленки перед абсолютно равнодушным толчком, её сразу же вырвало остатками содержимого желудка.
 
Блондинка почти бесшумно вошла следом и закрыла за собой дверь.
– Если захочешь уйти отсюда, – характерным движением головы женщина указала на другой выход из весьма просторной уборной, которая, скорей всего, ещё несколько лет назад служила в качестве проявочной фотолаборатории, о чём говорило полное отсутствие окон и стеклянных вставок в дверях. А может тут находилось нечто совершенно другое, кладовая или морозильная камера для хранения скоропортящихся продуктов? Вариантов сколько угодно, да и окружающая светло-голубая плитка почти что мозаичных размеров на всех четырёх стенах навевала на много чего исключительное. Как говорится, на что хватит всей твоей фантазии.
Но на многое её не хватило. Потому что думать в эти минуты ни о чём не хотелось. Ну, а сам вид весьма вместительной комнаты с огороженной душевой кабинкой, парочкой умывальников, унитазом и биде вызывали не совсем приятные ассоциации с их хозяином.
– Можешь воспользоваться дополнительным отсюда выходом, тем более, если не намерена возвращаться в студию и любоваться физиономией её владельца.
Элли наконец-то поднялась и кое-как доковыляла к ближайшему умывальнику, включив дрожащей рукой кран с горячей водой. Почти сразу подняла взгляд к широкому, вмонтированному где-то на треть всей стены зеркалу, и посмотрела на отражение блондинки за своей спиной. Та стояла в позе невозмутимой хранительницы чужого покоя, прислонившись спиной к дверной панели и скрестив в изящном жесте на груди руки. Безупречный образ абсолютно уравновешенного человека, всегда и при любых обстоятельствах контролирующего даже самую на первый взгляд безвыходную ситуацию, как и все её возможные последствия. Вот кого здесь было можно по праву назвать стопроцентным хозяином положения.
Новый приступ щенячьей благодарности и искреннего восхищения не заставил себя долго ждать, окутывая девушку нежнейшим коконом воистину целительного покоя. Ощущение надёжной защиты и уверенности в ближайшем будущем в присутствии этой женщины росло и ширилось с каждой пройденной минутой. Будто чьи-то невидимые пальцы ослабляли тугие узлы перекрученных нервов каждый раз, когда Элл сбегала хотя бы мысленно в ментальные объятия своей спасительницы – её персонального ангела хранителя.
– Спасибо! – она попыталась выдавить подобие благодарной улыбки, но на столь ответственные подвиги ей всё ещё недоставало нужных сил.
– Считай, тебе фантастически повезло. – блондинка в ответ слегка склонила голову в знак принятия благодарности, хотя прекрасно понимала, что её здесь появление – не более, чем случайное стечение обстоятельств. Не надумай она приехать сюда сегодня… – Думаю, тебе не помешает показаться хорошему психотерапевту, причём не откладывая в долгий ящик. Может вызвать скорую или лучше сразу подбросить тебя до ближайшей больницы? Рецепт очень хорошего снотворного тебе бы пригодился сейчас как нельзя кстати.
– А вы что… ещё не звонили в службу спасения?
– Ты про вызов полиции?
Болезненно хмурясь, Элл закивала, вернее, тряхнула головой. Нагнувшись над раковиной чуть ли не в три погибели, девушка принялась плескать в лицо очень горячей водой. Дыхание почти полностью восстановилось, сердце больше не пыталось проломить грудную клетку или выскочить через горло наружу, хотя и хотелось прополоскать рот, но, желательно, чем-то покрепче. Правда нервный озноб и не думал сходить, ощутимо усилившись из-за отсроченной реакции. Она бы с радостью приняла сейчас душ, а ещё лучше очень горячую ванну, но только, упаси господи, не здесь.
 
– Я не вызывала копов. – спокойный голос незнакомки в этот раз прозвучал как-то уж слишком… громко, буквально зазвенев вибрирующей акустикой по всей комнате.
Эльвира так и застыла над раковиной в согнутой пополам позе, не зная по началу, как ей реагировать на услышанное. Потом очень-очень медленно выпрямилась и так же не спеша обернулась.