Пульсация. Книга 1. Марк (СИ)

Зак невозмутимо пожал плечами (причём до боли знакомым жестом), не особо удивляясь реакции своей посетительницы, по сути не являвшейся для него чем-то неожиданным и новым.
– Понятное дело, сложно представить себе чужую задумку или то, в какой манере работает фотограф, когда не видишь всего этого на наглядном примере. Поэтому и делаются вначале пробные снимки перед тем, как предложить натурщику полный пакет работы или взяться за большой заказ.
– Пробные снимки?
– Да, что-то вроде предварительных «набросков». Делаю несколько кадров с разных ракурсов на белом фоне, затем показываю на компьютере вариации их быстрой обработки с применением отлаженных фотофильтров и готовых шаблонов заднего плана. – говорил он непринуждённо, с примесью лёгкой скуки типичного профессионала, которому приходится объяснять все эти вещи по нескольку раз на дню каждому новому клиенту. – Сейчас, наверное, нет уже ни одного в мире фотографа, кто бы не использовал в своей работе цифровуху. Страх испортить кадр на фотоплёнке – давно канувшая в небытие фобия.
Мужчина впервые широко улыбнулся, и взгляд девушки тут же зацепился за контрастную щель между его двумя верхними резцами крупных зубов. Как бы он не стелился перед ней, пытаясь произвести приятное впечатление своим безупречным поведением законспирированного кронпринца, никакой ответной симпатии к нему у Элл никак не хотело проявляться. Зак оказался стопроцентным неМарком, абсолютной тому противоположностью, чем и отталкивал от себя, особенно внешними данными. А это выглядело странным даже для Эльвиры. Ведь он ни разу не ругнулся, не сказал чего-то неуместного или пошлого.
– Если данные условия вас вполне устраивают, и вы никуда не торопитесь, могу продемонстрировать свои наработанные навыки прямо сейчас. Причём совершенно бесплатно. – он поднял руки, показывая пустые ладони, то ли «сдаваясь», то ли убеждая в своих честных намереньях. – А там уже решите, нужно вам оно или нет, взвесив все за и против. Что-то мне подсказывает, коллекция из качественных снимков лишней для вас не будет. Я прав или я прав?
– То есть, прямо здесь и сейчас? – девушка, слегка замявшись, ткнула указательным пальцем в сторону пола.
Уж как-то он чересчур идеально стелил. Даже Элл не успела понять, когда и как повелась на его искусную манипуляцию. Ещё и вынудил вспомнить о её личном портфолио, состоявшем по большей части из любительских фотоснимков далеко не высокого качества.
Зак опять пожал плечами и сложил ладони в миролюбивом жесте. Как правило, к подобному способу воздействия на чужое подсознание прибегают профессиональные психологи, когда пытаются расположить к себе несведущего собеседника и изменить его правильное восприятие происходящего на ложное с помощью особого набора визуальных символов, а иногда и целых фраз. Грубо говоря, слегка загипнотизировать. На курсах актёрского мастерства этим приёмам тоже обучают, чтобы актёрам было проще раскрепощаться перед камерой и быстрее вживаться в спроектированный в их воображении образ.
– А что тут такого? Это же фотостудия. Именно этим здесь и занимаются – фотографируют людей с девяти утра до восьми вечера. Другое дело, что сегодня пятница, и я с обеда загибаюсь тут от убийственной скуки… – Фильцман посмотрел на циферблат настенных часов, показательно сверяя сказанное с отмеченным им временем. – Готов поспорить, в ближайшие два-три часа сюда едва ли кто-то заглянет ещё. Поэтому говорю сразу, вы окажете мне неоценимую услугу, если поможете мне отвлечься от утомительного безделья и даже позволите немного поработать.
Что ж, звучало весьма заманчиво и на удивление правдоподобно, особенно в той части, где шла речь про бесплатный сыр. Ещё и времени свободного, как назло, было хоть отбавляй. Мысли о Марке тоже никуда не делись, накручивая свою «морзянку» навязчивой пульсацией в голове.
Единственное, что ставило под сомнение всю эту идеально выстроенную концепцию, это не унимающиеся позывные от растревоженной не на шутку интуиции. И-таки да, эта неугомонная стерва ныла, поскуливала, копошилась эдаким раздражающим зудом под ногтями и едва ли не по всей коже, вызывая одержимое желание поджать пальцы на руках и ногах. Не лучшие ощущения, когда тебе предлагают почти забесплатно сфотографироваться для твоего же портфолио.
 
Можешь ещё раз оглядеться по сторонам, чтобы продемонстрировать свою и без того ничем не прикрытую неуверенность. Чего уж там. Если уж и косячить, так по полной.
Хотя, что тут такого? Обычная фотостудия, в самом обычном старом здании практически в самом центре Пайн-Драйв. Через огромные витрины павильона просматривалась одна из самых людных улиц района с большой площадью перекрёстком из пяти магистралей. Правда, кроме знакомой локации за «окном», улавливалось здесь ещё что-то едва ощутимое и будто бы постоянно ускользающее от глаз. Невидимая дымка призрачной души очень старого для города места. Скрытая в стенах, в вышедших из моды элементах интерьера обособленная энергетика всеми забытого прошлого. То, что всё ещё продолжало жить, присутствовать в нынешней реальности параллельным измерением, но упрямо молчать, утаивая свои страшные секреты в недосягаемых для людей глубинах мёртвой памяти.
Золотые блики естественного освещения вместе с косыми лучами послеполуденного солнца наполняли пустой «вакуум» пространства объёмными галактиками переливающейся пыли. Их причудливый, постоянно переминающийся эфир скользил по воздуху растрескавшимися кадрами старого немого кино, выгоревшего за столь долгое время до тёмно-бардового оттенка с медно-бронзовыми вкраплениями из живых царапин. Минувшее в настоящем. Давно забытое – на сенсорах чувств осязания в капризной реальности. Даже несмотря на внушительную часть новых вещей и современную мебель, призраки прошлого всё равно пытались прорваться сквозь невидимый барьер реального времени с пугающей настойчивостью и упрямством. Протягивали к тебе свои бесплотные руки, заглядывали пустыми глазницами безликих образов в твою душу, вибрируя размытыми силуэтами и беззвучными голосами на границе меж двумя несовместимыми мирами…
Элли нравились подобные игры разума, подобные дома и их гипнотическое воздействие на уязвимый человеческий рассудок. Словно ты на самом деле стоял на границе незримого прошлого и мимолётного настоящего, мёртвого и живого, соприкасаясь с разыгравшейся в воображении иллюзией ложной памяти и ностальгии. Лёгкое скольжение необъяснимого чувства дежавю поверх чувствительной кожи, и ты уже на грани почти сделанного тобою шага – добровольного перехода-погружения в чьи-то чужие воспоминания.
Взгляд девушки зацепился за белый экран, натянутый за невысокой платформой мини-подмостка. Наверное, его очень яркий вид и послужил точкой возврата в пределы окружающей действительности. Не из-за последнего ли он вызвал у Элл чувство болезненного раздражения?
– Понимаю. Вас смущает эта «детская площадка». – Зак натянуто рассмеялся, напомнив о себе и о том факте, что после его предыдущих фраз прошло не более десяти секунд. – Могу вас успокоить – она предназначена только для семейных фото и снимков на документы. По-настоящему профессиональная студия находится за этой стеной. – и указал на стеллаж-горку, никак и ничем не говорившую о наличии скрытого за ней помещения, если не считать двух проёмов с дверьми.
А это уже полностью и кардинально меняло всё дело.
Он реально думал, что она такая вся доверчивая и захочет посмотреть, какой тип мышеловки там установлен?
– Вы ведь уже бывали раньше в подобных местах, когда участвовали в своих первых фотосессиях? Тогда я более, чем просто уверен, что вы по достоинству оцените моё скромное творческое королевство.
 
Но она так и не поняла, как ему это удалось – ловко переиграть всю ситуацию и представить её в совершенно ином ракурсе и свете. Просто взял и поддел её своим вроде как безобидным высказыванием. Она же собиралась отказаться. Сказать, например, что ещё не готова и на самом деле пришла сюда с другой целью. И, вообще, ей уже пора, потому что она вдруг вспомнила, что её напарница по работе просила пораньше её сегодня подменить.