Надежда (СИ)

— Я предлагаю, послать туда несколько ассасинов для разведки, а уже потом, исходя из их информации, планировать план атаки. — внес я разумное предложение.
— Да что там планировать, — скривился командир находящихся тут северян, — там около ста воинов. Остальную полусотню мы разбили еще раньше. Вот вас сорок хиляков и нас две сотни сильных воинов, вполне хватает, чтобы перебить эти "недозубиков". - после чего громко засмеялся своей шутке.
Мне оставалось только непонимающе подумать, как в одном человеке уживается такая добродушность и кровожадность. Ведь он хочет убить всех в замке, включая женщин и детей. А я благодаря телепатии и эмпатии понимал, что он собственно по меркам моего Лорда, условно добрый человек.
— И всё же, давайте подождем моих разведчиков, которые уже вошли в крепость. — настоял я на своем, ни для того он нас сюда послал, чтобы мы погибали в бессмысленных атаках.
Карабир только недовольно на меня посмотрел и немого подумав, сказал:
— Ладно, но недолго, полчаса и в бой, и так разобьем, смысл городить всякие сложности. — после чего он отвернулся и отправился к своим людям, разговор был окончен.
Я же в это время получал информацию от ассасинов, мне хватало сил дотянуться до крепости и немного дальше. По их донесениям выходило, что воины Саблезобого, тоже не выдумывают никаких хитрых тактических ходов или ловушек. Собрали камней и готовятся отражать атаку, стену уже давно полили водой, которая замерзла, прямо на стенах. Луков или арбалетов не видно, а вот тяжелых метательных копий у них в достаточном количестве. Как известно, из высших магов у них только командир крепости Вульф Саблезубый, средний боевой маг по местным меркам, а уж по имперским меркам и того меньше. Исследуя крепость, разведчики нашли места с наименьшей концентрацией воинов Саблезубого. Сотни воинов мало для такой крепости, да и ста пятидесяти, что было раньше тоже. Эти воины ничем не отличались от моих союзников, такие же большие, закованные в броню и рогатыми шлемами, только цвет доспехов другой. Приблизительную тактику штурма выработано, теперь осталось сказать Карабиру, что мы готовы.
Я повернул свой шлем закрывающий мою голову к командиру северян, и телепатически передал ему сообщения, что мы готовы. Тот сначала дернулся, и быстро осмотревшись вокруг, увидел меня на расстоянии пятидесяти метров от себя. Понимающе кивнув, он повернулся к своим и прокричал.
— Приготовится к атаке, быстро моржи недорезанные.
После его криков, воины начали разбегаться по своим местам и выстроились в коробки, окружив себя большими и толстыми щитами, они спрятали в своих рядах людей держащих тяжелые лестницы.
— За Единое Княжество Хлада, в атаку! — прокричал Карабир, его поддержали громкими криками воины этого заново возрождающегося княжества, после чего они взяли легкий бег но аккуратно держа строй, направились в сторону крепости.
Я же указал легионерам на разведанные места для атаки, где находилось маленькое количество воинов, находящиеся по краям стены крепости. Легионеры, оттянули ткань на своей левой руке, и псионикой укрепив ее, превратили в небольшой щит, размером от кончиков пальцев до локтя. Щит имел изогнутую форму ромба, заостренную к центру. Имея такой угол изгиба, этим щитом будет удобно отклонять метательные копья защитников крепости. Моя мысленная команда, и легионеры накрыли щит направленным телекинезом, который будет отклонять копья в сторону, подняли его перед собой, после чего взяли резвый старт к крепости.
Когда легионеры приблизились на достаточное расстояние для метания копий, они тут же попали под обстрел. Они уже имели некоторую известность, и потому воспринимали их серьезней, несмотря на нашу "хилость". Только Карабир в шутку поддевал, тёмных легионеров, но и он считал, что для "хиляков", мы вполне неплохие воины.
Я был вместе со своей когортой, которая, разделившись на три отряда, бежала штурмовать крепость, я был с тем отрядом, который штурмовал самое опасное место. Я сильнейший воин среди легионеров, и без меня потери могут быть слишком большими.
 
Подставив щит, немного боком под копье, я отклонил его в сторону и оно, только поменяв направление, встряло в землю на полметра в сторону от меня. Мы приближались к крепости, в рассыпном строе. При такой тактике, плотные ряды неэффективны и опасны.
Защитники крепости успели метнуть копья всего три раза, как мы приблизились до крепости впритык. Первые три легионера резко остановились и присев, на колено, повернувшись к нам, выровняли свой щит и поставили его себе на плечо. Те, кто бежал за ними, не останавливаясь, опирались ногой на их щит, а потом, используя его отталкивающую силу телекинеза, как трамплин и добавляя к этому свою силу, прыгали на стены. Десять метров, вполне достижимая высота для такого прыжка, и защитники крепости, не ожидавшие такой прыти, не успели достойно встретить залетевших к ним легионеров.
Легионеры, используя имеющийся разгон, били защитников на стене щитами со всей силы, отчего тех опрокидывало на спину, некоторых даже скинуло со стены. Все же они очень тяжелые, и такую тушу просто так не столкнуть. Большинство из упавших на спину защитников, получили укол меча наполненного на острие псионикой. Но воины севера не зря считаются одними из самых сильных и способных воинов, даже в таком положении они умудряются отбиваться. Хотя подняться на ноги им в таких условиях, весьма сложно.
Легионеры, что остались внизу, уже своим ходом, цепляясь за стены и помогая себе телекинезом, за несколько секунд забрались на стены. В таких условиях щит уже не нужен, и потому они его убрали, вернув на место меч, который весь пошел на часть созданного щита.
На стенах завязалось сражение, тёмные, используя свою скорость и гибкость, буквально растекались вокруг защитников, атакуя их со всех сторон, места на этой широкой стене хватало, так что им было, где развернуться. Я тоже принимал участие, и сейчас, похоже, сражался с десятником, который немного выделялся доспехом от других. Все защитники крепости Саблезубого, имели красного цвета броню, а воины Княжества Хлада, темно-синий цвет. Потому мы вполне различали их друг от друга, наши союзники как раз уже забрались на одну из стен и начинали постепенно там закрепляться.
Я отвел длинный двуручный меч своего противника в сторону, и нанес удар телекинезом по ноге, он покачнулся, но устоял. Слишком тяжелый, не хватает силы чтобы его опрокинуть. Я бью мечом сверху в голову, он подставляет крестовину меча и потому имеет возможность основным лезвием отбить мой второй удар, а потом, закрутив его против часовой стрелки нанести удар сверху уже по мне, я решил не рисковать и уклонится от удара в сторону. После чего кинулся к нему в клинч и постарался нанести удар мечом подмышку, но получил закованным в сталь кулаком в голову.
В голове зазвенело, но тело, наполненное для усиления псионикой, выдержало этот удар, и я сразу же нанес удар ногой с разворота в пах. Он тоже защищен металлом, но воин все равно дернувшись, отступил, после чего закричав что-то воинственное, бросился в атаку снова. Я же, использовал пока плохо натренированный пирокинез и кинул струю огня ему в прорези для глаз в шлеме, огонь пока слабый, но брови вполне могут сгореть. Он на мгновение ослеп и открылся, после чего я тут же нанес удар двумя мечами, наполненными псионикой в тело этого гиганта. Одно в сердце, а другое в печень, они очень живучие.
Некоторые даже считают, что это один из опытов магов жизни. Правда по старым документам известно, что они были большими и до Великой Войны, но все же пониже, все были ростом под метра два. Потому, вполне возможно, что разошедшиеся маги немного улучшили этих северян. Но у магов жизни считалось, что у измененных, не работает репродуктивная функция из-за каких-то ошибок, что происходят в теле. Потому, эти изменения, должен был делать настоящий гений.
Гигант покачнулся, переступил несколько раз на ногах назад, а потом, резко зарычав, схватился руками за мечи, что все еще были в нем, не давая мне уйти, но я и не пытался. Я использовал мечами пирокинез и резким толчком силы выпустил его на острие мечей, зажарив его сердце и печень. Теперь уже гигант умер окончательно, и отпустив мои мечи начал падать на спину. Я быстро выдернул с этого трупа оружие, чтобы не упасть вместе с ним.