Апокалипсис (СИ)

Майрен и Лессайр встали в карауле, Теойен принялся подогревать мясо, которое кто-то из них стащил с кухни. Карин сидела рядом со мной и смотрела на огонь. Возможно, мысленно жалела о том, что согласилась выпустить меня из крепости, да ещё и пойти со мной. Но мы обе понимали, что одна я против этой пусть и небольшой группы дедров не выстояла бы. 
— Прости, — прошептала я. — Я не должна была бесчестить тебя перед всеми…
— Это ты меня прости, — отозвалась Карин. — Я должна была тебя удержать. Не дать твоей матери вложить твою руку в его… Просто…
— Было так ужасно, — всхлипнула я, и из моих глаз с новой силой потекли слёзы. — Я не думала, что может быть что-то хуже смерти Сэра Дардиона или Вайенти, но…
Карин обняла меня. Я встретилась взглядом с Сэром Майреном, и мой рыцарь с сожалением отвёл глаза. Всем троим мужчинам из-за меня грозила опасность от мамы. Она наверняка заставит отца их наказать. Но я не видела другого решения. В лесу, в котором мы могли встретить лесных чудовищ, я чувствовала себя безопаснее, чем в крепости, которую населяли чудовища человеческие.
Сэр Теойен перевернул куропатку и принялся ножом разрезать её на порции. 
— Простите принцесса, столовых приборов…
— Да перестань, — перебила его я и взяла из рук мужчины мясо. — Спасибо.
— Рад служить, — улыбнулся он. 
После еды меня начало клонить в сон, и я попыталась предложить себя в караул, чтобы не сидеть на месте, но Карин и Теойен уговорили меня поспать. А сами сменили Лессайра и Майрена, которые устроились на почтительном расстоянии от меня, но всё же довольно близко, чтобы успеть защитить.
Ночь прошла спокойно. Больше никакие дедры к нам не приближались, и на рассвете я проснулась сама. Карин о чём-то тихо разговаривала с Теойеном, Лессайр крепко спал, обнимая то, что осталось от упавшего дерева, а Майрен проснулся сразу же, как только я пошевелилась.
— Извини, — шепнула я, но мужчина покачал головой и поднялся на ноги. 
— Отправляемся сейчас? — спросила Карин.
Я подумала, что у меня, но ей ответил Майрен:
— Поднимай этого хорька сама.
Сэр Теойен засмеялся.
— Как твоя нога? — спросила я.
— Криков было больше, чем повреждений, — смущённо ответил мужчина и похромал к своим вещам неподалёку от костра. — Пройдёт.
Лессайр всё ещё спал, несмотря на то что мы разговаривали во весь голос. Карин нависла над ним, почти неприлично щекоча своими волосами. Я вопросительно посмотрела на Майрена, но мужчина лишь улыбнулся. Девушка тем временем что-то шептала на ухо моему младшему рыцарю.
И вдруг он вскрикнул и отполз на несколько метров от воительницы. Мужчины засмеялись, а Карин с полным достоинства видом поднялась на ноги и отряхнула коленки. Похоже, эта забава была давно известна моим рыцарям. И я ощутила горечь. Как бы я ни была с ними близка, никогда не стану достаточно «своей», чтобы со мной делились такого рода шутками.
Мы пожевали немного холодных припасов и вывели лошадей обратно на дорогу. Трупы дедров так и оставались валяться у обочины. И тут я вспомнила, во что превратился дедр в лаборатории.
— Мы не можем оставить их так, — пробормотала я.
— Нужно сжечь, — ответила Карин на вопросительный взгляд мужчин.
Спорить никто не стал. И хотя на это ушло какое-то время, от трупов не осталось и частички, чтобы превратиться в скверну.
— Спасибо, — пробормотала я, когда мы закончили. — За… помощь и поддержку.
— Мы с вами, принцесса, — кивнул Сэр Майрен.
Карин похлопала меня по плечу и направилась к своей лошади.
В поместье Сэра Дардиона мы прибыли без приключений. Разве что, выглядели так, как королевскому кортежу просто не полагается. Слуги, возившиеся в саду, так и замерли при виде нас. Подумали, наверное, что разбойники — я и Теойен, да и все остальные тоже, с ног до головы были забрызганы кровью дедров после ночной стычки.
— Дорогу принцессе! — прокричала Карин, и тогда уже люди стали замечать нашу броню и родовые гербы на доспехах и ножнах. 
У ворот нас встретила пожилая домоправительница и два крепких паренька с оружием без опознавательных знаков — будто сами его выковали.
 
— Принцесса Орфелана, — поклонилась мне женщина. 
— Приветствую, — произнесла я, стараясь не думать о том, как выгляжу, и слезла с лошади.
Домоправительница была мне смутно знакомой — кажется, в доме Сэра Дардиона она при мне подавала еду. Хорошо, значит она меня узнала. Мои рыцари также спустились на землю и передали животных конюхам. 
— Желаете отмыться и пообедать, прежде чем встретиться с хозяином? — спросила женщина. Она что, всё ещё не знает, что Сэр Дардион умер?
— С хозяином? — переспросила я. — Он здесь? 
— Нет, но Сэр Ракдар собирался вернуться на днях.
Ракдар, вот оно что. Ближайший родственник и наследник по завещанию — точно. 
— Благодарю вас, — улыбнулась я. 
После того, как смыла кровь и грязь с волос и рук, я снова ощущала себя принцессой. Даже платье нашлось — Карин запихала в седельную сумку то, в котором я всегда работала. Когда служанки принесли его, я чуть было не расплакалась. Я совершенно не ожидала такой заботы. Как ей вообще удаётся держать в голове множество таких «приземлённых» вещей?
Облачившись в приятную зелёную шерсть, я попросила девушек заплести волосы в простые нетугие косы и вышла в трапезную. Сэр Майрен смотрел в окно, а Лессайр стоял между входом и небольшим диванчиком, будто прикрывая его собой от меня. Я вопросительно посмотрела на мужчину.
— Принцесса, пожалуйста, не будите их, — негромко произнёс мой рыцарь. 
Я заглянула за его плечо и увидела, как Теойен и Карин, сидя плечом к плечу на диванчике, уснули и теперь касались друг друга лбами. Это было… «непозволительно», как сказала бы мама. Даже нам с Филлиппом она не разрешала такой близости в детстве, не говоря уже о том, когда мы стали постарше.
— Они не делают ничего неприличного, — сказал Сэр Майрен, шагнув ко мне. — Просто оба устали, а…
— Всё хорошо, Майрен, — пробормотала я и прошла к столу. 
Никто не начинал есть без меня, так что служанки начали вносить еду только тогда, когда я села во главе стола. Карин встрепенулась и открыла глаза, а затем удивлённо округлила их, смотря на меня. И оттолкнула мужчину, заодно его таким образом и разбудив.
— Что? — спросила я. 
Сэр Теойен смущённо перешёл от диванчика в противоположный угол комнаты. Он всё ещё хромал, но уже не так заметно.
— Что? — повторила я громче, обращаясь уже ко всем четверым.
— Ты делаешь вид, что не заметила или действительно не поняла? — осторожно спросила Карин. 
Я нахмурилась, как будто упускала что-то важное, как будто начала забывать.
— Отец назвал Вайенти романтиком лишь за то, как он смотрел на меня… — пробормотала я. 
Карин недоумённо приоткрыла рот.
— Что? Что это значит? 
— Это значит, что ты ведёшь себя так, будто прикосновение к соратнику — бесчестье. 
— Мы были не при исполнении, — отозвалась Карин, поправив платье.
— И? — уточнила я. — Вы делали что-то предосудительное? Что-то, чего не делают в присутствии других?
— Нет! — воскликнули Теойен и Майрен одновременно.
Лессайр выглядел более спокойно. Аристократическая кровь не давала ему проявлять чрезмерную экспрессивность. Он лишь положил руку на спинку одного из стульев и произнёс:
— А я говорил им…
— Но я всё равно увидела что-то, чего мне видеть не следовало? — почти оскорблённо спросила я. 
Да если бы они не вели себя все четверо так странно, я бы и значения не придала спокойно спящим Карин и Теойену. Почему они думали, что я такая же, как мама? Я что, давала повод?
Никто мне не ответил ни на тот вопрос, который я задала вслух, ни на второй, из мыслей. 
— Нам всем нужно просто отдохнуть с дороги, — сказала я. — Садитесь есть. 
Карин немного успокоилась и села возле меня, Лессайр — напротив неё, и остальные тоже в соответствии со своим рангом. Я всё ещё чувствовала, что что-то забыла. Это казалось важным, но после небесной вироточины мои мысли слишком легко перепутывались и терялись. Меня душило то, что мы ничего не можем сделать. К чему сейчас соблюдать какие-то приличия, если у мира нет будущего? И неизвестно, сколько мы ещё продержимся как общество.