Апокалипсис (СИ)

Меня догнал Сэр Теойен и с беспокойством спросил, отчего я так поспешно удаляюсь. 
— Проследи, пожалуйста, чтобы никакой из герцогов не последовал за мной, — проговорила я. 
— Конечно, принцесса, — серьёзно кивнул мужчина. — Мне позвать кого-то ещё из гвардейцев? Мы можем проводить вас до покоев. 
— Я думаю, эти предосторожности излишни. Просто… — Я замялась, пытаясь придумать объяснение перед собственным рыцарем. — Королева внушает некоторым мужчинам какие-то надежды на мою руку и сердце, а они только мои. Только я могу распоряжаться ими.
— Я понимаю, о чём вы говорите, принцесса, — сказал Сэр Теойен. 
— И это для меня счастье, — улыбнулась я, а затем поспешила мимо неподвижных крепостных стражников в своё крыло. 
Несмотря на то, что я беспокоилась, остаток вечера миновал без происшествий. Я приказала стражникам у дверей никого в мои покои не пускать, а служанок, после того как они стёрли пудру с моей кожи и выцепили все мелкие заколочки из волос, сама проводила до дверей и опустила засов. Чёрта с два они завтра меня разбудят!
***
Проснулась я от странного скрежета металла о металл. Этот противный звук будто скрёб внутри моей головы, и мне захотелось крикнуть, чтобы он прекратил, вот только я осознала, что этот звук мне не снится. Приоткрыв глаза, я увидела, что кто-то, засунув лезвие в щель между дверьми, пытается отодвинуть засов.
Вскочив на холодный пол, я взяла столовый нож и подкралась к дверям. Где-то вдалеке слышались мужские голоса, но взломщика это не испугало. Возможно, он производил своё тёмное дело прямо на глазах у стражников. Значит, ему хватает положения для того, чтобы подкупить золотом или угрозами дворцовую охрану!
Скрежет до боли вонзался в мою голову, и я прижала руки к вискам, перепачкав вареньем, которое оставалось на ноже после десерта, свои волосы. Мне было всё равно — боль не стихала, и я не могла думать ни о чём, кроме этого. 
Но затем засов упал, и двери распахнулись. Я без колебаний поднесла нож к горлу вошедшего, и тот замер, всего лишь чуть не напоровшись белоснежной шеей на лезвие. Это была женская шея — гладкая и без кадыка. Это было хорошо видно даже в полумраке занавешенной комнаты.
— Фел, это я, — негромко проговорила Карин, отведя мою руку двумя пальцами. 
Услышав её голос, я засомневалась, но рука моя будто не слушалась. Пришлось приложить усилие, чтобы её расслабить и опустить.
Карин выглянула из-за двери, чтобы получше меня рассмотреть.
— Ты не отвечала служанкам. Меня позвали как командира гвардии. 
Я судорожно выдохнула и, наклонившись, окинула взглядом коридор. Стражники неподвижно стояли там, лишь краем глаза наблюдая за мной.
— Заходи, — как можно более ровным голосом произнесла я и закрыла створки за Карин.
Девушка прошла в комнату и огляделась. Затем бросила платье, которое было заткнуто за её кожаный пояс с кинжалами, на мою кровать и раскрыла занавеси. Сама она тоже уже была в бальном платье и с аккуратно заколотыми волосами. 
— Что случилось? — тихо спросила Карин. — Теойен сказал мне, что ты беспокоилась вчера вечером из-за герцогов, но не настолько же всё было плохо, чтобы запираться?
Я стояла в кружке света, щурясь от закатного солнца, и не знала, что мне сказать своей телохранительнице. 
— Это что, варенье? — улыбнулась девушка, указав на мою чёлку.
— Д-да, — отозвалась я. — Нож был в нём… Испачкалась.
Карин понимающе кивнула. 
— Точно не хочешь мне ничего сказать? — мягко спросила она. — Прячешь мужчину под кроватью?
Я фыркнула, наконец взяв себя в руки.
— Войди мужчина ко мне в комнату, я бы скорее спряталась под кроватью от него. 
Карин усмехнулась. 
— Значит, всё хорошо?
— Да, просто мне здесь не спокойно. Мама ещё…
— Я принесла платье на сегодняшний бал. Хочешь, не пойдём? 
Но не успела я ответить, как в комнату бесцеремонно вошли всё те же безымянные служанки и оттеснили Карин к стене, устремляясь ко мне, чтобы вымыть волосы и снова превратить в напудренную надушенную куклу. 
 
— Вчера было неплохо, — пробормотала я и смогла улыбнуться. Вчера ведь и вправду было неплохо. 
— Хорошо, — кивнула Карин и присела на пуфик, рассеянно наблюдая за маячащими туда-сюда девушками. 
Я была рада, что она осталась со мной. Может, сегодня мы весь вечер проведём с ней вместе? Даже если не будем танцевать, то просто поговорим о чём-нибудь, не упоминая мор. В Балтхиоре его присутствие ощущается не так явно. Здесь и до нашествия ели в основном рыбу, а звери встречались лишь глубоко в лесу, а теперь даже волны не случаются. Дедры собираются намного южнее, ближе к другому берегу, где леса гуще и тенистее.
Моя надежда сразу растаяла, как только я увидела королеву, с улыбкой спешащую ко мне в сопровождении того самого герцога, что вчера хотел прикоснуться ко мне в конце вечера. Карин напряглась при виде мамы не меньше моего и оттащила меня за локоть к столу Филлиппа. Элтрисса вопросительно посмотрела на нас, но тут королева воскликнула на весь зал:
— Лана! Невежливо так убегать от матери! 
Я готова была провалиться. Она стыдила меня перед всем двором, как маленькую! А герцог, шагавший за ней, лишь ухмыльнулся. Я поняла — она выбрала мне «достойного жениха». Превосходно. Теперь я до конца праздника от него не отвяжусь!
Мне хотелось найти взглядом папу, я беспомощно оглядывалась, но в зале его не было. Возможно, сегодня он решил провести спокойный вечер. И мне следовало бы поступить так же. 
Филлипп встал со своего места и подошёл к нам с Карин. 
— Что такое, мама? — улыбнулся он. 
— Сэр Шорнар рассказал мне, как чудесный взгляд нашей дорогой Ланы и её грация в танце заворожили его вчера вечером, однако ему так и не довелось потанцевать с ней. И я конечно же взяла на себя смелость дать ему обещание первого танца своей дочери сегодня!
Королева безмятежно улыбалась своей лучшей улыбкой, а другие подданные вперились в нас взглядом, ловя каждый момент этого представления. Мне хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе прямо здесь. Или сбежать и больше никогда не возвращаться в высокородные крепости. Хотелось жить лекаркой в каком-нибудь небольшом городке… 
Но я понимала, что без королевских ресурсов я никогда в жизни не смогу победить мор. Значит, я должна вытерпеть всё происходящее. 
— Я уже дала обещание первого танца, — проговорила я, ища взглядом Сэра Лессайра или Майрена. Хотя бы отца, ибо брат не мог мне помочь и обидеть свою жену, спасая меня. 
— Только иноземный принц способен соперничать за право первенства с герцогом! — отмахнулась мама.
А Сэр Шорнар стоял за её плечом с улыбкой и, казалось, наслаждался моим унижением. Его взгляд совсем не казался мне дружелюбным, и я не хотела ему уступать даже танец. Не говоря уже обо всём остальном, что непременно потребует королева после того, как я ослаблю борьбу. 
— Я пригласила герцогиню Тешер! — сказала я достаточно уверенно и громко, чтобы люди в зале неодобрительно начали перешёптываться. Девушка, в локоть которой я вцепилась обеими руками, стала растерянно оглядываться. 
— Вздор! — ещё громче крикнула мама. 
Это была ошибка. Не стоило мне произносить первое, что пришло в голову! Нужно было позвать Сэра Лессайра или Майрена. Они точно подошли бы ко мне. Они как мои гвардейцы так или иначе должны быть где-то в зале. Но ни один из них не был герцогом, а Карин была. 
Мама разозлилась и, дотянувшись до моей руки, схватилась за неё, а затем вложила в руку Сэра Шорнара. И я с ужасом осознала, что Карин не держит меня в ответ. Обернувшись к ней, я увидела лишь растерянность на лице девушки. Устраивать скандал столетия при всех она явно не собиралась. Всей её дерзости хватало лишь на подколы рыцарей да моего брата…
Когда пальцы соскользнули с руки моей телохранительницы, я обернулась к своему партнёру по танцу. Мужчина крепко держал меня, до боли стискивая мою кисть. Вырваться без яростного сопротивления, синяков и царапин из этой хватки я точно не смогу.