"Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Чаю? — предложила леди Дженкинс, продолжая изображать радушную хозяйку.
— Ну, если у вас больше ничего нет…, — расстроенно согласился.
Выждав пару секунд, рассмеялся, отчего растерявшаяся староста, выглядев в этот момент очень забавно, вновь вздрогнула.
— Это была шутка. Конечно же, буду благодарен. Простите за эту попытку сделать обстановку более непринуждённой. А то вы так пристально смотрите, что, право, мне становится неловко, — слегка пристыдил девушек.
Рассмеявшись, переглянувшиеся девушки и в самом деле немного расслабились. Стали чувствовать себя увереннее. Староста-то знала, насколько я нетребовательный к формальностям и простой в общении, поэтому могла разговаривать со мной свободно, а вот её подругам приходилось основываться на слухах. На том противоречивом образе, что я нагородил вокруг знаменитого “Гоблина из леса” Святой Анны. К тому же, их немного смутил наигранный официоз в моём коротком диалоге с леди Дженкинс.
После того, как завершилась церемония знакомства и всем присутствующим предоставили чаю, с разнообразными десертами, леди Дженкинс взяла на себя обязанности ведущей передачи, — В гостях у сказки. Ответив на несколько самых распространённых, вполне ожидаемых вопросов, в свою очередь поинтересовался, куда делась леди Адамс? Почему я её не вижу в клубе?
— Она вышла незадолго до твоего прихода. Сказала, что сходит припудрить носик и скоро вернётся, — с улыбкой объяснила леди Дженкинс. — Собственно, из-за этого возникло то небольшое недоразумение.
— Глядя на часы, думаю, он у неё оказался длиннее, чем мы ожидали, — рассмеялась графиня Блэкбрук.
— Как и ушки. За это время можно было целого слона припудрить, — развила шутку графиня Хопкинс.
Так совпало, что именно в этот момент вернулась Амелия. С первого взгляда стало понятно, чем она всё это время занималась. Если другие девушки сидели в школьной форме, придя сюда сразу после занятий, то леди Адамс переоделась в чёрное вечернее платье, с неглубоким декольте. Дополнив свой образ дамскими шёлковыми перчатками, до локтя и комплектом золотых украшений с изумрудами, под цвет глаз. Что-то мне подсказывало, вовсе не искусственными.
На минуту в комнате воцарилась пугающая тишина. Если я рассматривал Амелию с удовольствием, безо всякого умысла любуясь красивой девушкой, что она, естественно, заметила, делая то же самое, то подруги на неё смотрели задумчиво-оценивающими взглядами. С лёгким недовольством и возмущением. Кроме, заметно повеселевшей, графини Мэнсфилд, обрадовавшейся такому неожиданному повороту событий. Ей, похоже, сейчас не хватало только корзинки с попкорном и очков для просмотра фильмов в 3D.
Отставив чашку с чаем, староста нахмурилась. Отыгрываясь за испытанную ею неловкость, вкрадчиво поинтересовалась.
— Адамс, ты на что намекаешь? Что ты главная героиня, а мы — безликие статисты? Тебе дорожку, лепестками роз, не усыпать?
— Наверняка решила лишить нас самого ценного, что есть в этой комнате. Внимания гостя. Сэр Йохансон теперь шею себе свернёт, постоянно на неё оглядываясь, — рассмеялась графиня Блэкбрук.
— Тебя в детстве не учили, что с подружками нужно делиться? Или, как минимум, договариваться? — подколола её другая девушка.
— Учили, — довольная произведённым эффектом, леди Адамс с гордостью уселась на свободный диванчик, эффектно закинув ногу на ногу. — А потом постоянно жаловались, что я делилась их вещами с ними же. Пока не перестала этого делать, — бросила на меня быстрый взгляд из-под полуопущенных, подведённых тушью, пышных ресниц.
Поняв, что девушка хотела, подыграл.
— Брать их вещи? — любознательно уточнил.
— Делиться, — улыбнулась девушка, благодарно кивнув.
Получилось так естественно, будто мы сыграли отрепетированную сценку из театральной постановки. Благодарно кивнув, Амелия свысока посмотрела на других девушек. Бросая им некий вызов. Не тот, что предназначался для врагов, а, скорее, для «старых» подруг, с которыми за что-то велось соперничество. Не ставя себе цель обидеть их.
 
Оценив композицию, — «Королева и кто-то там», многозначительно хмыкнув, леди Дженкинс решительно поднялась на ноги.
— Что-то мне тоже захотелось сходить припудрить носик. Девочки, кто со мной?
Три графини тут же изъявили желание составить ей компанию. Четвёртая, отвлёкшись на телефон, отправив пару сообщений и дождавшись ответа, с сожалением сообщила.
— Я остаюсь. Мою «пудреницу» могут доставить только минут через сорок. И то, по воздуху. Вряд ли наш гость обладает столь большим терпением.
— Он обладает не только им, — посчитал своим долгом проинформировать, посмотрев на неё серьёзным, уважительным взглядом, — а значит, подождёт столько, сколько нужно. Не хочу оставлять в расстроенных чувствах ни одну из собравшихся здесь прекрасных леди. Да и только полный идиот отказался бы увидеть такую красоту. Пусть даже это грозит мне смертью от обильной кровопотери.
— Ну что ты. При возбуждении кровь из носа идёт только в мультфильмах, — польщённо рассмеялась девушка.
Краем глаза заметил одобрительный взгляд леди Дженкинс, направленный на меня. Оценившей готовность пойти на такие жертвы. Не всякий мужчина выдержит так долго находиться запертым в чисто женской компании, среди тортиков и модных журналов, в качестве объекта обсуждения.
— Я имел в виду колотые раны, нанесённые в реальной жизни, — разъяснил свою мысль, специально подведя разговор к этой теме. — Например, с помощью перьевой ручки, — с улыбкой кивнул слегка нахмурившейся, раздосадованной леди Адамс, рассчитывавшей, что всё пойдёт по другому сценарию.
В котором единственной и неповторимой королевой вечера, в моих глазах, должна была остаться только она. Затмив собою остальных. Догадавшись об этом, захотел показать Амелии, что признателен ей за приложенные ради меня усилия.
— У неё нет перьевой ручки, — рассмеялась леди Дженкинс, находя эту ситуацию забавной.
— У меня есть, — признался, показав упомянутую ручку. — С радостью ей одолжу, если об этом попросит. Мы же друзья.
Робко улыбнувшись, смутившаяся леди Адамс почувствовала стремительное улучшение настроения. Чему поспособствовал последующий комплимент, сделанный по поводу её внешнего вида. Таким образом, я выделил Амелию, придав ей более значимый статус, по сравнению с остальными членами клуба Чаепития. Намекнув на то, что она и так особенная. Не стоит мешать другим девушкам получать удовольствие.
Вопреки опасениям, этот вечер прошёл гораздо лучше, чем я ожидал. Меня вовсе не донимали каверзными и неудобными вопросами, как на телевизионном шоу. Не просили о чём-то странном. Мы вполне мило побеседовали, хорошо проведя время. Я рассказал о своих впечатлениях от посещения телестудии. О том, как там всё было на самом деле. О зимнем турнире. О церемонии награждения. О буднях в клубе силового фехтования. Вспомнил массу курьёзных случаев. Например, как мы с девушками дурачились у меня в комнате, призывая духов. Как с этим обстояли дела на самом деле. По одной из версий. Я же не сумасшедший, чтобы раскрывать им всю правду. Чтобы придать своей истории достоверность, попросил никому об этом не рассказывать, чтобы не лишать школу таких ярких и будоражащих кровь слухов. На что получил соответствующие заверения развеселившихся девушек, польщённых оказанным доверием.
На вполне ожидаемые вопросы о близняшках Гловер, вызвавших в школьном чате бурю обсуждений и домыслов, отвечать не стал. Извинившись, сослался на чужие тайны, которые раскрывать не вправе. Попросил самим разбираться в этой истории. Что в ней правда, а что нет.
На мой взгляд, хотя девушки из клуба Чаепития немного расстроились из-за отказа удовлетворить их любопытство, только подстегнувшего его, но вместе с тем, стали ещё больше меня уважать. Понимая, что подобная принципиальность играет также и в их сторону, поскольку я не стану сплетничать и о том, что делал здесь. В высшем обществе высоко ценилось умение хранить секреты, не вынося, связанный с ними, «мусор» за дверь. Разделяя личное и общее. К тому же, мужчине не пристало увлекаться женскими слабостями, такими как — сплетни.