"Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Наивно до смешного. Но, если учесть то, что ребятня зачитывалась этим наивом и начинала грезить космосом, то полезный наив. Не сейчас, а когда эти мальчишки и девчонки подрастут и встанут перед выбором профессии.
Что же касается самой обещанной книги «авторского коллектива», состоящего из возможных будущих правителей СССР и Российской Федерации, то и она пишется. Студентами впускного курса Литературного института, которым Демьянов пересказал содержание фильма «Армагеддон» с участием Брюса Уиллиса. Естественно, заменив США на СССР, ядерную бомбу, которой Уиллис взрывал астероид, десятком тонн сверхмощной взрывчатки. Ну, и по возвращении члены экспедиции должны были стать Героями не Америки, а Советского Союза. Для этого времени книга должна стать настоящей бомбой.
  
6
 
— Что ты помнишь о боевых действиях в Арктике? — совершенно неожиданно прозвучал вопрос Румянцева, вызвавшего Николая к себе в кабинет.
— Сложный вопрос. Если о сухопутных, то на самом севере был единственный участок границы, с которого немцы так и не смогли сдвинуть наших пограничников ни на шаг. Было несколько попыток захватить Мурманск и лишить нас единственного незамерзающего порта. Но безуспешных, хотя сам город разнесли бомбардировками с воздуха в щепки, а порт так и не прекратил работы. Атаковали город финны совместно с немецкой дивизией горных стрелков. Не помню, то ли «Норвегия», то ли «Нордланд». Пока их наши в сорок четвёртом не вышвырнули и не заняли север Финляндии вместе с Киркенесом и основную часть Норвегии.
Подумал немного.
— Были попытки высадить десанты где-то в тундре. Кажется, на востоке Архангельской области. Успешные. Задача — организовать полевые аэродромы для авианалётов на Архангельск. Только не помню, успели туда перебросить самолёты или нет.
— А на море?
— На море основные боевые действия развернулись при защите американо-британских конвоев, везущих нам оружие и материал по ленд-лизу. Помнишь, что это такое?
Анатолий кивнул.
— В сорок втором немцы практически полностью уничтожили конвой под номером PQ-17, и англичане отказались гонять пароходы по северному маршруту в Мурманск и Архангельск. Причём, этот конвой бросили именно английские корабли охранения. В результате основная помощь стала поступать нам только после коренного перелома в войне, после сражения на Курской дуге, когда мы уже сами погнали немцев на запад.
Начальник ОТБ-100 ругнулся одними губами.
— Ещё действовали немецкие подводные лодки, был чисто символический жест по высадке и установке немецкого флага на Шпицбергене. А в августе 1942 — рейд крейсера «Адмирал Шеер» по Северному Морскому пути аж до Диксона. Не очень удачный: крейсер потопил пару вооружённых пароходов, несколько штук повредил и обстрелял порт Диксон из орудий главного калибра. Кстати, это стало возможно из-за того, что мы до войны тайно провели Северным Морским путём немецкий вооружённый пароход, который потом рейдерствовал в Тихом и Атлантическом океане. Не помню названия этого «вспомогательного крейсера», но именно информация о ледовой обстановке по пути следования помогла организовать рейд «Шеера» и заслать в наши северные воды немецкие подводные лодки.
— То есть, мы сами помогли им собрать необходимую информацию для ведения боевых действий против нас?
— Входит, так, — пожал плечами Николай. — А что случилось?
— Не имею ни малейшего представления. Нарком приказал расспросить тебя и… Павла. А для чего это ему, извини, в известность не поставил. А эта информация по немецкому пароходу точная? Воронцов ничего об этом не вспомнил.
— Эту информацию рассекретили только во времена «гласности». И тут же использовали для того, чтобы обвинить советское руководство в сотрудничестве с Гитлером. Так что он может и не знать о данном факте. Сам понимаешь, признаваться в таком серьёзном проколе в СССР его времени никто не станет. Ну, а дальше по ходу войны у флотских началась рутина: эсминцы охотились за подводными лодками, подводные лодки за боевыми кораблями и транспортами. Да, был ещё эпизод с попыткой торпедировать немецкий линкор «Тирпиц», базировавшийся в одном из норвежских фьордов, но попытка оказалась неудачной. Его потом англичане авиацией раздолбали. Выдающихся событий, кажется, больше не случилось.
 
— И на этом спасибо.
— И тебе спасибо.
— За что? — удивился Анатолий.
— А помнишь, я высказывал идею о том, чтобы устаревшие пулемётные Т-26 и старые модификации однобашенных машин этой марки переделывать в зенитные самоходные установки? Ты своим вопросом подсказал мне, как это сделать, не перегружая мощностей танковых заводов, и очень дёшево.
— Рассказывай.
— Нет уж, подожди. Мне всего пару часов надо, чтобы добить докладную записку по этому вопросу.
— Опять на имя Самого будешь писать?
— Опять. Это, Толя, надо было сделать ещё несколько месяцев назад. Дело упиралось только в производственные мощности, которых на танковых заводах просто нет.
— А где есть?
— На судостроительных! — подмигнул Николай, загоревшись идеей.
В два часа он не уложился, провозился с эскизами. Но теперь идея модульной модернизации устаревшей бронетехники действительно обрела законченный вид.
— Хорошая идея, — оценил Румянцев. — Но ведь так никто не делает.
— А мы сделаем. И ты представь, насколько всё упростится. Вместо постройки новой машины — её переделка. Причём, силами специалистов достаточно низкой квалификации. Надо лишь демонтировать башню или башни, вырезать дыру в верхнем бронелисте, установить готовый модуль сверху, просверлить в остатках бронелиста отверстия по месту отверстий в модуле и всё стянуть болтами. При нормальной организации труда демонтаж ненужного оборудования и монтаж готового модуля займёт одну-две рабочие смены. И всё! Готовая зенитная самоходка может передаваться в войска. Причём, унифицированный модуль можно поставить хоть на Т-26 любого года выпуска, хоть на БТ-2 или БТ-5. А если подумать, то и на Т-37 и Т-38.
— Да кто же это позволит пушечный БТ-5 переделывать в установку, вооружённую лишь ДШК?
— Зато сразу двумя ДШК. Против штурмовиков, работающих на малых высотах, самое то. Нужно всего лишь разработать эрзац-башню, открытую сверху, из листов стали, защищающей от пуль ружейного калибра и осколков. Плавающие танки, конечно, после этого потеряют возможность плавать, но куда важнее защитить колонны от авиации, чем наличие плавающей пулемётной установки винтовочного калибра.
— Но почему ты решил задействовать в изготовлении… э… модулей именно судостроительные предприятия? Они же нас и так поругивают за совершенно бесполезное занятие по клёпке и сварке этих… раскоряк. А тут — новое задание не по их профилю.
«Раскоряками» Румянцев называл противотанковые ежи, конструкцию которых Николай «сплагиатил» у киевского инженера, фамилию которого забыл. Простейшая конструкция из трёх перекрещённых кусков рельсов или прочных балок иного профиля надёжно останавливала наехавший на неё танк, в чём начальник ОПБ, вначале воспринявший идею как завиральный прожект, убедился не только по протоколам испытаний на полигоне, но и лично наблюдая за этими испытаниями. При поддержке главы ГАБТУ Павлова это примитивное, но действенное заграждение, теперь тысячами клепали не только упомянутые уже судостроительные предприятия, но и вообще любые механические мастерские с недозагруженными мощностями.
— Причин несколько. Во-первых, наличие свободных производственных мощностей, оборудования. Во-вторых, опыт работы с металлическими конструкциями, собираемыми из листовой стали. В-третьих, опыт работы с башенными установками, монтируемыми на погон. Конструкция модуля настолько проста, что самая сложная операция — именно расточка погона. То есть, для изготовления модуля в основном можно будет задействовать персонал с низкой квалификацией. Ну, монтаж спаренных пулемётов и сборка привода к ним. Но для судостроителей это всё равно ерунда. И танковые заводы задействовать не нужно.