Последний реанорец. Том XII (СИ)
‒ Ты кем себя возомнил, ничтожный выродок? Считаешь, я тебя боюсь? ‒ прошипел резко он, начиная стремительно наращивать силу и вместе с ним это начали делать и другие. ‒ Мне всё равно, где ты был всё это время. И мне начхать какой силой ты обладаешь сейчас. Мы боярские князья! Даже император не может убить нас без веской причины! И уж не грязному щенку судить нас! Поэтому только пробуй нас хоть тронуть!
‒ Браво. Храбро, но глупо… ‒ прошептал одними губами я, тихо ему аплодируя и медленно поднимаясь на ноги, отчего напряженная атмосфера скакнула к своему пределу. ‒ Вижу, что суицидальная решительность в крови у всего вашего рода. Неужели ты не в курсе, что с мертвеца и взять нечего? А я сейчас как раз мертвец. Тебя я не знаю, да и смысла сейчас нет знать, но похоже ты дальний родственник Аксакова по мужской линии. Видимо, я добил не всю шваль из вашей шайки… ‒ от произнесенных слов все главы родов вновь нахмурились. ‒ Правда, что ты, что прошлый Аксаков, как погляжу, вы оба любите сыпать пустыми угрозами. Тогда он пришел ко мне домой. Как вор. А знаешь, как он сдох на самом деле и где сейчас его тело?..
‒ Ты! Я знал, что это был ты и твой род! ‒ заорал раненым зверем он, не дав мне закончить. ‒ ЭТО ТВОИХ РУК ДЕ…
Ритмугасания…
Вот только договорить и он не успел тоже, потому как его крики тотчас преобразились в сдавленные хрипы, и я неторопливо приподнял его корчащееся тело над землей, начиная также неторопливо сдавливать ему горло.
Ничтожная доля мгновения. Именно столько понадобилось времени на весь процесс.
‒ Шею! ‒ глядя в глаза задыхающейся крысе прошептал одними губами я, но прямо сейчас мой голос походил на шелест, а от увиденного толпа стариков не в силах была даже пошевелится. ‒ Я свернул ему шею своими собственными руками, а потом сжег его тело дотла. Он превратился в пыль для моего сада. Тоже самое будет и с тобой, ‒ заключил я, а после посмотрел на толпу глав. ‒ Так будет со всеми… Со всеми вами. Ведь вы даже не люди в моих глазах, а копошащиеся в дерьме черви.
Огненные потоки Реанора… Эфир Пламени… Испепеление…
Хруст шейных позвонков и костей князя Аксакова показался оглушающим в гробовой тишине небольшого зада. Обмяк тот в мгновение ока, однако на деревянный пол тайной комнаты вместо трупа осел лишь прах от полностью испепеленного тела.
В нос моментально ударил смрад горелой плоти, вот только после увиденного у глав родов в прямом смысле ушла земля из-под ног и те, оторвав перепуганные глаза от пепла, как один стремительно осели обратно на свои места.
‒ Пламя… ‒ прошептал неверяще Осокин, поднимая на меня затравленный взгляд. ‒ Откуда… откуда оно… у тебя? Ты маг молнии! КАК?! ‒ заорал с ненавистью он, а на его теле начала формироваться свирепая алая стихия. ‒ КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ?! ПОЧЕМУ ТЫ НЕ СДОХ?! ОТКУДА У ТЕБЯ ЭТА СИЛА?! ПОЧЕМУ ТЫ ВЕЧНО…
Тёмные потоки Реанора… Эфир первозданной тьмы… Путы мрака…
Все вопли Осокина моментально прекратились, превратившись в сдавленное пыхтение, потому как за толику секунды его в самой грубой манере спеленали лоскуты сгустившейся тьмы с головы до ног.
‒ Захлопни свою пасть, папаша, и до тебя дойдет очередь, ‒ шепнул я, глядя ему в глаза, а после посмотрел на оставшихся побледневших глав родов, ведь их сила после показательной демонстрации утекала куда-то прочь. ‒ Это я сейчас должен орать.
‒ Тьма… это же тьма… Молния, огонь и… тьма… ‒ выпалил перепугано Дивеевых, гулко сглатывая и поднимая на меня свой наполненный ужасом взор. ‒ Князь… князь Лазарев… ‒ трусливо зашептал старик с мольбой в голосе. ‒ Давайте… не будем опускаться до низменного убийства. Я… я готов признать свою вину… готов! Готов извинится… Только… только не убивайте… Я даже готов выплатить контрибуцию…
‒ Я… я тоже… ‒ следом отозвался Хилков, утвердительно качая головой, а увесистые щеки старикана походили на трясущийся холодец.
‒ Как… как и я… ‒ поторопился тотчас Дашков, переглядываясь с остальными.
‒ Признать вину? Извиниться? Контрибуция? ‒ приподнял я брови, скривившись в брезгливой гримасе, а затем неспешно зашагал по кругу в их сторону. ‒ Вы считаете, что мне нужно это? Ваши пустые извинения? Ваши деньги? Вы действительно считаете, что это поможет? Считаете, что это уймет… мою ярость? ВЫ СУМАСШЕДШИЕ?! ДА МНЕ НАСРАТЬ НА ВСЁ ЭТО!!! НАСРАТЬ С БАШЕН МОСКОВСКОГО КРЕМЛЯ!!! ‒ рявкнул я, а каждое моё слово походило на удар молотка по крышке гроба. ‒ Вы пытались разорвать мой род! Вы напали и истязали моих жен! ВЫ ЧУТЬ НЕ УБИЛИ МОЕГО СЫНА И УГРОЖАЛИ МОИМ ДЕТЯМ! Уже это достаточно для двух-трёх… сотен смертей! ‒ однако уже в следующий миг шаг мой замедлился, а сам я прикрыл веки, в попытках успокоится. ‒ Знали бы вы, шелудивые шакалы, в каком я сейчас бешенстве. Моё состояние и мою злобу не передать словами. ОНА СЖИГАЕТ МЕНЯ ИЗНУТРИ! ВЫ ПОНИМАЕТЕ ЭТО?! Я… ХОЧУ УБИТЬ И ИСТРЕБИТЬ!!! УНИЧТОЖИТЬ ВАС И ВАШИ ВШИВИЕ РОДА!!! Но… но нет… с вашими родами я поступлю иначе… ‒ вдруг прошептал я с тяжелой отдышкой, разлепляя веки и резко оборачиваясь к Хилкову, Дашкову и Дивееву. ‒ Тем не менее вы… ваша троица заслуживаете награды. Вы хотели неистово получить знания и умения моих воителей. Так ВОЗЬМИТЕ и ОЩУТИТЕ силу моего корпуса на своей шкуре! ‒ выплюнул с сочащейся ненавистью я.
В последний момент трио стариков попыталось атаковать меня сплоченной командой, догадавшись о моих истинных намерениях, но вся их смертоносная атака захлебнулась еще в зародыше. Те успели только наполовину привстать из своих кресел. И это было их единственное достижение.
Эфир молнии и ветра… Грозовая гильотина дома Ар-Ир… Тотальное искоренение…
Молния за долю вдоха объяла и осветила тёмно-багровым сиянием полностью всё помещение, а её яростный треск слился воедино с неистовыми криками трёх князей. Нечленораздельные вопли походили на рёв раненых тварей Катаклизма, который секунду спустя преобразился в душераздирающий визг. Подыхали эти крысы долго, очень долго.
Концентрация тёмно-алой стихии оказалась запредельной. У нормальных людей от палёного смрада плоти вперемешку с кровью тотчас возникали бы рвотные позывы, но за их смертью я наблюдал с широко раскрытыми глазами и равнодушием.
Обугливающаяся плоть, треск сгорающих костей и зловоние человеческого нутра. Крики их прекратились секунд через тридцать, превратившись в едва уловимые стоны, а еще с десяток мгновений спустя за столом сидели лишь дымящийся и смердящие облезлые скелеты. Все трое так и застыли в положении сидя, лишь их обуглившиеся черепа были повёрнуты в разные стороны, а рты раскрыты в немом крике.
Три мертвеца и четверо живых за единым кругом.
А затем опрокинув мумию Дивеева на пол, я вновь присел за стол к перепуганным от жуткой картины князьям.
‒ Значит ты, Неклюдов, захотел богатств моего рода? ‒ поинтересовался я, дрожащими от ярости пальцами касаясь собственного лба. ‒ А ты, Травин, возжелал отобрать мою дочь Лизу?
‒ Ваше… Ваше преблагородие… ‒ зашептал панически Неклюдов, быстро сползая со своего кресла и становясь передо мной на колени. ‒ Бес… бес попутал… Если бы… если бы я знал, что всё это время вы были живы… то я бы ни в жизнь… Позвольте… позвольте я прямо сейчас пойду к императору?..
‒ Хватит, Гриша. Лучше оглянись по сторонам, ‒ прошептал смертельно бледный Травин, отводя взор от обугленных трупов и переводя его на меня, а затем на подкашивающихся ногах начал медленно подниматься. ‒ Вспомни, чем прославился этот безумный выродок. Он нас не пощадит. Могу лишь сказать, что я не жалею о своих поступках. Всё было на благо моего рода. Здесь каждый старался добиться своей цели… Ты сам во всём виноват, Кровавый Лаза…
‒ Сплошной трёп и оправдания, ‒ выдохнул опустошенно я, прикрывая веки. ‒ Устал я от этого…
Вихревая гильотина…
Тихий свистящий звук техники заглушил все слова Травина и прервался тот в самом конце своей речи. В следующий миг тело его покачнулось и начало заваливаться навзничь, однако еще в падении голова его откатилась прочь, а обезглавленный труп превратился в кровавые ошмётки, которые разлетелись во все стороны и забрызгав своими остатками всю округу.