Истинное предназначение (СИ)

— Не всё ж тебе меня третировать, — он рассмеялся ещё громче, — мы сделали это, Кири! Мы смогли! Выполнили задание! И теперь возвращаемся в Аполотон!
— Ещё раз так сделаешь, и вернёшься ты туда только по частям! — она улыбнулась ему в ответ и поцеловала в губы, ощущая себя самым счастливым анимагеном на свете.
Почему-то именно сейчас им казалось, что всё уже позади, хотя «Светлячок» стоял посреди тёмного дна Сагуловой впадины, окутанный туманом, в иной реальности. Предстояло ещё выбраться отсюда, но Харси знал — для них не существует таких преград, которых они не смогли бы преодолеть. Вместе. Как и раньше.
  
Глава X. Безупречный план
 
Едва ли найдётся место на Аревире более унылое, чем Сизые топи. Длительные артиллерийские дуэли между Арией и Технократией превратили умирающие остатки океана в непролазную жижу из грязи и химикатов, по которой уже не могла пройти большая армия. Тем не менее, анимагены и хаоситы смогли проделать пути в обход самых опасных мест. Скрытые ядовитой дымкой и орошаемые подземными выбросами, эти тайные тропы таили в себе множество опасностей. Но в то же время являлись самой короткой дорогой к берегам Сарохара.
«Инвелотон», флагман Ассура и мобильная база «Коэльса», медленно передвигался по одной из таких дорог, старательно маневрируя среди лже-кочек, а иногда и проваливаясь могучими лапами в трясину. За ним семенили эсминцы и вышагивал Молотоборец «Ферзь», возвышающийся над туманными топями. Если они попадут в засаду или нарвутся на патруль, линкор первый примет удар, позволив остальным отступить и перегруппироваться.
Однако, даже спустя пару суток, им не встретилось ни одного хаосита, лишь дикие мутанты, копошащиеся в ядовитом иле. Едва обнаружив их, телепаты с корабля накладывали иллюзии и слепоту, всеми силами стараясь замаскировать эскадру от взора Рерара. Двигались медленно, слишком медленно для такой опасной миссии. И это не на шутку злило и тревожило офицера «Коэльса», с мрачным видом наблюдающей, как её муж сидит перед проекцией каких-то текстов.
— Урси, если там не написано, как нам ускориться, то ты зря тратишь время, — сообщила ему Хара, закинув руки за голову. Она лежала на кровати в их собственной каюте, буквально всем своим видом показывая, что изнывает от тоски и нетерпения.
— Мы это уже обсуждали, дорогая, — не поворачивая головы буркнул тот.
— И что там, так интересно, что ты решил ещё раз перечитать? — она беспокойно завозилась, пытаясь устроиться поудобнее, но вдруг решив, что подушка слишком жёсткая, поднялась и уселась на койку. — Ты же уже читал писанину Хэера ещё Спирус знает сколько лет назад!
Беот вздохнула и встала. Комбинезон, спущенный до пояса, волочился за ней по полу, шелестя синтетическими рукавами. Поддавшись искушению, Хара всё-таки отрастила себе груди, пусть и небольшие, чем ещё больше отвлекала Урси, невольно бросившего на них взгляд. Устало обняв мужа, беот положила голову ему на плечо.
— Насколько я помню, ноты применяли знания Хэера, когда лечили «скорбных», — произнесла она, с безразличием глядя на сплошную стену текста на экране, — а с чего вдруг они сейчас должны помочь?
— Это не сборник статей, — он потёр лицо рукой, пытаясь сосредоточиться, — это другая книга. Рассуждения Хэера о предназначении анимагенов.
— Ты не интересовался этой темой столько лет, — Хара медленно поцеловала его в щёку, — что изменилось?
Урси задумчиво хмыкнул. Многое изменилось с того момента, когда он впервые открыл мемуары этого Создателя Анима, однако ещё никогда он сам не задумывался о предназначении собственного народа и себя. Когда Рерар раскрыл себя полностью, этот вопрос, казалось, должен был отпасть самим собой. И всё же, что-то заставляло Урси раз за разом перечитывать книги Хэера, ища скрытый подтекст.
— Не всё так однозначно, — проговорил он, — Рерар создал анимагенов, это правда, но создал их не в одиночку. Каждый из семи Создателей привнёс какую-то лепту в их общее творение. Идею. Я разгадал замысел шестерых из них. Остался только он, — беот кивнул на экран.
 
— И какие же идеи внесли остальные?
— Это оказалось непросто, но изучая их поведение и мысли относительно нас, я смог выделить основные принципы, — Урси прочертил пальцем в воздухе, словно вырисовывал линии, — Рерар стремился к идеалу. Оно и понятно, учитывая, как сильно он хочет создать «совершенную форму жизни». Лаури, будучи более милосердной и сострадательной, учила анимагенов любить жизнь. Лондигус, более прагматичный и дальновидный, утверждал, что начало всей жизни это душа, и потому привил это знание и нам. Васт, лучше всех разбирающийся в человеческих отношениях и выявляющий в них изъяны, делал упор на развитие разума анимагенов. Коэнанн, наш «Мастер», делал ставку на грубую силу и мужество, хотел, чтобы наша смелость помогала нам преодолевать все преграды. И Ами, его спутница и подруга, как никто другой понимала, что для всего этого нужна неисчерпаемая воля. И вот, «идеал», «жизнь», «душа», «разум», «сила» и «воля», породили на свет нас. Но есть и седьмой элемент нашего сотворения. И я пока не могу сказать, что именно в нас вложил Хэер Най.
Когда Урси говорил столь вдохновлённо, увлекаясь интересной ему темой, Хара всегда с улыбкой наблюдала за ним, молча выслушивая этот поток речи. Он словно оживал, пробуждался ото сна, начиная с жаром рассуждать сам с собой и совершенно забывая про окружающий мир.
Звонок двери в их каюту запищал, оповещая о госте. Хара выругалась, поспешно натягивая комбинезон, но Лункс, бесцеремонно открывший створки уже зашёл внутрь.
— Проклятье, Рысинатор! — зайчиха демонстративно громко застегнула молнию одежды. — Ты мог подождать хотя бы пару секунд?
— И тебе доброе утро, — усмехнулся он, закатив глаза.
— В смысле «утро»? — Урси рассеяно взглянул на циферблат на проекции. — Ещё же полночь.
— Это очень раннее утро. А вообще, какая разница? Я просто не нашёл ничего лучше ответить, — рысь улыбнулся фыркнувшей беот, усевшейся на край стола, — температура за бортом падает. Подходим к «Леднику».
— Та ещё дыра, — Хара поморщилась.
— Вся планета теперь «та ещё дыра», — пожал плечами Лункс, — злобное, гниющее и смердящее отверстие. Вся суть нашего «создателя».
— Рерару нескончаемо повезло, что он не слышит твоих изречений, — Урси хмыкнул и развернулся к нему на стуле. Гибрид сливался с полумраком комнаты, лишь белые участки на морде выдавали его. Острые изогнутые рога почти касались потолка, и Лункс, безуспешно поискав взглядом ближайшее свободное сиденье, прислонился к стене. Тёмная одежда из специальной ткани, сделанная так, чтобы не рваться при трансформации гибрида, зашелестела, когда тот сложил руки на груди.
— Бытует мнение, что Рерар и так нас слышит, — рысь невольно взглянул на потолок, — поэтому давайте все поднимем руки, скажем «бога нет» и покажем ему кукиш, чтобы ему стало ещё обиднее.
— Не слышит, — уверенно возразил бурый беот, — сквозь защиту Ассура и Омилума ему не пробиться.
— Это лишь вопрос времени, — Лункс скептически приподнял бровь, — с каждым днём он становится всё сильнее, хотя казалось бы куда уж больше? Но нет.
— Это правда, — согласилась Хара, кивнув, — сноходцы каждый месяц сужают область своей разведки, сборщики несут большие потери, и Пустоши захватили «Нибилус».
Буквально за пару месяцев до их отбытия, маяк, столь же древний, как и сам Аполотон, растворился в воздухе лёгким облачком, сметённый неестественным ветром нового Аревира. Это означало, что в борьбе Ассура и Рерара последний медленно, но уверенно одерживал победу. В это не хотелось верить, но Урси сам слышал мысли окружающих анимагенов, с тоской наблюдавших, как ещё один элемент их прежней жизни исчез навсегда.
— Ассур, часом, не поделился с тобой, каков наш дальнейший план? — Хара перевела взгляд на Лункса, но тот лишь помотал головой:
— С чего бы ему делиться такой информацией со мной? От того что я лидер «Охотников на Хаос»? Ну так у нас с ним была такая договорённость: я не лезу в его дела, а он не лезет в мои. Технократия поставляет нам оружие и солдат, мы приносим ей победу. Всё честно.