На зов шторма (СИ)

— Самир сказал, что командующий из меня выйдет хреновый, — хохотнул я, вспоминая слова старого вояки.
— Слушай его б-больше, — отмахнулся Никс, заваливаясь на кровать и уплывая в пьяный сон.
Укрыв командира, я, пошатываясь, вышел из комнаты и перебрался в свою. Уже улёгшись и закрывая глаза, спросил Раззарта:
— Почему мне кажется, что эту пьянку ты сказал провести не ради Никса, а ради меня?
— Понятия не имею, что тебе там кажется, — буркнул древний дух в ответ.
Наутро мы с Никсом потягивали рассол, морщась от яркого весеннего солнца. Наш переезд не занял много времени, король щедро разрешил воспользоваться его каретами, так что уже скоро наёмники и северяне из отряда Никса были расположены во дворце в комнатах для слуг, а Мия, Катрин и я в гостевых покоях. Астрит, с которой мне удалось мельком пересечься, сначала как-то странно пилила Мию взглядом, а та вся краснела в присутствии принцессы. Но как узнала, что та жила в поместье практически без меня, так сразу оттаяла и предложила обеим девушкам стать её фрейлинами. Это обеспечивало и их статус, и определённую защиту, и занятия магии для Катрин, которая воспряла духом, когда узнала, что ей в учителя достанется бывший величайший маг империи и обучаться она будет вместе с принцессой.
Три дня прошли спокойно, я временами даже урывал время для изучения книги Фрауса, которая оказалась вся написана на древнем языке. Но настолько сложном, что даже Раззарт не смог перевести текст сразу с ходу и попросил некоторое время на обдумывание. А, может ещё по какой причине, но он не стал мне сразу раскрывать содержание первых страниц, попросив потерпеть.
Так что в основном я привыкал к новой для меня роскоши, к завтраку, обеду и ужину, которые доставлялись прямо в покои, к слугам, которые сновали по всему крылу, королевским гвардейцам у моих покоев, к девушкам, которые меня побрили и подстригли прямо в комнате, и к личному портному, которого отрядил король перед пиром, который он наконец решил закатить сразу по нескольким поводам, в том числе и по тому, который осуществил лично я. Конечно, вся правда нигде упоминаться не будет, но то, что именно я усмирил шторма, которые не давали северу жизни, будет официально объявлено народу.
Но у меня чуть челюсть не отпала, когда портной предложил мне для выбора блузу с рюшами, цветные лосины и короткие штаны-колокольчики.
— А можно как-то нет, — косноязычно выпалил я, не сумев сразу собрать себя после увиденного.
Раззарт в голове залился хохотом, а я боялся себя в таком даже представить. Опасался, что портной обидится, как все представители творческих профессий, но нет. Этот только одобрительно хмыкнул, унёс весь этот ужас и вернулся с нормальной одеждой.
В итоге я стал обладателем белой хлопковой рубашки, добротного жилета, крепких штанов и кожаных ботинок.
— Вот так гораздо лучше, — покрутился перед зеркалом, ощущая себя очень комфортно в этой одежде. — Но, наверное, я буду отличаться от остальных? — вопросительно глянул на портного.
— Совсем нет, вы выделялись бы, выбрав первый наряд.
— Тогда зачем же вы мне его дали? — развернулся к портному всем корпусом.
— Ну так вы же с юга, господин. Я пусть там и не был, но наслышан о вашей моде.
— Вот уж спасибо, не надо, — покачал я головой. — Прямо словно заново родился, — вдохнул полной грудью.
— Конечно, ведь эта одежда вашего размера, — снисходительно, но гордясь собой, отметил портной. — В отличие от предыдущей.
— Что? — я удивлённо оглянулся на него. — Я эту одежду не так давно покупал, была как раз…
— Растёте над собой, — хмыкнул тот, но с почтением. — Вы существенно раздались в плечах и подросли, поэтому старое одеяние вам уже было не по размеру.
Портной ушёл, а я все продолжал разглядывать своё отражение.
— Как-то это ненормально, — выдохнул, действительно понимая, что стал выше и шире, а раньше как-то не придавал этому значения.
— Абсолютно нормально, — возразил Раззарт. — И в твоём возрасте, и при твоём магическом росте. Тело приходит в соответствие с индивидуальным магическим восприятием. Вспомни Лорака: он вернулся к жизни, и его тело подчинилось одному лишь желанию.
 
— Так он маг высочайшего уровня, — протянул я с сомнением.
— Ну так и ты не пол сменил, а лишь немного подрос, — фыркнул древний дух.
Воздухом подавившись от такой перспективы, я поторопился к выходу, чтобы не опоздать на пир, но тут услышал звуки голосов из-за дверей.
— Вы можете идти, парни, мы присмотрим за вашим господином, — голос принадлежал кому-то из королевских гвардейцев.
— Да уж мы дождёмся, — я с усмешкой узнал скрипучий голос Самира.
— Видано ли было, чтобы четверо охраняли одного парня, — фыркнул второй гвардеец. — Вы позорите дворец, считая, будто вашему господину тут что-то угрожает. Идите и займитесь своими делами!
— А не прогуляться ли вам самим? — к Самиру присоединился кто-то ещё из моих северян. — Барон Самвель — наш господин, а, значит, его охрана — это наша работа. А ваши проблемы, парни, нас не морозят нисколько.
— Ты последние мозги посеял, ублюдок? — с каким-то удивлением отозвался гвардеец. — У нас приказ самого короля!
— А у нас приказ господина Архарта, — Самира подобными заявлениями убедить было сложно, и то, что, фактически, он всё ещё оставался моим рабом, старого вояку вообще никак не сломило.
— Это оскорбление? — рыкнул второй гвардеец. — Ты сравниваешь какого-то мальчишку с самим королём⁈
Ответил ему странно довольный голос Самира.
— Где же был ваш хвалёный король, когда вы тут дохли с голоду, последний хрен без соли доедая? — не стесняясь в выражениях спросил он.
Я сам застыл от таких слов, понимая, что гвардейцы просто не могли бы стерпеть подобное обращение, и словно в унисон моим мыслям услышал лязг и шелест оружия. Я поторопился выйти, но тут ветер, ворвался в комнату, распахивая окна. Пришлось кинуться туда, закрыть, борясь со стихией. И тут же рванул обратно, стремительно открыл тяжёлые двухстворчатые двери, те с размаху ударились о стенку, гремя набатом. И от этого звука уже скрестившие оружие бойцы рассыпались по разные стороны. Слева от меня тяжело дышали Самир и ещё один воин из отряда Никса, а справа сверлили их сердитыми взглядами гвардейцы.
— Ну и что тут происходит? — строго спросил я.
— Ничего, — тут же несколько стыдливо спрятали своё оружие мои северяне. — Простите за шум, господин.
— Господин, — кривляясь, повторили гвардейцы, но тут же скрыли свои смешки за кашлем, стоило мне только взглянуть на них.
— Над чем смеёшься, солдат? — спросил, сощурившись, и тут же ощутил, как мой голос загрохотал, разносясь по коридору. Рефлекторно я направил на голосовые связки магию так же, как делал для активации истинного зрения.
Глаза гвардейцев подозрительно забегали, наконец один из них решился, выступил чуть вперёд:
— Нам приказано охранять ваши покои, но ваши люди говорят нам уйти и угрожают оружием.
Краем глаза я уже видел, как открыл рот Самир, пылая праведным возмущением, но взмаха моей руки было достаточно, чтобы не дать ему сделать опрометчивое заявление.
— Вы и сами хороши, — спокойно парировал я, кивая на их пусть и опущенные, но так и не убранные мечи.
Слыша, как пыхтит Самир за моей спиной, так и желающий почесать свой топор об их лица, я решил разрешить конфликт мирно. Ну, относительно.
Вскинул руку, и плиты под ногами гвардейцев разошлись. Под громкую ругань из открывшихся щелей выползли земляные змеи, которые обвили ноги мужчин и застыли.
— Вы хотели охранять мои покои? Ну так охраняйте, — со смешком выговорил я, отворачиваясь и кивая своим людям. Надеюсь, король не воспримет мои действия как оскорбление. Или Бернт, но тот вроде пусть и ворчливый, но нормальный мужик.
— Господин! — донеслось мне в спину.
— О, теперь правильная интонация, — с мстительной усмешкой заметил Самир.
На крики, в которых сначала пестрили ругательства, а потом и мольбы, я не обращал внимания, завернул за угол. Скоро они поймут, что мечами можно не только рубить, но и копать, так что освободятся так или иначе, поэтому совесть меня не терзала. Будет им уроком насчёт слишком длинных языков.