Близость. Переходя черту (СИ)

- Долго? – облегченно выдыхаю и с надеждой смотрю на мужчину.
- Ну… недель тридцать шесть – тридцать восемь – ухмыляется себе под нос – точнее сказать не смогу. Тут, знаете ли, не угадаешь. Но вы не волнуйтесь, мы подберём вам щадящую терапию, так что ребёнку ничто угрожать не будет, да и вы будете себя чувствовать хорошо. Беременность – это всё же большая нагрузка на почки.
- Какая беременность? – непонимающе смотрю на врача.
- Очень надеюсь, что маточная. Точнее будет известно после УЗИ. Да не переживайте вы так, - поспешно добавляет, заметив, как округлились мои глаза – Вы девушка молодая, относительно здоровая. Я больше чем уверен, что эмбрион хорошо прижился. Да и уровень ХГЧ у вас в порядке, для вашего положения.
Чувствую, как сердце стремительно разгоняется, отдаваясь в ушах и перевожу растерянный взгляд на Андрея, когда чувствую, что его рука начинает сильнее сжимать мою.
- Так, ну хорошо, - хлопнув в ладоши, врач встаёт с кресла и направляется в сторону выхода – Я пойду подготовлю кабинет УЗИ, а вы пока посидите тут, обсудите новость. Хотя, честно говоря, я думал, что вы в курсе. Всё же, судя по сроку, менструация у вас отсутствует недели две, как минимум. Но, не расстраивайтесь, не вы первая в моём кабинете удивляетесь подобным новостям.
Подмигнув напоследок, мужчина выходит из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь.
Сердце грохочет в висках. Никак не могу поверить в услышанное. Я словно нахожусь во сне. Не может такого быть, чтобы во мне прямо сейчас, в эту самую минуту находилась маленькая жизнь. Это кажется чем-то сказочным, из разряда фантастики просто.
- Катя, - слышу хриплый шёпот Андрея.
Поворачиваюсь на его голос, но не могу заставить себя ответить, будто находясь в каком-то ступоре. Смотрю на его лицо, но не могу понять, что оно выражает. Или просто мозг после такого потрясения отказывается соображать.
- Андрей, клянусь, я не знала, - хватаю его за руку, словно боюсь, что он уйдёт. – Я видимо со всеми этими нервами из-за последних событий просто забыла даже про эти чёртовы месячные. Ты сердишься на меня?
- Ты сума сошла? – Андрей подхватывает меня, рывком усаживая к себе на колени. – Я в жизни своей не был так счастлив!
Обхватывает меня руками за лицо и начинает хаотично целовать в щёки, губы, лоб и скулы, везде куда может попасть.
И в этот момент я чувствую, как тяжёлый шар, распирающий изнутри мою грудь с тех самых пор, как Андрея ранили, наконец лопается, даря мне самое неповторимое чувство на свете – чувство освобождения.
***
Через десять минут я лежу на кушетке, и, согнув ноги в коленях, трясусь наблюдая за тем, как наш доктор мажет какой-то прозрачной жидкостью датчик для УЗИ.
- Да не бойтесь вы так, - подмигивает мне, озорно улыбаясь. – Я же вам его не целиком туда запихивать буду. Всего не несколько миллиметров, вы даже не почувствуете.
Присев рядом со мной на стул, он проделывает вышеуказанную манипуляцию и в это же мгновение на экране появляется чёрно-белая картинка. В груди всё переворачивается, и я перевожу взгляд на сидящего у меня в изголовье Андрея, только сейчас замечая, что он неотрывно смотрит на меня.
- Значит так, - деловито произносит врач, указывая пальцем на монитор – Мамочка и папочка, смотрим сюда внимательно. Вот эта маленькая горошенка – ваш ребёнок. А вот это… - он нажимает какую-то кнопку на клавиатуре и в это мгновение в кабинете раздаётся быстрый ритмичный звук, как будто кто-то быстро-быстро бьёт в барабан. – А вот это, дорогие родители, стук его сердца.
Почувствовав, что Андрей сильнее сжал мою руку, перевожу на него взгляд и встречаюсь с его сияющими глазами. Его грудная клетка резко вздымается и опускается. Глаза мечутся с моего лица на монитор и обратно. И в этот момент я уже не могу сдерживаться. Отпускаю себя и чувствую, как по щекам градом начинают течь слёзы.
Андрей встаёт на колени рядом с кушеткой, на которой я всё ещё лежу и, ничуть не стесняясь врача, сидящего рядом, начинает губами собирать их с моего лица.
 
В ушах в этот момент до сих пор стоит звук сердцебиения нашего ребёнка. Самый мелодичный звук из всех, что я когда-либо слышала.
  
Эпилог
 
Андрей.
- Папа, я не хочу про колобка, я хочу про принцессу!
Алёнка, забирает у меня из рук книжку и, упрямо наморщив нос, откладывает её на прикроватную тумбочку.
- Малыш, мы про принцессу пол часа назад читали, - провожу рукой по шёлковым каштановым волосика и смотрю в сияющие от предвкушения глазки. – Ты вообще спать собираешься, ребёнок?
- Ещё одну сказку и спать. Ну пожааааалуйста. Ну ты же мой самый любимый папулечка на всём белом свете.
Вскакивает в постели на коленки и складывает свои маленькие ладошки в умоляющем жесте. Смотрю на свою девочку и чувствую, как в груди разливается тепло, которое я способен испытывать только по отношению к двум женщинам, заполнившим мою грудь до отказа, засевшим там настолько плотно, что чтобы от них избавиться, мне пришлось бы вырвать свою душу с корнем.
- Хорошо, - обречённо выдыхаю, чувствуя, что этот раунд мной снова безоговорочно проигран. – Но только одну, а потом спать. Договорились?
- Обещаю, папуля!
- Про кого будем читать? Про золушку или про спящую красавицу?
- Нееее, - категорично качает головой – Про них надоело. А давай ты сам сочинишь!
- Алён, ну я же тебе не Шарль Перо.
- Ну пааапочка! – повиснув у меня на шее, целует в щёку.
- Ты пользуешься запрещёнными приёмами, ты это знаешь? – усаживаю Алёнку на руки, прижимая к груди.
- Но ведь срабатывает же…
Ухмыляюсь себе под нос. И не поспоришь ведь. Всё-таки у женщин на генетическом уровне заложено манипулировать мужчинами. Или это только я такая тряпка?
- Ладно. Будет тебе сказка моего сочинение. Только ты закрываешь глаза и слушаешь молча, вопросов не задаёшь. Договорились?
- Да! – довольно сияет и, спрыгнув с моих колен, укладывается в кровать, накрывшись одеялом.
- Жил был злой и страшный серый волк…
- Это что, про Красную Шапочку? – снова подскакивает - Так не честно!
- Цыц, малявка,– Договор был слушать молча. - шиплю на неё и, положив руки на плечи, укладываю обратно - Значит, жил был злой и страшный серый волк, который любил на завтрак кушать нехороших людей. Но однажды, он встретил самую красивую на свете принцессу…
- А где он её встретил?
- Где встретил? – повторяю, задумавшись – В доме, где растут одинокие маленькие принцессы.
- А почему они одинокие?
- Потому что принц за ними ещё не пришёл.
- Но за нашей принцессой пришёл же не принц, а волк! – удивлённо вскидывает брови.
- Ничего страшного. Она не жаловалась, - бурчу под нос – Так, Соколова Алёна Андреевна, вы либо молчите, либо сказочке конец.
- Молчу. 
- Волк с первого взгляда влюбился в принцессу, и ему захотелось ради неё перестать кушать людей, даже если они были очень нехорошими. Из-за этого ему пришлось сесть на специальную диету и первое время он чувствовал себя ужасно голодным, ведь нехорошие люди были довольно сытными.
- Но волку повезло, - слышу у себя за спиной мелодичный голос и, обернувшись, встречаюсь взглядом с Катей, наблюдающей за мной с порога – Ведь принцесса умела очень вкусно готовить. Поэтому он довольно быстро привык к своему новому рациону и уже очень скоро его от принцессиной стряпни за уши было не оторвать. Давай, волк, пошли, Алёнка спит уже давно.
Перевожу взгляд на дочь и понимаю, что она действительно уснула и сейчас тихонько сопит себе в кулачок, свернувшись калачиком.
- Ну иди ко мне, моя принцесса, - подойдя ближе, подхватываю Котёнка на руки и занеся в нашу спальню, укладываю на кровать. – Волк очень голодный.
- Так пойдём на кухню, накормлю, - смеётся, когда я начинаю целовать её в шею.
- Боюсь, что этот голод я могу утолить только тобой!