Близость. Переходя черту (СИ)

Андрей молча наблюдает за моими действиями, хмурится, но ничего не говорит, вновь переводя взгляд на моё лицо и встречаясь со мной глазами.
- Ты слышала, что я только что сказал тебе, Катя? - вновь повторяет он свой вопрос - Я сказал, что люблю тебя.
- Я слышала. - шепчу еле слышно, отводя глаза в строну - И если ты действительно любишь меня, то прямо сейчас покинешь эту комнату. 
- Катя, нет. Нам нужно поговорить. - Андрей отрицательно машет головой, делая рывок в мою сторону, но я останавливаю его, резко вскинув вперёд руку. 
- Если ты сейчас же не уйдёшь из этой комнаты, то уйду я. Из этого дома. Навсегда. И ты больше никогда меня не увидишь. Ты слышешь, Андрей? Я клянусь тебе. Никогда. 
Я понимаю, что в действительности должна сделать это прямо сейчас. Встать и покинуть его дом и его жизнь. Ведь после того, что между нами произошло мы никогда не сможем вернуться к тому, что было раньше. Наши отношения безвозвратно испорчены, всё то тёплое и светлое, что было между нами было безжалостно растоптано и уничтожено на этой самой постели минуту назад.
Но я просто не могу заставить себя уйти. Я так сильно привязана к этому мужчине, что даже его предательство не в состоянии разорвать эту связь.
Чувствую себя, использованной, грязной, слабохарактерной и безвольной, и всё равно не могу приказать себе покинуть его. В глубине души всё ещё продолжая глупо надеяться, что со временем воспоминания о сегодняшней ночи сотрутся из нашей памяти, и через какое-то время я смогу жить так, словно всё это было страшным нелепым кошмаром. Вроде того, что снился мне прошлой ночью, но в действительности никогда не был правдой.
- Прошу тебя, малыш. Не поступай так. Не отталкивай меня. - Андрей делает ещё одну попытку поговорить. Хватает меня за руку, переплетая наши пальцы. Его прикосновение обжигает мою кожу, отдаваясь кровавым ожогом на сердце. - Дай мне возможность всё тебе объяснить. Я совершил ошибку, да, я признаю. И умоляю тебя, прости меня за это. Но я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя, Катя. Я должен был сказать тебе это уже очень давно. Я...
- Я не хочу больше говорить об этом, Андрей - холодным как сталь голосом резко прерываю монолог мужчины. - И я хочу забыть о произошедшем, как о страшном сне. Ничего между нами не было, и не могло быть. Ты слышешь меня? Пожалуйста, если ты правда любишь меня, как ты и сказал, то никогда больше не вернёшься к этому разговору. В противном случае, я не смогу больше находиться с тобой рядом. Прошу, не терзай меня, Андрей. И умоляю, дай мне побыть одной.
Какое-то время Андрей продолжает сидеть на месте, изучающим взглядом блуждая по моему лицу. После чего всего же поднимается на ноги. Он приближается ко мне, в попытке поцеловать в лоб, но я резко дёргаюсь в сторону, крепче сжимая на груди края одеяла. Андрей болезненно морщится, но всё же делает шаг назад, после чего, наконец, покидает спальню, оставляя меня в полнейшем одиночестве.
  
Часть 4. Глава 23. Катя
 
"Удовольствие - благо, но только когда оно не вызывает раскаяния." Антисфен
Ночь меняет день. Ты меняешь всё мигом.Вышло так, что ты просто тень, что я перепрыгнул,Когда летел, не зная, где тебя настигнуть.Закрыта дверь, но однажды к тебе найду выход.Я тебя выиграл.
Тима Белорусских
Я даже не помню, как мне удаётся уснуть, но когда открываю глаза, понимаю, что за окном уже ярко светит солнце.
Аккуратно свешиваю ноги с кровати и, приняв вертикальное положение, пустым взглядом утыкаюсь в окно. Тут же встают перед глазами события прошлой ночи. Бешеный взгляд Андрея в тот момент, когда он приволок меня домой из клуба, яростный поцелуй с которым он набросился на мои губы, его тяжёлое дыхание на моём горле, когда его пальцы проникали внутрь меня.
Перевожу взгляд на запястья, и вижу на них несколько синяков от того, с какой силой Андрей удерживал меня, задрав руки над моей головой. Моё тело даже сейчас чувствует его прикосновения, словно он до сих пор продолжает меня трогать.
 
Встаю с кровати и подхожу к зеркалу, всматриваясь в своё отражение. Вчера, после того, как Андрей покинул комнату, я так и не нашла в себе сил подняться, поэтому моё тело до сих пор полностью обнажено.
Это он раздел меня.
В доказательство того, что вчерашние события не были плодом моего сумасшедшего воображения, всё моё тело усыпано бордово-красными метками, от шеи до самого живота. Словно Андрей заклеймил меня, навсегда сделав своей.
Я чувствую эту принадлежность настолько отчётливо, что мне становится больно. Словно его клеймо теперь стоит не только на моём теле, но где-то гораздо глубже, в груди, так глубоко, что невозможно достать, вытащить или стереть.
Эта мысль пугает меня, создаёт ощущение слабости и уязвимсти, и я обхватываю себя руками за плечи, в попытке отгородиться, защитить свою душу от ядовитой болезни, давно просочившейся туда и пускающей свои корни с каждым днём всё глубже и глубже.
Я не знаю, как теперь смотреть Андрею в глаза, как вести себя с ним после всего, что было между нами. Он довёл меня до первого в моей жизни оргазма. Человек, которого всю свою жизнь я считала своим братом. Мы росли с ним вместе, жили в одном доме, нас воспитывали одни родители, мы были семьёй…
А что теперь? Как назвать то, что происходит между нами? Для меня, вчерашняя близость была практически сексом, ведь мне даже не с чем сравнивать. Его голое тело прижималось к моему, язык ласкал мою обнажённую кожу, его пальцы были внутри меня.  Ни с одним мужчиной я не была настолько близка, как вчера с Андреем. Никто никогда не дотрагивался до меня, даже не целовал. Андрей был первым во всём.
Эта мысль пропускает волну жара по моему телу, заставляя низ живота скручиваться в тугой узел. Я чувствую возбуждение от одних только воспоминаний о нём. Эта странная неправильная во всех смыслах реакция пугает меня, и я спешу скорее одеться, изо всех сил стараясь не вспоминать вчерашнюю ночь. Приходится надеть водолазку с высоким горлом и длинными рукавами, чтобы не было видно засосов и синяков.
Я очень долго причёсываюсь и одеваюсь, максимально оттягивая момент выхода из комнаты. Понимаю, что не могу весь день просидеть здесь, как принцесса в башне, страшась злого дракона, но всё равно медлю.
В конце концов решаю, что так я только больше себя извожу. Лучше сразу решить все вопросы и разобраться, наконец в том, что происходит между нами. Как говорится, горькая правда лучше сладкой лжи.
Вчера Андрей хотел поговорить со мной, я чувствую, что ему было что мне сказать. Эта решимость читалась в его взгляде, была высечена на его лице, но я находилась в слишком сильном смятении, чтобы выдержать этот разговор. Выгнала его, хотя сама понимала, что нам просто необходимо обсудить то, что происходит между нами.
Всё зашло слишком далеко, я не понимаю, в каких отношениях мы находимся. Единственное, что я осознаю максимально чётко, так это то, что мы больше не можем считаться братом и сестрой, ни с каких сторон. Сейчас я понимаю, что мы уже давно балансировали на грани. Просто, по какой-то непонятной причине, я была слишком слепа и наивна, чтобы это замечать.
Мне хочется понять, когда это произошло, с какого момента наши родственные отношения стали деформироваться, и во что они превратились теперь. Я отказываюсь верить в то, что Андрей просто хотел воспользоваться мной. И не смотря на то, что у него есть невеста, к которой он от меня ушёл, я всё равно не верю, что он мог поступить со мной также, как с любой другой девушкой, не имеющей для него никакого значения.
Для его поступков обязательно должно быть какое-то логичное объяснение. Я пока даже не представляю какое, но внутри сидит чёткая уверенность, что оно есть.
Набравшись, наконец, храбрости, выхожу из комнаты и стремительным шагом направляюсь на первый этаж, стараясь в этот момент ни о чём не думать, чтобы не успеть накрутить себя раньше, чем увижу Андрея, потому что до сих пор не уверена, что не передумаю в последний момент и не спрячусь в спальне, снова сбежав от разговора.