Близость. Переходя черту (СИ)

- Малыш, я ненадолго. Полежи пока, посмотри телевизор. Обещаю, я скоро приду. – говорю как можно мягче, чтобы не спугнуть и без того дёргающуюся от каждого моего движения девочку – Может пока выберешь какой-нибудь фильм? Я сейчас быстро выпровожу Игоря, и мы вместе посмотрим. Я пиццу закажу.Катя коротко кивает, отводя глаза в сторону, и я выхожу из комнаты.
***
Спускаюсь вниз в поисках Сивого. Вот гандон! Какого хера он припёрся без звонка? Нет, он, конечно, всегда приходил ко мне без предупреждения, но теперь, когда со мной живёт Катя, я не хочу, чтобы кто-то вламывался в мою спальню без стука и, не предупредив заранее о своём приходе.Именно это я и собираюсь сказать Игорю, но когда достигаю первого этажа и, заходя за угол, поворачиваю в сторону гостиной, мне тут же прилетает смачный удар прямёхонько в челюсть.
- Какого хера ты творишь? – ору, сплёвывая кровь, и разминая челюстной сустав.
- Нет, это ты какого хера творишь? – вопит Сивый, тыча пальцем в сторону лестницы – У тебя, блять, совсем крыша поехала? Сивый начинает нервно расхаживать из угла в угол, сжимая и разжимая кулаки. Я вижу, что он еле сдерживается, чтобы не вмазать мне ещё раз.
- Нет, я не кретин конечно, и не слепой. Я давно просёк, что ты к ней испытываешь нихуя не родственные чувства. Но блять… Сокол… Ты совсем взбрендил, твою мать?! Ты знаешь как это называется? Слово инцест тебе ни о чём не говорит?
- Не ори! Тебя на весь дом слышно! – рычу сквозь зубы. – Ты её напугаешь, идиот. Она и так от меня вчера чуть не сбежала.
– Да, блять, лучше бы сбежала! - Игорь подлетает, хватая меня за ворот футболки и встряхивает впившись в меня бешенным взглядом. – Что ты с ней сделал? Ты спал с ней? У тебя совсем крыша поехала, Андрей? Она твоя СЕСТРА!Я смотрю на Сивого и вижу, как ходят желваки на его челюсти. Неприятная догадка тут же проскакивает в моём мозгу, и я, резко стряхнув с себя его руку, толкаю его в грудь так, что он заваливается на спинку дивана.
- Ты чё, сука, на мою сестру глаз положил?
- Рехнулся? – спрашивает, кажется уже бывший, друг, поднимаясь на ноги.
– Да я, блять, просто о ней забочусь! Больше-то походу некому.Заботится он, конечно. Поэтому припёрся сюда с утра пораньше весь такой из себя нарядный, да ещё и веник с собой приволок. Заботливый, сука.
- О Кате забочусь только я, ты меня понял? – цежу сквозь зубы каждое слово, медленно и чётко проговаривая слова. – Не дай бог я увижу, что ты как-то не так на неё посмотрел. Лучше даже не дыши в её сторону, Игорь, я серьёзно. Не доводи меня до греха.
  
Глава 12. Андрей
 
- Что-что ты сейчас сказал? – Сиваров театрально подносит к уху свою руку, изображая, что плохо слышит – Не доводить тебя до греха? Это ты мне сейчас говоришь? Андрей приди в себя, наконец! Да у тебя же крыша поехала! Очнись ты, блять, уже! – Сивый подходит и, схватив меня за плечи, трясёт, глядя мне в глаза. – Тебе на себя насрать, ты о ней хоть подумай. Во что ты её втягиваешь? Ей нельзя с тобой оставаться, Сокол, я тебе это сейчас как друг говорю. Давай я перевезу её к себе на время? Пусть поживёт у меня, я присмотрю. С ней ничего не случится, я обещаю.
Тут уже я не выдерживаю и возвращаю ему обратно долг в виде удара по роже. Сивый, видимо, не ожидавший от меня такой реакции, отшатывается на пару шагов, но в ответ не замахивается. А жаль. Ярость настолько долбит мне в башню, что тело требует немедленно снять напряжение, пока меня не разнесло к ебеням. И мордобой был бы идеальным выходом для решения данной проблемы.
- Ты чё, сука! Развести меня решил? Думаешь можешь трахнуть мою… Катю под видом того,что спасаешь от меня? – меня трясёт в неконтролируемом приступе бешенства. Хочется размазать Сивого об стенку и размозжить ему череп. Я с трудом сдерживаю себя, чтобы не начать пересчитывать ему рёбра прямо здесь. Понимаю, что не могу этого сделать, потому что думаю о том, что Котёнок там, наверху, в моей спальне. И если она решит спуститься и увидит эту картину маслом, я потеряю её навсегда.
 
- Андрей. – Игорь, решивший сменить тактику, начинает говорить со мной спокойным вкрадчивым голосом, как будто успокаивает буйного умалишённого – Успокойся. Я о ней вообще в таком ключе никогда не думал. Я тебе, блять, клянусь! Я хочу её защитить. Ты мой брат, а значит и Катя мне не чужая. Я не знаю, что было между вами этой ночью, но этого не должно повториться. Да включи ты, наконец, свои мозги. Она твоя сестра! Ты понимаешь это или нет? Ты не можешь так с ней поступить! Ты же её просто уничтожишь!
- Да не сестра она мне!!!
Сиваров замолкает на полусове и смотрит на меня так, как будто моя крыша окончательно махнула ручкой и, весело шурша шифером, свалила в закат.
- Чё ты несёшь?
Устало опускаюсь на диван и тру лицо руками.
- Она мне не сестра. Я приёмный ребёнок. Соседка вчера вечером просвятила.
Я рассказываю Игорю подробности нашей с Катей семейной драмы. Он внимательно слушает, хмурится.
- Чёрт, если это так, то я реально рад за тебя, Сокол. Потому что в последнее время на тебя без слёз было не взглянуть. Клянусь, иногда мне казалось, что ты совсем уже с катушек съезжаешь.
Я ухмыляюсь, потому что ему, чёрт возьми, не казалось, и я реально готов уже проститься с рассудком. Катя мне, может, и не родная в кровном плане, но от этого легче, к сожалению, не стало.
Мне не нравится в какую сторону клонятся наши отношения. Она отдаляется от меня, скрывает что-то, что явно застряло у неё в мозгах. Я вижу, что её мысли мучают её, но она не спешит ими делиться. И я понимаю, что для того, чтобы мне снова завоевать её доверие, нужно продолжать играть роль заботливого старшего брата, но я не могу этого сделать. Не могу дать того, чего она хочет.
Каждый мой шаг в сторону перестройки наших отношений на два шага отдаляет её от меня, но она тут же оттаивает, когда я проявляю к ней братскую любовь. Это чёртов замкнутый круг из которого я не могу найти выхода.
- Так что сейчас между вами происходит? – Сивый вырывает меня из размышлений – Судя по тому, что я застал вас в одной постели, я делаю вывод, что между вами что-то было. Я прав?
- Нет, не прав. – я устало тру переносицу, облокачиваясь спиной на спинку дивана. Башка трещит после вчерашней попойки, а ещё мне дико хочется курить. Лёгкие отчаянно требуют восполнить недостаток никотина. – Она вчера хотела от меня уйти. Думала, что если она мне не сестра, то я не захочу поддерживать с ней отношения. Дурочка. – ухмыляюсь себе под нос – Я заставил её ночевать в моей кровати, чтобы она не сбежала, пока я сплю.
- А дальше что делать будешь? Пристегнёшь её к батарее наручниками? – ёрничает Сивый. Сарказм так и сочится из него, словно слюни на подушку. Я знаю, что он шутит, но меня всё равно бесит. И я ещё не забыл, что он припёрся к моей сестре с букетом и при полном параде. Кавалер херов.
- Ты чё так вырядился? – спрашиваю прищуриваясь, отчасти не желая отвечать на его вопрос, а ещё потому что я, блять, ревную. Какого хера он дарит цветы моему Котёнку?
- Воу-воу. Полегче, Ромэо. – Сиваров лыбится, поднимая вверх руки, изображая капитуляцию. – Я уже понял, что ты тот ещё Отелло. Только молю, не души. – остряк сраный, чёртов книголюб. Засунуть бы ему его чувство юмора в жопу. – Цветы я твоей сестрёнке подарил, потому что правда хотел поздравить девчонку с праздником. А костюм пришлось нацепить, потому что по твоей же просьбе навещал с утра вдову Костета. Бабла ей подкинул на первое время, принёс соболезнования, да и на счёт похорон надо было перетереть.
Чёрт! За последними событиями я совсем забыл про покушение. А ведь если шмальнуть пытались в меня, то и Катя сейчас находится в опасности. Беда никогда не приходит одна. Избитое выражение, кажется, никогда не потеряет своей актуальности.
Расспросив Сивого о том, что ему удалось узнать у вдовы о делах Костика, выпроваживаю его из дома.
Картина яснее не становится, но вроде как жена Костета говорила, что у него в последнее время были какие-то тёрки с кем-то. Во всяком случае, так ей показалось. Ему часто звонили с неизвестного номера, он сутками не бывал дома, приходил злой и был не разговорчив.