Мой упрямый принц (СИ)

Из коридора вдруг послышался шум. Её величество устремила свой взгляд в ту сторону, коротко кивнула чему-то и вдруг улыбнулась, глядя на меня.
– Глупая девчонка, – произнесла она. – Ты арестована, обезоружена, беспомощна, но вместо того, чтобы согласиться на выгодный брак и спасти своё имя, ты всё же надеешься, что Лерео вытащит тебя отсюда в последнюю минуту. Верно?
Я молчала.
– Наивные, глупые грёзы. – Её величество покачала головой. – Что ж, смотри, к чему приводит упрямство.
Рядом с ней появились два стражника. Её величество милостиво кивнула:
– Открывайте. Пора подготовить камеру для нового гостя, не так ли?
Какого ещё гостя? Неужели кого-то из сторонников Лера? Альбера Риста? Или…
Сердце вдруг замерло. Или они арестовали мою сестру?
Я молча смотрела, как один из стражников отпирает камеру напротив. Лицо его ничего не выражало.
А потом я увидела Лера, идущего между двумя королевскими ищейками.
Никаких оков на нём не было. Но лицо, бледное, злое, с запавшими от усталости глазами, говорило само за себя.
– Принц Лерео, арестованный по обвинению в государственной измене! – весело протянула королева-мать. – Какое зрелище! Будешь ещё притворяться, что читаешь мои мысли, мальчик? Признаю, ты напугал меня там, наверху. Я даже совещалась с лекарями, не объявить ли тебя сумасшедшим. – Она улыбнулась знакомой сладкой улыбкой. – Превосходная идея, правда? Тебе будет куда удобнее, чем здесь. Мягкие стены, заботливые лекари…
– Может быть, вы пожелаете позаботиться о вашем старшем сыне? – негромко спросил Лер. – Впрочем, пожалуй, не стоит. Ему куда лучше без вас.
Глаза королевы-матери вспыхнули внезапной яростью.
– Я люблю Сизмунда больше, чем ты можешь себе представить! – с неожиданной силой произнесла она. – И любые мои мысли и мои сомне… – она оборвала себя, – принадлежат лишь мне! Я люблю его и любила всю жизнь, в отличие от тебя, неблагодарный, неотёсанный бастард!
Её голос стал хриплым.
– Но он умирает, – почти прошептала она. – Умирает, а если и откроет глаза, то больше не узнает ни меня, ни тебя, ни Розали. И поздно разубеждать меня в обратном.
Я с изумлением смотрела на неё. Королева-мать действительно говорила правду сейчас? Действительно любила Сизмунда, просто была уверена, что помочь принцу уже невозможно?
Я покосилась на Лера, но его лицо было камнем.
– Вы выполнили свою работу, господа, – холодно произнёс он. – Как я понимаю, ваше величество, вы взяли под контроль весь дворец?
– Сейчас, когда ты в моём полном распоряжении? Конечно. А ты ожидал, что будет иначе? – Королева-мать откровенно рассмеялась ему в лицо. – Тогда не стоило отсылать Альбера Риста и его отряд неведомо куда. Ты остался без защиты и получил то, что заслужил. Скажи спасибо, что я оставляю тебя в живых!
– А Эстер? – всё ещё негромко поинтересовался Лер.
Королева мельком бросила на меня взгляд через плечо. Интересно, она посмеет повторить свою угрозу про ночных визитёров при свидетелях?
– Тебе стоит уговорить её на брак с Вилье, – бросила она. – Если нет… что ж, ночью её переведут в другую камеру. Менее уютную.
Едва расширившиеся глаза Лера показали, что тот прекрасно её понял.
– Что ж, – спокойно сказал Лер, – спасибо вам, ваше величество, что вы избавили меня от последних сомнений.
– Рада помо… А-а-а!
Лер с поразительной ловкостью обхватил королеву-мать за плечи и толкнул внутрь камеры. Секунда, и решётка лязгнула, оставляя её величество пленницей в камере напротив.
– Убивают! – закричала женщина с такой силой, что мне показалось, что с потолка вот-вот посыплется побелка, которой здесь не было. – Ко мне! Лерео – предатель!
– Право, это преувеличение, – бесстрастно произнёс Лер. – Я всего лишь воздаю добром за добро.
Четверо стражников, окружавших Лера, не сдвинулись с места, пока Лер спокойно, не торопясь, закрывал дверь.
– Мерзкий… – Королева-мать задохнулась. – Ты не смеешь оставлять меня здесь!
– Где-то я уже слышал эти слова, – задумчиво протянул Лер. – «Ты получил то, что заслужил! Скажи спасибо, что я оставляю тебя в живых!» Кто же это сказал, интересно?
 
Её величество с сузившимися глазами наблюдала за ним. Она быстро пришла в себя, но её убийственный взгляд говорил вернее слов.
– Это снова переворот? – уточнила я.
– Увы, да. – Лер спрятал ключ в карман. – Надеюсь, временный. Я бы с радостью предоставил братцу разбираться со всем этим, но… – он сделал жест, указывая наверх, – сама понимаешь.
В его голосе скользнула горечь. Я наклонила голову. Я понимала.
– Как тебе это удалось? – процедила её величество, брезгливо тронув решётку.
– Что, теперь настало время уже для моего злодейского монолога? – Лер вздохнул. – Вам не стоило отпускать Альбера и его людей. Они быстро собрали для меня тех, кто был недоволен вашей властью, а также уговорили кое-кого из остальных. – Короткий кивок на стражников. – Как вы имели удовольствие заметить.
Один из людей королевы-матери… нет, уже людей Лера начал отпирать мою решётку.
– Где моя сестра? – быстро спросила я.
– Всё ещё у дверей спальни его высочества. Никто не посмел увести её оттуда. – Лер шагнул в камеру. – Давай сюда руку.
– Теперь и ты хочешь выдать меня замуж? – мрачно пошутила я.
И тут же наткнулась на взгляд Лера. Странный. Оценивающий.
– Просто устала, – быстро вставила я. – Мне нужно на свежий воздух. И воды.
«И в обморок», – мысленно добавила я и с облегчением заметила на лице Лера призрак улыбки.
– Сейчас. – Лер склонился над браслетами на моих запястьях, и я почувствовала прикосновение тёплых пальцев. – Мне тоже не мешало бы отдохнуть и поесть, но придётся обратиться к придворным с очередной вдохновляющей речью, раз уж первая не возымела эффект. Как бы мне хотелось, чтобы Сизмунд был здесь…
– Он не очнётся, – произнесла королева-мать из-за решётки куда менее уверенно. – Прекрати… прекратите строить воздушные замки, вы оба.
Лер обернулся.
– Его высочество ещё жив, – произнёс он холодно. – Да, другие методы лечения… пока не помогли ему очнуться. – Быстрый взгляд на меня. – Но Сизмунд жив, и попытка похоронить его раньше времени не поможет никому.
Лер выпрямился, и мои оковы с глухим лязгом упали на каменный пол.
– Прошу вас следовать за мной, княжна.
– Принц Сизмунд действительно ещё не очнулся? – хрипло спросила я. – Хотя прошло уже несколько часов? Но ему хотя бы стало лучше? Хоть ненамного? Он же спал, просто спал, он должен был уже проснуться!
Наши с Лером взгляды встретились.
И мне стало по-настоящему страшно, когда он не ответил.
На середине лестницы Лер остановился и прислонился к стене. На мгновение закрыл глаза, и у меня дрогнуло сердце, когда я увидела, каким усталым было его лицо.
Но он тут же выпрямился, и взгляд его стал жёстким.
– Королеву-мать запереть в её покоях, – коротко приказал он, глядя на стражей. – Официальная версия – её величество слегла.
Стражники переглянулись и одновременно поклонились.
– Больше никого не трогать, – холодно сказал Лер. – Впрочем, нет: здесь есть некий шевалье Вилье. Его я хочу оставить в темнице и выкинуть ключ. Самая тёмная камера, вы меня поняли?
Ещё один глубокий поклон в ответ.
– На этом всё. Идите.
По жесту его руки стражники продолжали подниматься. Мы с Лером остались вдвоём.
– Ты правда не оставишь королеву-мать в темнице? – первой не выдержала я. – Неужели ты отправишь её в уютную тихую спальню и никого больше не будешь арестовывать?
– А ты хочешь, чтобы я начал массовые казни? – Лер покачал головой. – Страх, аресты, репрессии – это первый признак поражения. Бессмысленно и глупо.
– Дядя сказал бы то же самое, – тихо сказала я.
– Умный человек твой дядя.
Я лишь закусила губу. Я никогда не скучала по дяде так, как сейчас. По дому, по моему лесу, по Рыське, по охотничьей избушке с плохо законопаченными стенами. Вернуться – и никогда больше не уезжать.