Мой упрямый принц (СИ)

Я сжала кулаки. Ну, держись, её величество!
– Да, – процедила я. – И без моего разрешения она туда не войдёт.
Лер странно посмотрел на меня.
– Сейчас ты независима, конечно, – произнёс он. – Но ты вообще представляешь, насколько хрупка твоя независимость? Одно-единственное слово в приёмном зале, одна фраза моего брата, объявляющая твой будущий брак, – и всё кончено.
– Вряд ли всё будет настолько просто с наследницей княжества, – колко сказала я.
Лер смотрел на меня с сожалением.
– У моего братца не так давно были развлечения… на водах, – медленно сказал он. – И репутация молодой особы, которая сопровождала его, была испорчена безвозвратно. Её выдали замуж, конечно, Сизмунд не пожалел приданого. Но эта история запомнилась. И я очень сильно подозреваю, что она повторится. Если приказа брата тебе недостаточно, подумай об этом.
Я вспомнила Вилье и вздрогнула.
– То есть если его высочество позовёт своих невест купаться…
– К счастью, у каждой женщины есть прекрасный предлог, чтобы отказаться. Лунные дни и всё такое прочее.
Я вспыхнула. Приличные мужчины о подобных вещах не говорят!
– Перед приличным мужчиной сегодня вытряхивали столько грязного белья, что твои панталоны особого значения не имеют, даже чёрные и кружевные, – отмахнулся Лер, покосившись на мою грудь словно невзначай. – Особенно после нашей возвышенной дискуссии о моих подштанниках. Кстати, платье тебе идёт.
– Угу, – невинно проронила я. – И панталоны тоже.
Мы переглянулись и захихикали. А потом я вдруг осознала его слова.
– Лер… ты имел в виду, что переслушал много непристойных мыслей? Или, когда ты говоришь о чьём-то нижнем белье, ты на самом деле видел…
Я оборвала себя. Неважно. Это меня не касается!
Вместо ответа Лер с ироничной улыбкой поднял передо мной ветку, предлагая пройти. Аллея заканчивалась, и впереди уже трепетали огни мостков.
Я кашлянула.
– Гм… мы ведь забудем, о чём я только что тебя спрашивала, верно?
Лер широко ухмыльнулся мне в ответ. Вот уж кто точно не собирался забывать.
– О, женское любопытство – прекрасная черта. Думаешь, едва выздоровев, я тут же окунулся в омут разврата?
Он подал мне руку, и я неохотно её приняла: тропу в темноте почти не было видно.
– Я ничего не думаю, – прохладно сказала я. – По крайней мере, не должна думать.
– Но думаешь. – Лер поднял бровь. – И гадаешь.
– Ещё скажи, что ни разу не участвовал ни в каком разврате и вообще невинен, как первый снег, – пробормотала я.
Лер смерил меня таким выразительным взглядом, что я начала думать, что принц Сизмунд купался на водах с молодыми особами не один.
– Было дело, – неожиданно сказал Лер. – Мой восемнадцатый день рождения. Сам не знаю, что тогда нашло на нас обоих, но Сизмунду по щелчку пальцев привезли девиц, жаждущих провести ночь с принцем, и мы с братцем отправились веселиться. Здорово напились, как я помню. Впрочем, девицы остались довольны.
«Надеюсь, вы не забыли им заплатить», – чуть не вырвалось у меня.
– Ничего себе… момент братского единства, – выдавила я вслух.
– Да, бывали дни. Необычные, мягко говоря. – Лер поморщился. – Пока королева-мать не узнала об этом, разумеется.
– А твой отец? – тихо спросила я. – Он не останавливал её?
– Отец…
Лер остановился, опершись на ствол яблони. В полумраке я едва могла разглядеть его лицо.
– Отец редко думал о семье. Он слишком пытался дотянуться до Рейнара… и боюсь, что безуспешно. Он вмешивался даже в самые незначительные решения вместо того, чтобы довериться куда более компетентным министрам. И порой это не очень хорошо кончалось. Даже Сизмунд мудрее него… хотя я бы сказал, просто ленивее.
– То есть Сизмунд будет хорошим правителем?
– Он не вмешивается, – просто сказал Лер. – Просто не выгоняет министров и не позволяет матери проталкивать своих любимчиков. Иногда именно это и нужно.
Я хмыкнула.
– Ты не так уж сильно его презираешь, оказывается.
Лер промолчал. Я посмотрела на него внимательнее.
– Знаешь… Сизмунд пару раз смотрел на тебя с таким выражением лица, словно ему хотелось с тобой поговорить. Поговорить, а не ругаться. Может, он даже был бы не прочь снова напиться с тобой вместе.
 
– Это у него быстро проходит, – отмахнулся Лер. – Поверь мне.
А жаль. Я вздохнула. Это же можно было бы помирить братьев, выгнать королеву-мать куда-нибудь, гм, на целебные источники, и настали бы мир и покой! А потом выдать Сюзи за подобревшего Сизмунда, а где одна свадьба с принцем, там и вторая…
…Ох, что мне только в голову лезет?
– Ладно, я верю, – быстро сказала я, изо всех сил надеясь, что Лер отвлёкся и не ухватил крамольную мысль. – То есть твой отец был слишком занят, его супруга тебя ненавидела, а Сизмунд то завидовал тебе, то пытался с тобой сблизиться, но ненадолго. Непростая жизнь.
– Едва ли тебе пришлось проще. Родители, которым нельзя довериться, очень милая, но наивная сестра… и дядя, который заменил тебе отца, но вот уже полтора года его нет.
Я сглотнула.
– Да.
– Я даже не горевал по отцу как следует, – внезапно сказал Лер. – Я не видел его неделями, мы едва разговаривали, и я уже настолько привык к этому, что…
Он умолк.
– Но довольно о грустном. – Лер глубоко вздохнул и подал мне руку. – Пойдём полюбуемся фонариками над водой.
Но далеко уйти нам не дали.
Лер вдруг нахмурился и прижал меня к себе. В следующий миг его ладонь зажала мне рот так плотно, что я не смогла бы даже её укусить.
Я попыталась вырваться, но Лер держал меня ещё крепче. Он что, с ума сошёл? Вокруг никого нет, а он будет зажимать мне рот? Может быть, ещё и набросится с… пристойными намерениями? Для непристойных, пожалуй, Лер слишком порядочен.
…Что, наверное, к лучшему. Наверное.
Неподалёку хрустнула ветка. Прошелестело платье, и мне показалось, что я увидела за стволами женский силуэт. Дуновение ветра, и всё стихло.
Ещё секунда… Вторая… Третья.
Наконец Лер медленно выпустил меня и отнял ладонь от моего лица.
– Ну? – прошипела я. – И что это было?
Лер стоял абсолютно неподвижно, хмурясь.
– А королева-мать ничего не знает об этом, – пробормотал он. – Она знала, что я узнаю, и вместо этого позволила ей «действовать по обстоятельствам». Как интересно. И неглупо.
Я смотрела на него, ничего не понимая. А потом начала понимать.
– Я не услышала ни звука, – прошептала я. – Но ты услышал! Ты услышал чьи-то мысли!
Лер рассеянно наклонил голову, всё ещё хмурясь. Я дёрнула его за рукав.
– Ну? И что ты услышал? При чём тут королева-мать и кому она позволила действовать по обстоя…
Я осеклась. Глупо было не понять сразу. Какой женщине благоволила королева-мать? Уж точно не мне и не моей сестре. Она покровительствовала одной-единственной королевской невесте – Розали Фоссе. И позволила дочери герцога действовать по обстоятельствам.
Я сжала кулаки.
– Она… Розали что-то сделает с моей сестрой? Лер, быстро, где она? Её нужно предупредить!
Но Лер не сдвинулся с места. Он стоял посреди неосвещённой аллеи, прикрыв глаза, и его лицо было застывшим, напряжённым, словно он решал какую-то сложную задачу. Наконец, не открывая глаз, он коснулся моей руки, и это прикосновение было почти нежным.
– Эстер, – произнёс он негромко, и я вздрогнула: он впервые назвал меня по имени. – Стой здесь и никуда не уходи. Это понятно?
– Так, а ты куда собрался?
Вместо ответа Лер сжал мою руку.
– Никуда не уходи, – раздельно произнёс он.
И исчез в тенях.
Несколько мгновений я стояла одна, тяжело дыша.
А потом, не размышляя, даже не думая, ринулась за Лером.
Я не умела ходить по лесу совершенно беззвучно, как дядя. Но если уж Розали в светло-розовом платье прокралась по саду так, что я едва её заслышала, уж мне-то точно нельзя ударить в грязь лицом.
Я быстро двинулась в ту же сторону, что и Лер. И мысленно выругалась: на пути оказалась освещённая кленовая аллея.