Строптивая сиротка для Айсберга (СИ)

Пройдёт. Перемелется, мука будет.
Глава 23. Маша
Следующие два месяца становятся лучшим временем с моим Айсбергом. Мы не сговариваясь, и ничего не обсуждая, начинаем жить вместе на две квартиры. Ночуем то там, то тут, вещи кочуют с нами, надо бы обсудить этот вопрос, но нам вечно некогда. То мы в гостях, то гуляем, то на работе, то готовим вместе, а в следующую минуту занимаемся сексом на кухонном столе.
Кай становится спокойнее, не такой ревнивый, мы много говорим, рассказывая друг другу истории из детства. Он часто вспоминает первое время в Москве, как сложно ему было без друзей, без матери, с вечно недовольным отцом. Постоянные драки в школе и дома, поэтому он и решил заняться боксом. Надоело быть терпилой. В этой секции и познакомился с Максом, тогда стало легче. Спорт был для него отдушиной. А родители друга тепло приняли Кая, и праздники, и выходные он проводил с ними на даче.
На работе мы часто появляемся вместе, почти всегда, если Каю не нужно с утра «в поля». В офисе все о нас знают и сплетничают ещё больше, но меня это почти не трогает. Катя после того скандала со Снежинским уволилась и проходит стажировку в другой крупной компании. Больше ничего не знаю, не общаюсь с ней и Сафоновыми. В нашем офисе, конечно, любят посплетничать, на все нескромные вопросы и комментарии отшучиваюсь, а у Кая никто ничего не спрашивает, зная его нрав.
Сегодня у нас небольшая дата три месяца как мы вместе. Как-то между нами случился разговор, с какой даты считать начало отношений. Я предложила с первого поцелуя или с дня знакомства. А Кай сказал, что надо считать с первого секса. Так и считаем. В этот раз мы у Кая в квартире. Сегодня суббота, вообще заметила, что наши знаковые моменты в отношениях часто выпадают на этот день. Пока Кай на тренировке, я запекла мясо и сделала моему Айсбергу пп-десерт. Надеюсь, ему понравиться, по крайней мере, Джейми Оливер обещал, что это будет незабываемое удовольствие. Спасибо, его ютуб-каналу. В морозилке охлаждается вино.
Выбираю белое коктейльное платье без бретелей, в нём грудь, кажется, больше. Каю нравится это платье, потому что на нём супермолния до самых бёдер, и оно легко расстёгивается. Осторожно поправляю чулки, когда дверь открывается. Слышу, как Снежинский раздевается, бросает сумку. Шум воды, шаги.
— Как вкусно пахнет, — заходит в комнату, стягивая толстовку, замирает, осматривая меня с головы до ног, кадык нервно дёргается, сглатывает — Привет, а я как раз голодный. Ты такая красивая, пока тренил о тебе думал.
— Привет, я ужин приготовила сама. — не могу сдержать улыбки, Айс крадётся как кот и нарезает круги, как бы невзначай ведёт кончиками пальцев по спине, попе.
— Я цветы купил, тяжёлые, правда, в корзине, на кухню отнёс. Стол такой шикарный, ты умница.
Кай обнимает меня со спины, возбуждён, непроизвольно делает пару движений, толкаясь в меня.
— Я соскучился, всю треню думал, как именно буду тебя трахать.
Кожа мгновенно покрывается мурашками от его хриплого «трахать». Все эти словечки ужасно заводят. Прогибаюсь навстречу его эрекции, я тоже соскучилась.
— У меня для тебя подарок. Волосы подними.
Старательно пряча улыбку, приподнимаю кудри. Не могу сказать, что не догадывалась о сюрпризе, слышала пару дней назад, как Кай говорил с курьером известного ювелирного бренда, договариваясь о доставке.
Ловким движением Снежинский надевает на меня цепочку, из белого золота с кулоном в форме капли, видимо, с бриллиантом в центре. Камень красиво переливается всеми гранями.
— Мне очень нравится. Спасибо.
— Спасибо — это много. Минета будет достаточно. — ухмыляется.
Вот засранец. Всё равно люблю его безумно. В первую же неделю совместной жизни он таки поставил меня на колени. Что очень ему понравилось и немножко мне.
— Легко. — улыбаюсь, повиснув у него на шее, — Кулон потрясающий, спасибо большое. Ты угадал на сто процентов! Люблю тебя!
— И я тебя. — целует в губы — Я потный как скотина, быстро в душ, потом поедим и трахаться. Как тебе план?
 
— Классный, я пока ужин накрою.
Ещё один поцелуй и Снежинский, напевая на ходу, начинает раздеваться, подмигнув и сверкнув голой задницей, исчезает в ванной.
Ещё раз любуюсь кулоном. Очень красивый и изящный. Иду на кухню. На окне огромная корзина белых роз. Шикарные. А пахнут как. Расставляю тарелки, когда у Кая на телефоне звякает сообщение, он оставил его на столе, следом прилетает ко мне на айфон. Странное совпадение.
Одной рукой достаю противень с мясом из духовки, другой открываю мессенджер. Висит непрочитанное сообщение с незнакомого номера с прикреплённым видео. Необъяснимо мне становится не по себе, сердце бьётся чаще, и пальцы дрожат. Не сразу попадаю по сенсору, но всё-таки умудряюсь включить видео. Картинка сначала нечёткая, изображение скачет и периодически идёт пикселями, зато звуки не дают шанса усомниться, это чей-то секс.
Шлепки, стоны, шорох одежды. Что это за дерьмо? Ставлю мясо на стол. И двумя руками вцепляюсь в телефон. Картинка становится чётче, и первое, что я узнаю это татуировки, потом кудри, в которые девица на видео запускает руки, стонет. Дальше снова шлепки и оханья.
Отбрасываю телефон как ядовитую змею. В ушах шумит, в горле пересыхает, машинально облизываю губы, в животе что-то противно ворочается. Страх? Меня тошнит и колотит, так что тарелки звенят у меня в руках. Зачем я вообще их взяла? Кручусь как юла, не понимая, что с ними делать?
Он изменил мне? Изменил?! Снова накатывает тошнота, и дышать становится практически невозможно. Будто удавка на шеи затягивается. Машинально хватаюсь за горло, забывая про тарелки. Они с грохотом разлетаются на осколки.
Изменил, изменил, изменил! Как больно. В животе становится туго и горячо. Словно вся моя боль концентрируется именно там. Время замедляется и раскачивается маятником, кухня плывёт перед глазами, фоном слышу шум воды, понимаю, что сижу на полу, нащупываю телефон и запускаю видео.
Кухню снова наполняют звуки траха. Какой кошмар, зачем я его включила?
А вдруг я ошиблась? Господи, ну, пожалуйста! Вдруг это не Кай? Может это чей-то розыгрыш? Подстава? Мой мозг лихорадочно ищет варианты, не желая признавать очевидного. Кай меня предал.
Сквозь слёзы вглядываюсь в экран и вою, потому что узнаю и серую футболку, и джинсы и даже кроссовки. Снова видно татуировки на руках, какая-то девка запускает руки в льняные кудри. А говорил, что только мне можно трогать его голову. Да, говорил. Да какая разница теперь? Он мне и что любит, говорил. Врун. Предатель. Внутри опять какой-то спазм и я непроизвольно хватаюсь за живот, вою размазывая тушь по щекам. Больно, будто внутри меня огромный ледяной спрут распустил щупальца и всё, к чему он прикасается, покрывается льдом.
— Маш, что за грохот? Тарелку разбила? На счастье. — Кай заходит с широкой улыбкой, но она быстро сменяется сначала недоумением, потом беспокойством. — Ты чего на полу? Что случилось?
Присаживается рядом, протягивает руку, я непроизвольно шарахаюсь от него, больно ударяясь головой о стену.
— Не трогай меня!
— Да что случилось-то? Что ты ревёшь? Болит что-то? — взрывает Снежинского от моей реакции.
Болит.
— Телефон проверь, тебе там сообщение.
Кай подлетает к столу, быстро разблокирует айфон. Большим пальцем убирает громкость.
Видимо, смотрит видео. Хмуриться, бледнеет, тяжело сглатывает, растирает лицо, швыряя телефон на стол.
— Да ты не парься, врубай на всю громкость. Я два раза посмотрела, кто-то очень заботливый мне на номер продублировал твоё порно! — из меня вырывается истеричный смех.
— Маш…
— Что? Сейчас ты скажешь, что я всё неправильно поняла? И это не то, что я думаю? Или может, что это не ты? Не твои татуировки? Джинсы и кроссовки не твои? И волосы тоже на твои непохожи? А? Хватит совести у тебя? Это не ты? Не ты?!
— Я. Герда, я не знаю, что сказать. Прости меня! — Снежинский присаживается и тянется обнять, я снова шарахаюсь в сторону. — Всё-всё, не трогаю. Я всё тебе объясню. Я виноват, очень виноват. Я всё тебе расскажу. Я мудак. Но я так тебя люблю.