Пункт назначения 1991. Целитель (СИ)

— Есть еще оружие и взрывчатка. Сильно мне помогла магия в прошлый раз? Что с ней, что без нее взрыв не оставил шансов. Не забыл?
Влад покачал головой и как-то сразу прокис.
— У меня два варианта, — я взялся за блокнот и покачал им у друга перед носом, — либо выяснить, кому и что должен Маринич и отдать этот чертов долг, либо…
— Всех нафиг порешить? — Спросил он с надеждой.
Я даже поморщился.
— Что ж ты такой кровожадный? Зачем мне их убивать? Я имел ввиду, что придется уехать отсюда. Сбежать, сменить документы. И Костя мне в этом обещал помочь.
— Когда? — Не понял Влад.
— Тогда, — ответил я непонятно, — незадолго до взрыва. Он назвал адрес, куда я могу обратиться в случае опасности.
Влад опустил глаза, сжал губы, на щеках его заиграли желваки. Я молчал, ждал очередного вопроса. Дождался.
— И все равно я не понимаю, зачем раскрываться перед Костей. Он же холуй Льва. А если сдаст?
Я прикрыл глаза, вспомнил наш последний с Костей разговор, ощутил исходящие от него эмоции, восстановил в памяти ауру. Убежденно покачал головой.
— Не сдаст. А помочь, поможет. Я знаю.
Влад все равно не поверил.
— Как хочешь, — сказал он, — спорить с тобой я не буду. Все равно ты сделаешь по-своему. Если только тебя связать.
Я усмехнулся, расправил плечи. Парень совсем поник, бросил обреченно:
— Иди ты к черту, Олег. Почему из-за тебя вечно одни неприятности? И сейчас, и когда ты был Серегой.
Мне стало немного обидно. Серегины проблемы Влад приписал на мою голову не совсем справедливо.
— Не знаю, — ответил я. Потом вдруг вспомнил, что давненько хотел узнать одну вещь: — Слушай, Влад, а что такого сделал Серега? Из-за чего попал ко Льву в рабство?
— А ты не знаешь? — Он дико изумился.
Я вновь пожал плечами. Сказал, словно извиняясь:
— Все как-то не заходил разговор.
— Да, собственно, ничего особенного, — парень вздохнул, — взял у Льва денег взаймы.
— У Льва? Денег? — Я откровенно изумился. — И он ему дал?
Влад заржал.
— Ага. Еще как дал. Серега у нас был знатный артист. Так мозги Петровичу запудрил — дескать, хочет открыть верное дело. Специалистов привлек, бизнес-план нарисовал, прибыль заранее посчитал. — Влад снова вздохнул и резюмировал: — Дурак он был. Деньги все проиграл, а когда пришел срок отдавать долг, попытался удрать. Ну его поймали, поучили основательно и для острастки повезли в лесок копать могилку…
— Помогло? — Спросил я.
— Как же. Вот тогда-то он и придумал схему с шаманом. А в залог пообещал Льву мою квартиру, сволочь.
Влад впервые высказался о друге так… Я посмотрел на него понимающе. Действительно, сволочь. Иначе не скажешь.
— А накануне начала всей этой аферы перебрал на мальчишнике…
С этого места я уже знал. Как раз на утро очнулся в Серегином теле и испытал всю прелесть дичайшего похмелья.
— Собственно все. — Влад поднялся. — Больше мне тебе сказать нечего.
— Спасибо. Все, что хотел, я узнал.
— Тогда я пойду, заварю нам кофейку. А ты давай, не теряй время, книгу в зубы и разузнай все про Соломона.
Когда он вышел, я невольно покачал головой. Влад меня чем дальше, тем больше поражал. И я пока не мог понять за какие такие заслуги небеса одарили меня столь верным другом. Но скажу честно, я им был благодарен.
* * *
Брать с собой девчонок мы не стали. По правде говоря, я бы оставил дома и Влада. Но он ожидаемо уперся. Привел кучу железобетонных аргументов. Общий их смысл свелся к одному постулату: «Тебе нужно наблюдать за домом Льва глазами птицы. Вот и нечего в таком состоянии крутить баранку. В новое тело переехать всегда успеешь».
Для возражения у меня не хватило аргументов. Он был, черт подери, абсолютно, стопроцентно прав. А потому ваш верный слуга уселся на пассажирское сидение в пятерке Влада.
С собой у нас был блокнот Маринича и куча вопросов про запас. Влад включил радио. Там пел Тальков. Пел одну из своих самых популярных песен: «Вернусь».
 
Я поморщился. Черт его знает почему, но Талькова я не переваривал смолоду, с тех самых лет, когда он вдруг стал безумно популярен. Не изменилось это и с возрастом.
Влад, ставший неожиданно серьезным, тихонько подпевал. Ему песня нравилась. И я не стал мешать, благо, скоро мелодия сменилась. Группа Сталкер запела «Не плачь, Алиса».
Я дослушал до конца, потом отключил восприятие и переместился за полсотни километров, туда, где мой пернатый напарник нес вахту.
Там было тихо. Там было спокойно. Секьюрити лениво слонялись по двору, наслаждались нежданным ничегонеделаньем. Я им даже позавидовал. Потом сосредоточился и поднял птицу на крыло. Закинул ее в прохладную синь, глянул с высоты на далекую землю, на крыши домов, на крохотных человечков.
Птах был счастлив нежданной свободе. Я отпустил вожжи и отдался полету весь, целиком, с потрохами. Окунулся в омут ликования. Забыл обо всем. Жаль, ненадолго.
Грубый Влад очень скоро пихнул меня в бок, прошипел:
— Олег, очнись, приехали. Тебе пора.
Пришлось выныривать из счастья в реальность. Птицу я велел лететь на пост, сам со смаком потянулся, проверил в кармане блокнот. Коротко велел:
— Жди.
И отправился на встречу с Костей, стараясь не думать, что ждет меня впереди. Я полностью отдался на волю провидения.
У дверей подъезда бросил взгляд на часы — стрелки показывали без четырех восемь.
* * *
Встречали меня открытой дверью. Ждали. Я снова протянул руку.
— Привет, Костя уже пришел?
На этот раз мой жест проигноривали. Лицо связника стало хмурым. Он кивнул, проговорил:
— Проходи.
Тщательно запер за мной дверь. Меня такая перемена и насторожила, и насмешила одновременно. По ладоням потекла сила, застыла в кончиках пальцев, готовая к атаке. Ощущение было мощным и необычайно приятным. Я с трудом сдержал довольную улыбку.
В знакомой комнате было пусто. Дверь в соседнее помещение оказалась чуть приоткрыта. Я замер, отключил птицу, вновь разделил сознание и потянулся туда, где мог находиться Костя.
За стеной почти сразу почувствовал знакомую энергию. Услышал тревожное биение сердца. Уловил поток чужих мыслей. Смысла разобрать не смог. Ощутил лишь отголоски эмоций — смесь волнения, недоверия и надежды.
Быстро пробежал по знакомому силуэту, осмотрел ощупал, прокричал довольно:
— Костя, привет! Вижу, операция тебе не понадобилась?
Человек за дверью на миг даже перестал дышать.
— Выходи, — продолжил я, — давай, знакомиться заново. Не надо от меня шарахаться. Мы не в Африке, а я не тухлая антилопа.
Силуэт вздрогнул, задумался и решился — сделал шаг, появился в дверном проеме, оглядел меня и расстроился.
— Ты не Сергей, — сказал он неприязненно. — Зачем этот маскарад? Кто ты?
Связник сделал шаг вбок, назад, встал у меня за спиной, закрывая дорогу к выходу. Теперь от него исходила угроза.
Я не стал дразнить гусей, прошел к стене, уселся в низкое кресло, руки положил перед собой на колени. Смотреть старался только на Костю. Мысленно ощупал его вновь. И вдруг почувствовал в кармане рубашки нечто знакомое. Фонило это нечто моей собственной силой. Я улыбнулся и выдал:
— Рад, что ты носишь с собой мой подарок.
Парень даже не колыхнулся. Нервы, выдержка у него были железные.
— Какой подарок? — Спросил он, будто не понимал, о чем речь.
— В кармане рубашки, — я вновь улыбнулся, — ленту эту я подарил тебе в сентябре прошлого года, когда мы стояли на пепелище.
Он дернулся, пригладил карман ладонью. В глазах разгорелся огонек. Я же развел руками.
— Прости, но точную дату не помню. Зато прекрасно помню твой рассказ про червей и антилопу.
— Серый? — Спросил он совсем уже ошарашенно. — Ты? Но как?
Я бросил взгляд на связника, подумал, что он и так уже знает кучу лишнего, решился: