Герой по вызову (СИ)

Страх отступил, а в моё собственное сердце вошёл гнев. Я легко привязывался к неписям — до такой степени, что где-то на уровне подсознания считал их за таких же живых, как и коллеги-игроки. Конечно, иногда и я творил зло — но уж точно не то зло, в котором приходилось убивать детей. Мрачно зыркнув на неподвижных некромантов, я принялся пересчитывать черепа, по размеру подходившие под таковые у младенцев. Пять, десять, двадцать... Коллекция, мать её. Ничего, ничего. Все получат по заслугам, вот только сдам квест, свалю, прокачаюсь, вернусь — и перемолочу вашу тела в прах, который развею где-нибудь в церкви Габриэля. Под пересчёт черепов я спустился на их уровень, подходя к столу, на котором тоже было, на что посмотреть.
Три владыки Леса Мертвецов играли в карты — судя по всему, в дурака. Карты были потёртые, с выцветшими и пожелтевшими картинками — им явно было больше десятка лет. Замерев в паре шагов от ближайшего скелета в робе, я выдохнул, припоминая условия для выполнения квеста. Значит, у этих троих своя компашка, и моя задача — их поссорить. К сожалению, знания с основного аккаунта тут не помогут, а историю Леса Мертвецов я не сказать, чтобы знал идеально. Значит, действуем на авось.
— Играете? — двинул я головой, указывая на разложенные карты и горки маленьких одинаковых костей возле локтевых суставов каждого из некромантов.
Сухой смех и движение челюстей трёх скелетов поприветствовал меня, и страх, только что убежавший прочь, снова подступил в упор.
— Что-то вроде того, человек, — кивнул мне тот скелет, что был ближе всех. А потом издал звук, при котором обычно втягивают носом воздух. — Хм... Я не чувствую от тебя запаха тьмы. Ты чемпион господина?
— Не совсем, — сказал я и тут же отошёл на шаг, поскольку скелеты двинулись с очевидным намерением — грохнуть меня прямо здесь и сейчас. — Погодите! У меня есть задание! Задание от господина!
— Ложь! — скрежетнул гнилыми зубами дальний некромант.
— Стой, Окиус, — поднял ладонь без мизинца тот некромант, что ответил мне. — Этот человек не лжёт.
— Ха! — хлопнул по камню последний босс, опуская голову, чтобы его зубы составили полноценную улыбку. — Век мне смерти не видать! И какое же задание у тебя, человек? Говори, раз пришёл!
Так. Хорошо, я ещё дышу. Теперь надо придумать ложь, в которую можно без проблем поверить. В которую без проблем поверят скелеты, живущие не первое столетие. Что-то в духе Доккадена, этого шизофреника... Так, так, думай, Деймос, думай...
— Мне сказали одолеть вас в карты, — кашлянул я. — Чтобы развлечь вашего господина. Ему... — Так, а теперь капельку правды. — Ему наскучило ваше служение. Всё слишком однообразно — жертвоприношения, сбор сил, расширение территории... Ему кажется, что вам никогда не снять заклятье Селины.
— Интересно, — полностью повернулся ко мне тот, кто остановил некроманта с дебильными именем Окиус. — Судя по виду, ты ни разу не опытный искатель приключений, да и магии я от тебя почти не чувствую. Запах других богов... Подскажешь, Окариус?
— Нет, — громким басом ответил тот, к кому обращались. — Чувствуется только лёгкий аромат господина, едва уловимый на его одежде.
— Послать человечишку, неспособного даже штаны спустить, чтобы просраться, — с печалью и почему-то с сожалением в голосе протянул первый некромант. Я покраснел, сдерживая мат. — Да, наш господин только так и работает.
— Он знает, кто наложил на Лес проклятые чары, — покивал Окиус. — Если нет запаха этой ведьмы Селины, значит, он узнал это от господина.
— Я Окурис, — представился ближайший некромант, жестом приглашая меня к столу. Под движением его ладони камень задрожал, вытягиваясь и принимая форму табуретки — такой же, за какой сидели остальные. Аккуратно сложив дубинку с щитом рядышком, я присел, нервно откашливаясь.
 
Некроманты уставились на меня, словно ожидая чего-то.
— Покер? Дурак? Кости? — почесал лысый череп Окариус.
— А, — дёрнулся я. — В дурака.
— Господин, вы иногда так раздражаете своими метафорами, — вздохнул Окурис, над именем которого я тихонько ржал, но только у себя в голове. Над каждым из некромантов всплыли таблички — чёрно-фиолетовые, с тёмными ветвями, окутавшими текст.
Окиус, первый чемпион Доккадена, бога мёртвых и материи. 
Высший некромант(ур. ???). 
Это тот, что сидел напротив и был излишне импульсивным.
Окурис, первый чемпион Доккадена, бога мёртвых и материи. 
Высший некромант(ур. ???). 
Это тот, что был наиболее сдержанным и сидел слева от меня.
Окариус, первый чемпион Доккадена, бога мёртвых и материи. 
Высший некромант(ур. ???). 
А этот был справа и ржал, как старый конь.
— Видать, господин наш не снабдил тебя душами, чтобы сыграть? — склонил голову Окариус. — Ну, давай посмотрим, сколько костей будет стоить твоя...
И не дождавшись моего справедливого возмущения, скелет вытянул обе ладони в мою сторону, фигурально залезая телепатически мне в голову. Всё тело содрогнулось, задрожало, меня буквально выворачивало наизнанку — боль была такая, будто всё нутро перенеслось наружу, а всё, что было снаружи — вовнутрь. Кололо, щипало, царапало, и всё это под диким ледяным холодом, от которого я пытался не задохнуться. Зажмурив глаза, я ждал, когда некромант закончит. Прошло всего несколько секунд, показавшихся мне вечностью. Когда я вновь открыл глаза, возле рук лежала горсть костей, которую я ощущал, будто часть себя.
Откашлявшись, я посмотрел на некроманта, отряхнувшего ладони о робу. Остальные молча сдали карты, лежавшие возле своих куч костей, и передали их Окурису, который сложил их с теми, что были в центре, в одну большую колоду. Холод внутри никуда не ушёл, зато боль потихоньку отступала, и я принялся пересчитывать кости, бывшие, по сути, моей собственной душой. Двадцать одна штука. Солидно. Хотя перед каждым некромантом на столе лежала где-то сотня, если не больше. Так, Доккаден. Уж не захотел ли ты захапать себе меня целиком?
— Правила-то хоть знаешь? — злобно спросил Окиус, зыркая на меня своими рубинами.
Собравшись с силами, я коротко кивнул, сгребая свои кости поближе.
Поиграем, мужики. Зря мне, что ли, достижение накинуло плюс один в ловкость рук? Уж свои-то карты я от вас скрою.
— Сдавай, Окурис, — провёл по вмятине, где был когда-то его нос, Окариус. — А мы пока определимся со ставкой.
Скелет слева двинул плечами, как бы соглашаясь с решением товарища. Размешав колоду, принялся раздавать карты, сперва себе, потом мне — и так по кругу. Два оставшихся некроманта уставились на мои кости, со скрипом почёсывая свои костяные подбородки.
— Пять, для начала? — предложил я, самостоятельно беря и откладывая пять косточек вперёд, к центру стола. — Мне же нужно вас обанкротить, чтобы победить. Будем повышать с каждой игрой. Идёт?
— А неплохо, — хрустнул шеей Окиус, вдруг меняя свой тон. — Мне нравится твоё бесстрашие, человек. Сидеть в обосранных портках перед великими существами вроде нас, и спокойно предлагать свою ставку... Свою собственную душу. Я вижу, что увидел в тебе наш господин. Идёт. Первый вышедший из игры по правилам получает всё. Все согласны?
— Ага, — шевельнул челюстью Окариус.
— Вполне, — продолжая сдавать карты, ответил Окурис. И как бы между делом, заметил. — Учти, что жульничество карается в нашей игре смертью — без исключений для смертных и бессмертных. За триста тысяч игр не было ни одного момента, но я так... На всякий случай — предупреждаю.