Никто кроме тебя. Искушение

– Спрашиваю в сто третий раз: ты выйдешь за меня?
Лив искренне улыбнулась. И обняла, уткнувшись носом в его шею.
– Выйду.
Джордан разжал ладонь и показал смущенной девушке кольцо.
– Бабушка передала, – пояснил он, надевая его на тоненький палец. – Оно очень давно в нашей семье.
Оливия зачарованно наблюдала за его руками. А когда подняла взгляд на Джордана, он в замешательстве замер. Её глаза светились мистическим голубым огнем ярче, чем обычно.
И не успел он подняться, чтобы поцеловать, как Лив, выскользнула из его рук. Она опустилась на кровать, смотря прямо перед собой невидящим взглядом.
Её странное оцепенение длилось всего несколько секунд. Джордан с облегчением выдохнул, понимая, что она постепенно приходит в себя. И мерцание радужек становится, как прежде, чуть заметным.
– Это от счастья? – он попытался пошутить. – Так сильно хочешь замуж?
– Джордан, кто носил его раньше? – ошарашенно глядя на свою руку, спросила она.
– Моя мать, – он обнял её и прижал к себе. – Ты что-то сейчас увидела?
  
Глава 11
 
Я стояла под душем, ощущая, как струи прохладной воды смывают сонную негу. Вместе со следами наших с Джорданом любовных игр. И если он, вернувшись в спальню, зайдет сейчас сюда, всё начнется заново. Прикосновения, нетерпеливые объятия, поцелуи… И я опоздаю в клинику.
До визита к врачу оставалось менее сорока минут, и нужно было скорее выходить и одеваться.
Перешагнув порог ванной комнаты, я сразу же почувствовала на себе пристальный взгляд. Почувствовала, потому что видеть ничего не могла – в спальне было слишком темно. Он здесь, совсем рядом.
Подошла к кровати и уже хотела сесть. Но вдруг широкие ладони сжали талию поверх пушистого полотенца.
Джордан выпрямился передо мной во весь свой внушительный рост. Глаза начали привыкать к темноте, и я смогла рассмотреть его лицо. Невероятно красивое, просто совершенное… и уже любимое.
Вдруг он опустился на колени прямо передо мной, и я в недоумении застыла.
– Спрашиваю в сто третий раз: ты выйдешь за меня? – прозвучал знакомый уже вопрос.
Как и прежде – без того самого признания, которым обычно сопровождают предложение руки и сердца.
Еще каких-то минут десять назад я была уверена, что сердце Джордана Фрейзера всецело принадлежит мне. Но незадолго до этого сгорала от ревности, представляя рядом с ним ту стройную симпатичную брюнетку. И в самый волнительный момент едва не расплакалась, как дурочка, от обиды. Чуть было не отбив у него всякое желание продолжать.
Ну да, назвал любимой. Ну и что? Вот что стоит ему сказать "Я тебя люблю"?
Понятно, что ни о каких настоящих чувствах между нами сейчас не может быть и речи. Мы, по сути, совсем чужие друг другу. А всё то, что между нами происходит, обусловлено особой мистической связью. Этим неодолимым притяжением, обоюдным желанием быть как можно ближе.
Но моя влюбленность настолько реальна, что я готова верить.
– Выйду.
Джордан поднял руку и разжал пальцы. На его ладони поблескивало крупным искрящимся камнем кольцо.
– Бабушка передала, – пояснил он, надевая мне его. – Оно очень давно в нашей семье.
Я поднесла ладонь к лицу и залюбовалась золотым ободком – символом нашего с Джорданом будущего союза.
Неужели это происходит на самом деле? Умопомрачительный, самый прекрасный на свете мужчина скоро станет моим мужем.
Так, стоп. Что-то я слишком этому рада. Нет больше недоверия, исчезли все страхи. Пара часов наедине – и опять я готова на всё, только бы он был моим.
Додумать эту весьма интересную мысль я не успела. Тёмные очертания спальни с тонкой полоской света из под двери внезапно исчезли. И появилось знакомое ощущение падения в никуда. Я зажмурилась. Еще одно видение?
– Помоги ему, – послышался какой-то обессиленный, очень тихий голос.
Эта мольба вырвалась из моей собственной груди вместе с тяжёлым выдохом.
Я решаюсь открыть глаза. И встречаюсь взглядом с расплывающимся отражением в круглом зеркале на стене.
 
Стою посреди своей комнаты в особняке Браунов. Джордана рядом больше нет. Опять путешествие в своё будущее? Интересно. Но волнительно и даже страшно.
Моя ладонь опускается на низкую деревянную колыбель, в которой спит малыш. Мой сын?
– Помоги ему, – снова умоляю, срываясь в жалобные рыдания, – будь рядом!
Что за абсурд? Я сама себя прошу о помощи? Точнее, моё будущее воплощение?
Больше всего захотелось склониться и как следует рассмотреть ребенка. Но, как и в прошлый раз, я была лишь наблюдателем в собственном теле.
Откуда-то издалека послышался встревоженный голос:
– Это от счастья? Так сильно хочешь замуж?
Джордан. Он сейчас – мой проводник в реальность.
Перед тем, как вынырнуть из этого сюра, я напоследок смогла окинуть взглядом видимую часть комнаты и колыбель. И тонкую женскую руку, монотонно её покачивающую. С кольцом на пальце, которое мне минуту назад подарил мой новоявленный жених.
Придя более или менее в себя, я тут же задала волнующий вопрос:
– Джордан, кто носил его раньше?
Об стиснул меня в объятиях и встревоженно ответил:
– Моя мать. Ты что-то увидела?
– Как будто снова перенеслась в другое место. В свою спальню дома Браунов. Но на этот раз я разговаривала со своим отражением, представляешь? Видела ребенка в колыбели. И это самое кольцо на пальце. Но рука, кажется, была не моя.
– Думаешь, это была не ты? Не наш ребенок? Может, и не наше время?
Я кивнула, не в силах как следует собраться с мыслями.
– А комната как выглядела?
– Рассмотреть нормально не получилось, но вроде также, как и сейчас. Не считая колыбели.
– А почему ты решила, что в первых твоих видениях были именно мы с тобой?
– Я слышала твой голос, – начала перечислять я. – Твоё лицо каждый раз было словно в дымке. Как будто смотришь сквозь мутное стекло. Но вполне узнаваемо.
– Хм, – он не нашёлся, что возразить. – Может, что-нибудь еще?
– Ещё вот этот самый перстень на твоём мизинце. Я видела его каждый раз. Откуда он у тебя? От отца?
Джордан вдруг замер, не размыкая кольца своих рук. И следующую минуту не проронил ни слова. Я тоже молчала, прижавшись щекой к его твёрдой груди.
Но внезапное прозрение заставило нарушить тишину.
– Если это и не ты, то кто-то на тебя очень похожий. Совершенно точно – предок или потомок. Может, я переношусь не в будущее, а лет на двадцать пять назад? Ребенок в колыбели – ты, а женщина – твоя мать?
Джордан усмехнулся, покачав головой:
– Перстень у меня не от отца, а от дяди Джонатана, прежнего вождя клана Фрейзеров.
Я с грустью вздохнула. Ведь так логично все сложилось в моей голове – я надела кольцо прежней владелицы и между нами, проводниками-звеньями, возникла связь. А еще захотелось поверить, что это не моему маленькому сыну грозит опасность. А когда-то давно грозила Джордану, который сейчас рядом со мной – живой и невредимый.
– Значит, моя теория несостоятельна, – пришлось мне признать. – И правда, что твоей маме делать в особняке Браунов. Расскажешь мне как-нибудь о ней?
– Да, – он приподнял мой подбородок и коснулся губ поцелуем. – Ты решила, что она – тоже проводник? Предыдущее звено?
– Угу.
– У тебя очень живое воображение.
– Какое уж есть, – буркнула, снимая с себя его руки. – Я кажется, сильно опаздываю на приём.
– Если поторопишься, успеем, – он поднялся с постели вслед за мной.
Я взяла с пуфика брюки и направилась в ванную, где на сушилке висела моя блузка вместе с бельём.
Джордан ухватился за край полотенца, дёрнул и оно упало к моим ногам.
– Не смог удержаться.
В мгновение ока каждый волосок на моём теле встал дыбом, и кожа покрылась мурашками.
– Очень вовремя! – я отступила к ванной. Мало того, что назвал фантазеркой, так еще вздумал дразнить.
Джордан в пару больших шагов поравнялся со мной. Обхватил сзади за живот и прижал голой попой к своему паху.