Миссия соблазнить (СИ)
— Димка, ну что ты такой ску-скучный, — моя язык заплетался. Сознание еще было затуманено, но я точно знала что впереди меня ждет первая брачная ночь.
— Вот оставлю тебя тут, — пригрозил, — и веселись, сколько душе угодно.
Но я знала, что он меня не оставит. Как мог? К тому же он не отпускал мою руку с тех самых пор, как подъехала машина копов. Сперва, конечно, Дима пытался все уладить. Даже порывался сходить за документами, но нас повязали, сказав, что в участке разберутся, кто прав, а кто виноват.
— Не дуйся, — потрепала его за щеку, на что он зарычал. Нервный он какой-то, как будто первый раз в ментовке. — Обещаю все компенсировать, — уже лизнула его щеку.
Нет, ну, а что он ожидал от пьяной женщины? Это давно общепризнанный факт, что женщина под шафе нуждается в ласке и мужском твердом… плече, разумеется!
— Когда-нибудь ты сведешь меня с ума, — как-то даже смиренно пробормотал, а после позвал дежурного. Тот нехотя оторвался от смартфона и недовольно на него взглянул. — Мне нужно позвонить, — чётко отдал приказ так, будто он генерал — не меньше.
— А я чем могу помочь?
— Имею право на один телефонный звонок. Мне нужен телефон в розовом чехле.
Дежурный хотел было возмутиться, однако схлестнувшись с решительным взглядом Синицына — промолчал. Было что-то в нем такое, что люди невольно подчинялись ему. Внутренний стержень.
— Зачем тебе мой телефон? — возмутилась я.
— Цыц, жена! — едко парировал. — Муж проблемы будет решать, которые ты ему создала.
Это я-то? Тьфу ты! И тут Улька Фролова виновата! Вот вышел бы сразу, так и не вызвали бы соседи наряд! Я что ли виновата, что он так дрыхнет, что и танком не разбудишь?
Дежурный отдал телефон Диме, но отходить не спешил.
И что стоять над душой, спрашивается? Нужно помочь новоиспеченному мужу.
— Ой, какие у вас глаза красивые, — пролепетала, взмахивая ресницами. — И форма так идёт, — смущённо улыбнулась.
Дежурный заалел и растаял, промямлил поспешно: «Спасибо» и скрылся за вахтой.
— Фролова, — рявкнул Синица, — хватит строить глазки! — одернул меня, а затем и вовсе положил руку на мою талию, набирая нужный номер. — Серый, здорово! …Ты сейчас в отделении? …Можешь выйти? Я к тебя в обезьянник загремел.
Ну, ничего себе! Вот это новости! Я так и осталась стоять с невежественно открытым ртом, пока Дима пальцем не дотронулся до моей губы и, сверкнув дерзкой ухмылочкой, не сказал:
— Закрой, а то залетит ещё кое-что…
Где тот парень, который уезжал два дня назад? Что с ним стряслось? Сперва почти милые смски (хотя даже это стало сюрпризом), теперь вот это… О хвала всевышнему! Неужели у нас будет секс? От этих радужных перспектив моё либидо, что до этого предпочитало прикинуться мёртвым, проснулось и затрепетало.
Пока я предавалась мечтам, буквально повиснув на руке Димки, потому что ноги меня держали с трудом, из-за угла вышел статный мужчина в форме. Мужчина, который был мне хорошо знаком…
— Что не рожа, то Серёжа, — процедила, покачнувшись.
Ну конечно, он был мне знаком! Козёл чуть не посадил меня на двое суток. Почему чуть? Да потому что я ему такой разбор полётов устроила, что он сам отпустил меня! Точнее отправил в пешую прогулку к чертям, где, по его словам, мне самое место.
Серёжа, он же Сергей Александрович Бабай (и нет, это не я придумала ему прозвище, это действительно была его фамилия), был участковым.
— Синица, как тебя угораздило? — подошёл он к нам.
— Да вот, женушка довела, — усмехнувшись, качнул на меня головой, мол, вот оно — зло всех зол.
Бабай как только на меня посмотрел, отшатнулся, точно пришибленный. Да уж! Меня забыть тяжело! Если вообще возможно…
— Кхм, — сглотнул, — Фролова? — потёр свою шею, словно дышать стало тяжело.
— Здрасте! — оскалилась. — А мы тут к вам!
— Где ж ты так согрешил в этой жизни, Синица? — спросил у моего «мужа», с подозрением на меня покосившись.
— Если бы я сам знал…
Вообще-то, я считала себя даром посланным, ну пусть хоть и не с небес, но точно даром!
Мужчины обменялись понимающими взглядами. Бабай даже не стал спрашивать за что нас забрали. Как будто ему все стало понятно, как только меня увидел.
Ой! Ну, подумаешь, в прошлый раз им чуть участок не спалила! Так я нечаянно, честное слово!
— Вадик, — позвал дежурного, — дай ключи! — тот кинул ему, а Бабай ловко поймал и открыл клетку. — Пойдём, Синицын, решим, что с вами делать!
Я уже была почти за порогом, когда Дима, покачав головой, сурово изрек:
— Ты, Фролова, останешься здесь!
Мой глаз дернулся. Он что, серьезно оставит меня здесь?
— Я приду за тобой, как только все улажу, — заверил меня.
— Почему я не могу пойти с тобой?
— Потому что я не хочу тебя потом ловить по всему отделению. Мне так будет спокойнее. Просто сиди на месте и, желательно, не двигайся.
— Дышать хоть можно? — змеей прошипела.
— Через раз, — в тон мне ответил и закрыл дверь, а после и вовсе скрылся с ехидно ухмыляющимся Бабаем. Тот словно не мог нарадоваться, что и на меня управа нашлась.
Ну и черт с ними! Откинув волосы назад, хищно уставилась на дежурного. Он от такого пристального внимания аж оторвался от телефона.
— Девушка, наверное, пишет? — совершенно невинно поинтересовалась.
Я уже говорила, что пьяная женщина нуждается в мужском внимании? Вот будет Синицын знать, как меня на произвол судьбы бросать!
— У меня нет девушки, — буркнул парень.
— Как так? — облокотилась на решётку и подперла подбородок рукой, точно девица-красавица только не в окне, а за решёткой.
Вадим — я запомнила — пожал плечами.
Какой неискушенный мальчик. Ну ничего, тётя Улья преподаст урок!
Последующее время я заговаривала ему зубы, посылала кокетливые улыбочки, отвешивала льстивые комплименты. И вот, когда он уже был почти у меня в руках, чтобы меня выпустить… А что этот сухарь Синицын думал? Что я без него не справлюсь? Вот уж цаца деловая нашлась! Улька Фролова в огне не горит, в воде не тонет! В общем, в самый неподходящий момент, вышел Дима с Бабаем.
Димка зыркнул на Вадима и клацнул зубами, спугивая мою добычу. Впрочем, больше он мне был и не нужен. Бабай отдал приказ меня открыть.
— Пошли, — устало изрек Синица и даже руку подал, когда дверь открыли, но я исключительно из чувства противоречия отвернула гордо голову.
Пусть уговаривает!
— А может я не хочу с тобой никуда идти, — заявила.
— Не хочешь, как хочешь, — безразлично отвернулся, направляясь к выходу.
Вот чёрствый осел!
— Ээ, нет, Синица! — остановил его Бабай, хватая за локоть. — Забирай свою ведьму. Она же тут камня на камне не оставит!
Вздохнув, Димка вернулся за мной, закинул на плечо, и, не обращая внимания на мои недовольные возгласы, забрал мой телефон и сумочку и потащил на выход.
— Спасибо, Серый, — пожал руку участковому на прощание, а затем вышел.
На улице стояла глубокая ночь. Ни единой души, даже машины не ехали навстречу. Но мне было всё равно. Меня тянуло на разговоры…
— Ты такой сухарь, Синицын! Девушек не на плечо закидывать нужно, а на руках носить.
— Так ты уже не девушка, а самопровозглашенная жена. Тебя можно.
— Вот ещё! Меня мой муж должен на руках носить всю жизнь.
— Тогда у твоего мужа будет грыжа.
Это просто вопиющее хамство!
— Да я вообще пушинка, между прочим!
— Я не имел в виду твой вес, — подкинул меня на плече, отчего я ойкнула. — Я имел в виду тебя.
Ну я ему сейчас…
— Ты чего, Фролова? Не щипайся!
Злорадно хихикнув, снова ущипнула его за зад, на что он шикнул.
— А если я?
— Ой, не дождусь, наверное…
Он ничего не ответил. Поступил так же, как и обычно, соскочил.
Поймав машину, он наконец спустил меня на землю, открыл заднюю дверь, чтобы я забралась, а затем сел следом. Рядом.