Взлет Коршуна 2 (СИ)
Я уже более заинтересовано раскрыл коробку и недоуменно посмотрел на её содержимое. Внутри лежал короткий невразумительный жезл. Я взял его в руки, покрутил. Сантиметров около тридцати в длину. Скорее, это не жезл, а декоративная трость. Довольно увесистая, как для своих размеров, в качестве набалдашника фигурировала искусно отлитая фигура хищной птицы с прижатыми к бокам крыльями. Коршун? Сокол? Я вопросительно посмотрел на своего финансиста.
— Трость с секретом? С клинком внутри? — Спросил я и стал дергать и крутить фигурку птицы.
Странно — не открывается. Может в другую сторону крутить надо? Хм… Тоже без результата.
— Верно — это трость с секретом, но клинка там нет. Да и смысл? Трость декоративная, короткая. Ствол трости — всего сантиметров двенадцать. Это какой длины клинок внутрь спрячешь? Семь-восемь сантиметров? И что с ним делать? Нет. Тут секрет в другом. — Усмехнулся Семен Ахрорович. — Возьмите трость за ствол двумя руками, так, чтобы нижнюю часть вы держали большим и указательным пальцами.
Я положил ладони на шафт, так, чтобы птичья фигурка смотрела от меня.
— Теперь сделайте разнонаправленное движение руками. По часовой и против часовой стрелки. Верно. А теперь резко сдвиньте ладони навстречу друг другу.
Раздался щелчок, и крылья птицы взметнулись вверх вразлет, вокруг оси, параллельно стволу трости. Теперь трость напоминала букву «Y» или рогатку с очень узкими боковинами.
— Крылья остро отточены, сталь — великолепная. Сама трость цельнометаллическая и пройдет любую проверку. Складывается обратным действием.
Я взвесил странное оружие в руке. Удобно сидит. Сделал пару махов и сложил крылья в обычное состояние. Довольно хмыкнул.
— Мне кажется, что в последнее время вам чересчур часто приходится вступать в схватки лично. А эту трость вы сможете держать при себе всегда. Правда, вам придется поменять свой стиль одежды. — Продолжил Азимов.
Все заулыбались. Я всё еще был в одежде с чужого плеча, и даже грязный халат был на месте. Как-то совсем вылетело из головы переодеться со всеми этими делами. Светлана сразу зашуршала пакетами и толкнула мне по столу сразу четыре бумажных сумки.
— Шеф, тут костюм, сорочка, белье, ремень и туфли. — Она подняла еще один пакет над столом. — А тут галстуки…
— О, блин! Опять эти удавки! — Вздохнул я обреченно.
* * *На следующее утро я в сопровождении просто кучи охраны прибыл к представителю Третьей канцелярии. Сначала приехала первая группа охраны с моим адвокатом. После отмашки охраны приехал и я со второй группой безопасников. Третья группа охраны к самому полицейскому участку не подъехала — осталась на маршруте, она будет нашим авангардом при возвращении назад.
После краткого препирательства с полицейскими, мы с Демченко прошли внутрь участка. На втором этаже здания возле одного из кабинетов стояла пара крепких бойцов в бронежилетах и с пистолетами в набедренных кобурах. На левой стороне груди на черных бронежилетах в белом круге белым же была изображена цифра три.
Полицейский, сопровождающий нас, остановился и замялся.
— Кто? — Коротко бросил один из бойцов, накрыв ладонью рукоять пистолета.
Второй молча повторил жест напарника.
Вперед выступил Демченко с зажатой в двух пальцах визитной карточкой.
— Господин Коршунов к инспектору Лавочкину. Я — адвокат Максимилиана Алексеевича, Демченко Дмитрий Александрович. — Демченко белозубо улыбнулся.
— Так оно и есть. Документы проверили. — Промямлил полицейский. — Ну, я пошел?
— Свободен, боец. — Кивнул один из боевиков Третьей канцелярии. И добавил уже нам. — Одну минуту.
Он скрылся за дверью, но очень скоро вернулся.
— Проходите! — И сделал приглашающий жест рукой.
Мы дружно кивнули и прошли в кабинет. Внутри мы увидели всего одного человека. Среднего роста мужчина с заметным животиком, лет пятидесяти-пятидесяти пяти на вид, стоял у окна спиной к нам, сцепив руки за спиной. На звук открывающейся двери он развернулся к нам, скупо улыбнулся и поздоровался.
— Здравствуйте, господа! Меня зовут Вячеслав Валерьевич Лавочкин. Полномочный инспектор третьей канцелярии. Мне необходимо задать вам, Максимилиан Алексеевич, несколько вопросов. Прошу присаживаться.
Инспектор сам уселся за стол, а мы умостились напротив него, с другой стороны стола.
— Итак, господа, приступим. — Лавочкин достал стопку форматных листов и постучал одним боком по поверхности стола. На пальце правой руки сверкнул буквой «А» крупный перстень, показатель его класса в магии. Многие маги А-ранга предпочитали носить такие перстни. Тщеславие или предупреждение посторонним. Хоть их и было совсем немного по отношению к общей массе магов, но в лицо их знать люди были не обязаны. — К нам поступил ряд сигналов от подданных короны по поводу ряда пренеприятнейших инцидентов, в которых вы, Максимилиан Алексеевич, принимали опосредственное либо даже непосредственное участие. В результате этих событий пострадало имущество, здоровье и даже жизни имперских подданных. Ваши преступные действия либо ваше бездействие, господин Коршунов, нанесли значительный ущерб многим лицам. Это возмутительно и недопустимо! Подобные вашим деяния преследуются законом нашего государства.
— Я протестую, господин инспектор! — Сразу же взвился Демченко. — В данный момент вы субъективно выставляете моего подзащитного в заведомо негативном свете! Напоминаю, что самим господином Коршуновым и его представителями неоднократно заявлялось в правоохранительные органы и также в ваше ведомство о многочисленных правонарушениях и преступлениях совершенных рядом клановых представителей в отношении, как самого господина Коршунова, так и в отношении лиц, работающих на него! Я требую строгого соблюдения норм процессуального закона! И попрошу вас воздержаться от нападок на моего подзащитного. Будьте так любезны, не делать выводов о чьей-либо вине, и тем более о виновности моего подзащитного, заведомо!
— Хорошо. Ваши возражения принимаются к сведению. — Еще более поскучнел Лавочкин. В руке его появилась толстая шариковая ручка. — Тогда начнем с самого начала. Фамилия, имя, отчество, полный возраст, ранг и тип магии, клан, место жительства.
— Коршунов Максимилиан Алексеевич, полных шестнадцать лет, D-класс в магии воды. Проживаю по адресу: г. Обнинск, ул. Роз, 16/35. — Оттарабанил я.
— Напоминаю, что мы сейчас заполняем протокол допроса. Пока еще свидетеля. — Скучным голосом завел свою песню инспектор. — Уведомляю вас об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Ваш адвокат, думаю, разъяснял вам последствия?
— Да. — Кивнули мы оба.
— В таком случае, уточняю — вы сообщили ВСЕ свои данные? Как насчет отношения к клану?
— Бесклановый. — Откинулся на спинку стула я и закинул трость себе на плечо.
— А вот у Третьей канцелярии имеется другая информация по поводу вашей, хм, бесклановости. Абсолютно противоположного характера. — Блеснули глаза Лавочкина.
— Что?!! — Хором вскрикнул Демченко и Тень у меня в голове.
Я же молчал, обдумывая озвученное инспектором.
Глава 4
— Всего доброго и до скорой встречи! — Вячеслав Валерьевич Лавочкин медленно помахал раскрытой ладонью выходящей из казенного кабинета парочке.
Надо же, какой интересный молодой человек ему попался! Кто бы мог подумать? Инспектор Третьей канцелярии потер перстень на пальце, встал из-за стола и подошёл к окну. Заложив руки за спину, он рассеянным взглядом смотрел в окно и обдумывал сложившуюся ситуацию.
Отправляясь в Подмосковье с рядовой инспекцией, Вячеслав Валерьевич ожидал самую обычную проверку. Всё должно было быть как всегда — очередной зарвавшийся клан, перешедший границы имперских законов нужно было поставить на место. Ожидалось быстрое расследование, выявление виновных, установление размеров ущерба, наказание и устрашение клановых беспредельщиков.
В сопровождение инспектору было выделено отделение Волкодавов — верных псов Его императорского величества Михаила II Ворона. В это подразделение набирали детей со всей страны с пяти-шестилетнего возраста, в основном по детским домам, и воспитывали в специальных военно-магических лагерях в духе абсолютной преданности короне. С шестнадцати лет эти парни и девушки, даже не всегда являющиеся магами, приступали к службе. К двадцати — становились опытными ветеранами. Волкодавы воевали постоянно. Император под разными предлогами отправлял их участвовать во всех конфликтах, не утихающих ни на миг по всему миру. Подчинялись Волкодавы всегда лично одному императору. Отчасти именно благодаря такой политике воспитания абсолютно верных войск, Вороны смогли удержать свою власть в стране, заливая неудавшиеся попытки переворотов и революций кровью бунтующих.