Взлет Коршуна 2 (СИ)

— Женщина, вы с ума сошли? Что вы несете? — возмутился стоящий рядом мужчина, одетый в светло-серые свободные брюки и серую же футболку, на которой выделялась открытая оперативная кобура. — Какие мажоры? У вас повылазило, и вы не видели ни машины, ни того, кто был в ней за рулем?
— Людииии! — пронзительно завизжала жертва ДТП. — Видели? Нет, вы видели?!! Мало того, что среди бела дня меня машиной сбивают, так меня ещё и при всем честнОм народе оскорбляют! Сумасшедшей обзывают! Да что же это такое?!! Я этого так просто не оставлю!
— Да чего ты не оставишь, дура?!! — взорвался мужчина. — Ты что под наркотой? Сама под колеса кинулась, а теперь ещё и несёшь ересь какую-то!
— Попрошу вас не накалять обстановку и не оказывать давление на потерпевшую. — скучным казенным тоном произнес полицейский, наконец, закончивший заполнять на удивление многочисленные протоколы.
— Да ты чего, командир? — удивился мужчина. — Какое давление? Ладно, ещё «потерпевшая», я всё понимаю, я — за рулём, машина — «источник повышенной опасности», всё такое, «пешеход всегда прав», но она же несет полный бред!
— Бред или не бред — это решать будет следователь, а потом и суд. — всё тем же казенным тоном отбрил мужчину полицейский. — А пока вы все вместе с нами едете в полицейский участок.
— Шеф, вам придется с Сергеем на такси дальше ехать. Или подождите, с базы уже выехала запасная машина. — развел руками водитель.
— Подождем. — отозвался молодой парень, постукивая себя тростью по руке. — Юристов уже предупредили, страховую — тоже, так что…
— Вы меня не поняли! Вы все вместе едете в участок! — строго произнес полицейский, делая ударение на слове «вместе», обводя раскрытой ладонью, как парня, так и двух его спутников.
— Вот так вот! — довольно заявила пострадавшая дамочка. — А то ты посмотри!..
— И вы — тоже. — буднично заметил полицейский. — Вот только сейчас коллега схему ДТП дорисует.
В это время подъехал автомобиль неотложной помощи, и оттуда выскочил медик, немедленно потребовавший пострадавшую в аварии женщину дать себя обследовать. От чего последняя отказалась, заявив, что она в госпитализации не нуждается и чувствует себя «вполне сносно для того, чтобы проконтролировать ход дела», а то ведь «знаем мы этих мажоров, сейчас на лапу даст кому надо, и всё замнут».
К тому моменту, как собралась небольшая толпа зевак, большинство уже вовсю обсуждало, как молодой наркоман-богатей сбил несчастную женщину, угробив её здоровье. Более того, как это часто бывает, всё больше людей из присутствующих с жаром доказывали недавно подошедшим любопытным, что они лично видели, как «обдолбанный» наркотиками юнец после ДТП выполз из-за руля и пересел в салон, а на его место быстро пересел вон тот мужик. Толпа возмущалась, охала, негодовала. А в душе каждый был рад, что вот сегодня будет чем поделиться из острых новостей с домашними или коллегами.
* * *
Сказать, что я недоумевал, было бы преуменьшением. На некоторое время я банально растерялся. Во время поездки в основное здание швейной фабрики, оно же по совместительству и здание службы такси, прямо под колеса нашей машины буквально сиганула какая-то тётка. Сегодняшний водитель, также как и сопровождавший меня охранник, отзывался на имя Сергей. Старший смены с утра даже баянисто пошутил про «что ни рожа — то Серёжа». Так вот, Сергей-водитель успел затормозить, и бестолковая тётка отделалась легкими ушибами. Сергей-охранник дисциплинированно выхватил пистолет и снял его с предохранителя, вертя головой на все триста шестьдесят градусов. После того, как оба Сергея убедились в том, что никакой явной опасности не наблюдается, Сергей-охранник вышел узнать у сбитой женщины, что с её самочувствием. Сергей-водитель же, согласно инструкции, остался за рулем, готовый к немедленному старту, и сообщил старшему сегодняшней смены охраны о произошедшем инциденте.
Как из-под земли, меньше чем через минуту после ДТП появился полицейский дорожный патруль. Сергею-водителю пришлось выйти из автомобиля. И я, позвонив Максимовичу, предупредил того, что задержусь, и также вышел наружу. А вот дальше началось какое-то кино. Суицидная дамочка начала голосить про то, что сбил её, оказывается, лично я, призывать все возможные кары на мою бедную голову и обвинять меня во всех смертных грехах, сосредоточившись на алкоголизме и наркомании. Откуда-то набежала толпа непонятных «очевидцев», которые хором подтверждали всё, что заявляла дамочка, а полицейские добросовестно записали их первичные показания, после чего потребовали, чтобы оба Сергея и я ехали к ним в участок.
 
Тень тут же поднял тревогу и просто запретил мне куда-либо ехать без адвоката. Более того, он, отыгрывая паранойю, настоял на том, чтобы я немедленно уведомил Шахова о моих, а если точнее, то его, соображениях насчёт подставного ДТП. Поразмыслив над его словами, я решил, что лишняя осторожность не помешает и по-быстрому отзвонил всем нужным людям. Шахов, как и Тень, страшно встревожился и также включил режим паранойи. Что же, когда два опытных человека начинают при странных непонятностях бить тревогу, думаю, стоит прислушаться к их мнению. Я собрался и начал периодически входить в ускорение, осматриваясь по сторонам, высматривая подозрительных людей, машины, и, как мог, отслеживал любое изменение картины.
Наконец, прибыла кавалерия в лице моего адвоката Дмитрия свет Александровича и усиленной тревожной группы боевой поддержки в лице сразу трёх троек, вооруженных до зубов. За это время никто на меня не нападал, на агрессию не провоцировал, хотя, возможно, этому помешал решительный вид обоих Сергеев, внимательно и демонстративно отслеживающих любую возможную опасность. Вот в таком составе мы и отправились в полицию, где всем новоприбывшим, кроме Демченко, пришлось остаться ожидать нас снаружи территории полицейского участка, а двум Сергеям пришлось сдать оружие, так как в это здание они попали не в качестве моей охраны, а в качестве то ли свидетелей, то ли подозреваемых.
В участке нас всех развели по разным кабинетам, со мной остался только Демченко. Следователь, очень низенький брюнет с заметными залысинами, неразборчиво представился скороговоркой, но Демченко вежливо попросил повторить всё сказанное разборчивее и более внятно. Следователь недовольно зыркнул исподлобья, но повторил. Дмитрий Александрович с невозмутимым видом записал его данные, даже не улыбнувшись. Мне же было труднее сдержаться, всё же опыта у меня меньше, и я заулыбался, но хоть не засмеялся в голос. Поначалу следователь со смешной фамилией Сосиска долго и нудно заполнял анкетные данные на меня, потом — данные на Демченко, как моего адвоката, затем ознакомил меня и моего представителя с нашими правами и обязанностями, а потом просто взял и вышел из кабинета, пробурчав что-то неразборчивое.
Отсутствовал он довольно долго. Мы с Демченко успели даже заскучать, неспешно перебрасываясь фразами. Но тут следователь Сосиска вернулся и, с торжествующим видом помахивая стопкой распечатанных листов, заявил.
— Ну, вот и всё! И не стыдно вам, Максимилиан Алексеевич? Пытались ввести следствие в заблуждение! Как нехорошо! — постучал пачкой листов ребром по столу с улыбкой следователь.
— Это вы о чем? — доброжелательно уточнил у него Демченко.
— Да вот, имперский подданный Бочкарёв Сергей Денисович, ваш сотрудник, верно? Признался моему коллеге в том, что за рулём сбившего гражданку Сафронову Лилию Андреевну, сегодня, недалеко от пересечения улиц Школьной и Нагорной, были именно вы! А его вы уговорили взять вину на себя, чтобы избежать полагающегося вам наказания! — и Сосиска мелко засмеялся, погрозив мне пальцем. — А вы знаете, что чистосердечное признание — облегчает понимание? 
 
Вот это номер! Я задумался. Это что же должны были сделать с Сергеем-водителем, чтобы он написал или, скорее, подписал такой текст? Но тут всё тем же доброжелательным тоном подал голос Демченко.
— Антон Филиппович, может, прекратите этот цирк? Я не первый год работаю и прекрасно знаю, что заурядное дело о ДТП будет вести всего ОДИН следователь, а в случае особой сложности дела, например, участии в процессе клановых представителей, убийства трёх и более лиц и так далее, следственная группа создается не за один день. Вы же хотите нас убедить в том, что какой-то ваш коллега уже опросил одного из моих подзащитных. И последнее. — тут Дмитрий Александрович сделал короткую паузу, безмятежно уставившись в глаза следователю. — Оба сотрудника господина Коршунова проинструктированы, как своим непосредственным начальством, так и лично мной по поводу общения с правоохранительными органами. Без меня никто из них давать никаких показаний не будет! Поэтому — хватит трясти этими бумажками, и давайте уже закончим с опросом ПЕРВОГО из моих подзащитных!