Взлет Коршуна 2 (СИ)
— Нам пора, Юлия Николаевна.
— Да, конечно. — со вздохом отозвалась Юлия.
Затем она взяла мои руки в свои, посмотрела мне прямо в глаза и сказала: «Макса… летом у меня будет помолвка. Прости». И затем зачем-то добавила: «Я буду носить их. Спасибо тебе за всё!».
С этими словами она поцеловала меня в щеку и пошла к выходу. А я сидел, как оглушенный, а в голове крутилась мысль о том, что дарить часы — плохая примета…
Глава 17
В двухуровневую квартиру на Большой Серпуховской Юля ворвалась маленьким нервным ураганом. Шляпка полетела на пол, туда же отправились и стильные полусапожки ручной работы. Хлопнула дверь, и из одной из спален показалась озабоченная компаньонка девушка — симпатичная крашеная в блондинку тётя Юлии, Мария Васильевна Лопухина.
— Что случалось, девочка моя? — с тревогой спросила она, глядя на заплаканное лицо племянницы, указательным пальцем поправляя очки на переносице.
— Всё. Я сказала Максу, что скоро у меня помолвка. — ещё больше размазывая тушь по лицу рукой с зажатой в ней нарядной коробкой ответила Юля.
— А он?
— Я уже перед уходом сказала. — Юля сглотнула комок в горле и продолжила задрожавшим голосом. — Я все время держалась хорошо.
— Только в машине уже не выдержала. — тут она снова всхлипнула. — Ну почему? Почему так? А, Маша?
Мария обняла разревевшуюся в голос девушку и мягко погладила её по голове.
— Поплачь, Юленька, поплачь. Легче станет. Немного, но легче. — вздохнула Мария. — Судьба у нас такая. Ты же у нас наследница, не отдадут тебя за абы кого.
— Макс — не абы кто! — вскинула заплаканное лицо Юлия.
— Да я-то не спорю. — снова вздохнула тетка, поглаживая её по спине. — Только кто меня спросит. Это плата за клановые привилегии. За всё в жизни нужно платить. Где-то службой, где-то — деньгами, а нам, женщинам, вот так… За нас решают, за кого мы выйдем замуж, от кого родим детей… Поплачь, девочка…
Красивая девушка в модном платье разревелась в полный голос, а Мария, неловко обняла ту двумя руками, не обращая внимания на сползшие с уха очки.
* * *Домой в Обнинск я ехал, как в тумане. Семен Ахрорович тактично молчал. Светлана поначалу пыталась было меня разговорить, но после пары моих ответов невпопад и выразительного шипения Азимова и она замолчала, а затем вообще уткнулась в телефон, что-то быстро пролистывая.
В салоне повисло молчание, но в голове у меня шел вялый диалог с Тенью, поначалу даже скорее, монолог.
— Вот и твоя первая влюбленность… Да… — Тень как-то по-стариковски вздохнул. — Не думал я, что вот так быстро… Думал, это произойдет позже…
На эту его реплику я проявил толику интереса.
— То есть, ты знал, что так будет?
— Ну, не знал. Скажем так, предполагал… А что ты хотел? Она наследница крупного клана. Ты — неклановый мальчишка. Да, не совсем голо… э… нищий по их меркам, но совсем не пара наследнице клана Лопухиных. Дали ей поиграть в любовь, а потом натянули вожжи.
— Ты, Макса, не вини её. Просто… Она же клановая. Им с детства вбивают понятия долга перед кланом, ответственности и т. д. У вас сейчас такой возраст, когда гормоны играют, парни и девушки влюбляются друг в друга…
— Точно! Я придумал! — перебил я Тень. — Мне нужен клан! То есть мне нужно, чтобы я стал основателем своего клана! Тогда я смогу…
— Ох, Макса. — тяжкий вздох перебил мои сумбурные мысли. — Во-первых, основать свой клан очень не просто. Нет, с алмазами это было бы возможным, даже, скорее всего, стало бы возможным. Со стороны императора просто напрашивается подобный шаг. Но ты же понимаешь, что их у нас пока нет. В наличии нет. А во-вторых, помолвка у клановых — это довольно серьезный шаг. Родные заранее договариваются о союзе и разорвать помолвку — это… это разрыв и союза. Такой поступок может даже стать поводом к войне. В подобном деле репутация клана превыше возможных выгод с Главой свежесозданного клана. Была бы Юля не Лопухина, а, например, Щукина или там Степанова. А так…
Я молчал. Умом я понимал, что Тень прав, но как же это… больно. Больно и горько.
— Помнишь, я тебе говорил, чтобы ты чересчур не заморачивал голову тем, что на тебя претендуют сразу две красавицы? Я тебе тогда посоветовал просто наслаждаться жизнью. Вот жизнь и расставила всё по своим местам.
— А если я не хочу? Не хочу, чтобы вот так! Давай сделаем так, чтобы я смог раньше создать свой клан? Ты же можешь подсказать мне кучу разных идей! Вот как с джинсами и кроссовками. Придумай что-нибудь, а Тень?
— Макс! Что я тебе придумаю? Я же не ученый.
— Так ведь ты и не технолог легкой промышленности, а с фабриками смотри, как удачно получилось! — возразил я ему. — Ты же сам говорил, что у нас тут много чего нет!
— Говорил. — подтвердил Тень. — И что? У вас, например, тут нет танков и вертолетов. И? Про вертолеты я знаю только, как они выглядят, а что там и как работает — это для меня темный лес. А танки вам просто не нужны.
— Подожди, танки же у нас есть. — немного удивился я. — вон их сколько, на каждой ж/д станции кучи стоят.
— Да это не те танки. Я про военные танки… В общем, специальные такие бронемашины с толстенной броней, вооруженные пушками и пулеметами.
— Странное название для броневиков. А почему ты думаешь, что они тут будут не нужны?
— Так ведь это у нас магии не было. Зато были две мировые войны. Это, знаешь ли, способствует быстрому развитию военной мысли. А у вас… У вас эти танки не актуальны. У них стоимость, как у нескольких десятков бронеавтомобилей, а остановить их сможет любой маг, начиная от ранга «В». Вот и считай сам, кто будет такие многомиллионные гробы создавать?
— А вертолеты? Не можешь же ты о них совсем ничего не знать?
— Вертолеты — это такие летательные аппараты. О них я знаю только, что управлять ими в разы сложнее, чем самолетами, и что в воздух они поднимаются за счет вращающихся винтов. Всё. Я же тебе говорю. Ну, не инженер я!
— Ладно. — нехотя согласился я. — А что-нибудь еще?
— Да что ещё? Макс, я тебе говорю, я не ученый, я — боевик, Супер. Это с одеждой и обувью так удачно получилось, потому что у вас эта ниша пустовала, а материалы все были. Было бы ещё что-то такое, я бы тебе разве не рассказал?
Пришлось с ним согласиться. Но что же делать мне? Я не хочу вот так терять Юлю! Не хочу!
* * *Оставшееся время до конца весны мне было… тяжело. Да, пожалуй, именно это слово подходит больше всего для того, чтобы описать свое состояние. Сначала я часто писал Юле, и она даже отвечала на мои сообщения, но примерно с начала апреля стала делать это всё реже и реже. Я с головой окунулся в учебу, подготовку к выпуску и поступлению в ВУЗ. Согласовал покупку и переоборудование сразу трех зданий в новые полноценные фабрики в Петербурге, Пскове и Минске. При согласовании открытия фабрик, открыть одну из них в Петербурге посоветовал Тень. Мне сначала не показалась хорошей мысль создавать филиал в этом маленьком провинциальном городке. Тень на это стал подозрительно хрюкать и рассказал, что в его мире Санкт-Петербург был второй столицей страны, миллионным городом и каким-то «окном в Европу». Построил его знаменитый император-новатор, а не один из опальных племянников Ворона, как в нашем мире. Правда, построен был отчего-то на самой Неве, на болотах, а некак у нас, в районе Копорской губы.
Тренировался я с каким-то остервенением, спал еще меньше обычного. В своей СБ мы с Шаховым и Кимом поменяли очень многое. Для начала набрали дополнительный состав. Набирали строго по рекомендациям. Старому и новому составу моей уже не такой уж и маленькой армии было объявлено, что в перспективе их ждет работа на клан. Про алмазы, конечно, не говорилось, но многие из боевиков видели, какими темпами набирают оборот мои финансовые структуры, и люди делали вывод, что лет через десять озвученный результат вполне возможен. Я же ожидал результата гораздо раньше, в течение года, максимум двух. Но тут уже многое зависело от якутской экспедиции. Несколько раз я порывался усилить состав изыскательной партии, но Азимов, Васильев и, главное, Тень меня отговорили. Для скорейших результатов мне пришлось бы отправить в район Мирного свыше тысячи человек, а их, во-первых, не было, во-вторых, при таком концентрировании поисковых партий разговаривать о какой-либо секретности было бы уже бессмысленно. Так что, я признал правоту их доводов.