Волчица (СИ)
Всё чаще Дами начал замечать за собой чувство жалости к Даниэлю. Ведь тот не видел своей матери, не получал должного внимания от отца, чувствовал лишь ненависть со стороны брата. Должен был стать вожаком, но и здесь помешал брат, который не хотел отдавать своё (в этом он ничуть не раскаивался, и если бы можно было повернуть время вспять, то сделал бы тоже самое). Когда, казалось, нашёл себе идеальную жертву, которая вполне могла стать спутницей жизни, то и здесь он, Дамир, присвоил девчонку себе (с ответом на вопрос, стоило ли это делать, вожак сомневался: Дарина его устраивала).
Подобные мысли стали всё чаще роиться в голове у Дамира Люпо, вызывая его негодование. Из-за этого он и спускался в тёмные подвалы.
– Иди!
Дамиру, действительно, надоело смотреть на брата, прикованного к стене, грязного, в оборванной одежде, всего в крови. Нужно было либо разнообразить игру, либо заканчивать её. Даже самому себе Дамир Люпо не сказать, считает ли он себя отомщённым или же нет.
– Иди!
Дамир голыми руками разорвал стальные оковы, удерживающего младшего из братьев. Тот сразу рухнул на холодный каменный пол, не в состоянии быстро прийти в себя, несмотря на хвалёную регенирацию оборотней. Слишком слабый, потерявший много крови, оголодавший, он не мог подняться на ноги.
– Иди и не возвращайся! Я отпускаю тебя, Даниэль Люпо. Отпускаю из стаи! – и бросив последния взгляд на своего брата, понадеявшись, что видит его в последний раз, он ушёл. Наверное, Дарина всё же весьма положительно влияет на него, раз Дами решился на подобный шаг. Вожак надеялся, что не пожалеет о своём решении, что брат не так глуп и уйдёт, станет строить свою жизнь в дали от стаи Люпо.
***
Дарина не знала, что подтолкнуло её придти в кабинет мужа, куда женщина старалась не заходить без особой надобности или пока не позовёт супруг, что случалось крайне редко.
Она не знала, что комната эта с красным красивым ковром и с тёмной мебелью когда-то принадлежала Арье Люпо, отцу её мужа и бывшего жениха, что именно здесь старый вожак был убит рукой своего старшего сына, которой стоял на этом ненавистном ковре каждый раз и склонял голову, надеясь спрятать свои эмоции за длинной чёлкой. Да, Дамир занял кабинет старика-отца, считая его более подходящим своему статусу, да и запах крови, который, казалось, въелся в деревянный пол, этот красный ковёр, пропитав всю комнату, льстили новому вожаку, ведь он справился с отцом!
Дарина прошла в глубь комнаты, где сейчас было пусто. За ней не следовали её молчаливые спутники, оставшись на за дверью молча подпирать стенку. Комната была пыльной, несмотря на частое присутствие здесь Дамира, её было хорошо видно в лучах закатного солнца. Женщина провела ладонью по дубовому письменному столу, бумаги на котором лежали в страшном беспорядке, подошла к окну и уставилась в него.
Она уже хотела покинуть сию гостеприимную обитель, зайти в библиотеку за очередной книгой, повествующей об укладе жизни её соплеменников, когда увидела одинокую фигуру, шатающейся походкой медленно идущую по дороге, ведущей прочь из поселения. Сердце Дарины пропустило удар.
Из поселения волков уходил Даниэль Люпо. Уходил, чтобы никогда не вернуться.
***
Долго иль коротко, как говорят в сказках, или же много ли Лун прошло, как говорят звери, ничего не проиходило. Лишь Дарина зачастила в лес. Там, среди высоких и древних, как сам клан Люпо, елей и сосен, она могла часами гулять, как в обличье волчицы, но больше ей нравилось ступать босыми ногами по жахнущей траве, не боясь ни змей, ни другой живности. Казалось, что прошло так много времени с тех пор, как она бежала по светом полной Луны ещё будучи обыкновенной человеческой девушкой, ранила ноги и руки в кровь, стараясь спасти свою жизнь, но на самом деле это было недавно. И вот она уже волчица и жена вожака.
Дамир Люпо позволил ей ходить одной, отозвав своих верных псов, но за пределы посёлка молодую женщину до сих пор не пускали.
В лесу она чувствовала успокоение. Не было ни бдительных глаз псов, ни жадных рук Дамира, да и жители поселения не следили за каждым шагом новоиспечённой госпожи в ожидании ошибки укушенной волчицы. Хотя по правде сказать, звери свыклись с наличием в своей стае такой вот альфа-самки.
Естественно, Дамир пытался учить свою супругу разным тонкостям и премудростям жизни в волчьей стае. Учил управлять, ведь не только он сам, но и она была во главе, могла повелевать, принимать решения. Вожак изначально не хотел видеть рядом с собой пустышку, как кто-то мог подумать, делая выводы на основе его некоего самодурства.
У молодой женщины не всё получалось. Очень расстраивало Дарину, что не может почувствовать она никого из стаи, что с лёгкостью делал Дами. Она надеялась, что научившись, ей удасться найти Даниэля и стребовать с него объяснения, вот только все попытки были тщетны.
Конечно, Дамир знал, какие мысли крутятся в хорошенькой головке его женушки, но ничего не мог с этим поделать. Нет, он пытался выбить "подобную дурь", но если ранее в таком деле ему могла помочь пара оплеух (а рука у Дамира была тяжёлой), то сейчас он даже не мог замахнуться на Дарину: не позволял зверь, начиная грызть изнутри самого Дамира. Всё же девчонка нравилась красноглазому волку. Приходилось изворачиваться, запугивать, учить чему-то другому, отвлекать исполнением супружеского долга (что ему и ей доставляло немало удовольствия, словно эти двое были созданы друг для друга), но она вновь и вновь возвращалась своими мыслями к проклятому самой Луной Дану!
Чёрный красноглазый зверь шептал, что время лечит, что пройдёт пара Лун и девчонка успокоится, забудет и думать про желтоглазого, что не нужно лишний раз напоминать ей про менее удачливого брата, эмоции и чувства поутихнут, но именно сейчас Дамир не слышал свою звериную половину, которая всегда была права.
***
– Привет, – тихий шёпот раздался откуда-то сбоку, заставив вздрогнуть взрогнушую Дарину.
Молодая женщина не поверила своим ушам и резко обернулась, чтобы увидеть прислонившегося к стройной высокой берёзке Даниэля Люпо. Высокий, темноволосый и темноглазый он всё так же заставял биться сердце Дарины. Она во все глаза рассматривала своего бывшего жениха.
***
Даниэль ненавидел своего брата. Ненавидел всей душой, всем сердцем, всей своей человеческой, а также звериной половинами. Он ненавидел, но понимал, что не сможет выстоять против него. Не сейчас, когда на стороне старшего брата вся сила и мощь, присущая лишь вожакам, а способности его увеличивала молодая и такая наивная супруга.
Он смотрел на неё, такую счастливую и цветущую.
А молодая женщина и правда выглядела иначе. Да, очарование молодости никуда не делось, даже этот наивный взгляд был всё тем же, но кровь оборотня, что стоял перед ней, сильного и властного, и замужество было ей явно к лицу. И если раньше она была нежным бутоном, то постепенно распускалась, словно редкий и прекрасный цветок. Даже запах её изменился...
Запах?
Даниэль не мог поверить в это, но звери тонко чувствуют перемены.
– Не ожидал, Луна моя, – злая усмешка исказила красивое лицо, глаза мужчины полыхнули жёлтым, да и во всём существе Дана проявилась какая-то хищность.
Его зверь ворчал, упрашивая свою глупую человеческую половину уйти, оставить чужую самку в покое и жать дальше в тишине и спокойствии, чего ему не хватало на протяжении всей жизни в этой стае. Но кто же слушает зверя, когда злость и ненависть застилает глаза, оставляя все остальные чувства на заднем плане. Даниэль Люпо сгорал в огне своей ярости.
***
Не такой встречи ожидала Дарина Люпо с Даном. Говорил ей Дами, что изгнал брата из клана, приказав никогда не возвращаться. Но в душе Даринки теплилась надежда, что они увидятся вновь. Конечно же, на шею к нему она бросаться не собиралась, будучи женой другого, а зная об отношениях между братьями ожидать, что Дамир с Даниэлем остануться добрыми друзьями тоже было верхом глупости, но разве история не ведала более странные примирения, но это явно не наш случай.