Волчица (СИ)
***
Даниэль мог бы сбежать и не давать присягу брату, остаться навсегда одиночкой без клана или найти новую. Но мужчина понимал, что вместе с Дариной им не выбраться, а бросить свою избранницу здесь он не мог. Так что придётся им обоим стоять на коленях перед его старшим братцем.
Вперёд их не пропускали верные псы Дамира, у которых, как уже заметил младший брат вожака, уже были кровавые росчерки на шеях, видимо, оставляя напоследок. Зачем это было нужно, Дан искренне не понимал, но это его мало волновало. Больше он боялся за Даринку, которая словно хотела вжаться в его тело. Мужчина чувствовал её липкий страх, она была на грани обморока.
Наконец, и их пропустили к вожаку. Они медленно шли через эту шепчущуюся толпу, которая внимательно следила за происходящим: о вражде двух братьев не слышал только ленивый, только покойный Арье не замечал взаимной ненависти, а уж на девчонку и вовсе чуть ли не под микроскопом рассматривали, ведь она могла бы быть невестой вожака, одержи он верх в забеге. Перед возвышением Дан выпустил ладонь девушки из своей руки и шагнул вперёд, вставая перед братом.
Такие похожие и такие разные. Их глаза встретились, в одних царило торжество, в других – ненависть. Секунда, другая, третья. Ничего не происходило.
– Даниэль, – сладким голосом пропел вожак, разрывая зрительный контакт, кидая взгляд за спину брата, где осталась Дарина в обществе его, Дамира, верных псов.
Дан понял всё мгновенно, бухаясь на колени перед зверем,которого люто ненавидел в этот момент и которого, он мог поклясться, будет ненавидеть всю оставшуюся жизнь. Немного подрагивающими руками он собирал руками длинные тёмные волосы, чтобы оголить шею. Его брат лишь усмехнулся и провёл по коже острым длинным когтём, надавливая чуть сильнее, чем это было необходимо, намеренно причиняя боль, но Даниэль лишь сильнее сжал зубы. Когда всё было кончено, он покинул место перед братом, стараясь не морщиться. Мужчина освободил место последнему находящемуся здесь и сейчас члену стаи – Дарине.
– Ничего не бойся, – прошептал и подтолкнул к ожидающему вожаку.
Девушка дрожала, словно лист на осеннем промозглом ветру. Не ощущала она себя сильной и смелой оборотницей. Ей было страшно, а подставлять шею под острые, как кинжалы, когти она и вовсе не желала. Но жить Даринке хотелось, поэтому пришлось идти к своему ночному кошмару и опускаться на холодный пол.
– Действительно, ничего не бойся, – передразнил Дамир брата, приэтом говорил тихо, чтобы слышала только она. – Только меня.
Самолично собрал рукой волосы юной волчицы, приоткрывая нежную бархатистую кожу, и взглянул на брата.
Младший впервые за этот долгий безумный день испытал страх. В этот момент жизнь его трофея была в руках вожака, а он, как известно, может и казнить, и помиловать. Всё также смотря на брата, Дамир чуть ли не нежно царапнул бархатистую кожу, подхватил выступившую каплю крови когтём и слизнул, зажмурившись, а затем и отошёл от испуганно дрожащей девчонки.
Дарина поняла это, как разрешение к действию, и кинулась к Дану, который всё же подхватил её на руки и стал пробираться сквозь толпу на выход. Его тело было напряжённым и деревянным, если бы он мог, вцепился прямо в горло брата.
Они продвигались к широким резным дверям. Им здесь делать больше нечего.
Дамир следил за их побегом с плохо скрываемой довольной улыбкой. Толпа не позволяла им передвигаться быстро, поэтому они услышали то, что собирался сказать вожак.
***
Дарина не верила, что всё закончилось так просто и быстро. Слишком просто. Не мог Дамир отпустить их. Даринка доверяла Даниэлю, несмотря ни на что, и понимала, что если старший брат её избранника не отомстил за своё поражение сейчас, то стоит ожидать что-то изощрённое. Вот только она ошиблась: ждать не пришлось.
На сильных руках Дана было тепло, казалось, что он может защитить её от всего мира, но сам он был напряжён, хоть и старался подарить своё тепло той, что обещал оберегать. Видимо, и он чувствовал, что это ещё не конец.
– Как все мы знаем, каждому волку нужна пара, и даже ваш вожак не может стать исключением, – тихие врадчивые слова Дамира заставили девушку сжаться в руках своего бывшего соседа, тот лишь крепче прижал к себе хрупкую фигуру.
Шаги Даниэля стали более размашистыми – он пытался скорее покинуть это сборище, спрятать свою избранницу ото всех. И это ещё сильнее взволновало и без того трусящую Дарину.
Увы, она не знала всех правил общества, в котором ей теперь предстояло жить, иначе она поняла бы, почему Дан захотел поскорее увести её. Хотя и быстрый побег вряд ли смог бы что-то изменить. Дамир Люпо всё решил, и ничто не сможет помешать его планам.
Перед ними внезапно появились верные псы Дамира, становясь стеной и преграждая путь из официальной залы.
– И я хочу представить вам свою избранницу! – и Дарина, и Даниэль услышали звук увереных шагов в практически идеальной тишине.
***
Он оказался за спиной младшего брата, держащего на руках свою девчонку. Хотя о чём это он? Уже не свою. Дамир был уверен, что братец понял, к чему клонит вожак, но изменить тот уже ничего не мог.
Для вожаков, да и для любых зверей, пара была важна. Но именно суженные глав давали им неоценимую поддержку, уравновешивая их силу. Слаб тот вожак, у которого нет пары, не сможет он сохранить разум от свалившихся способностей. И самодур Дамир это прекрасно понимал.
Он мог выбрать любую из клана. Любую, которая не состояла в браке, не принадлежала никому. Он мог взять даже Дарину, ведь девчонка и брат ещё не были благославлены Луной, не пробежали бок о бок в её свете – они не состояли в браке, будучи лишь женихом и невестой. Это было одним из странных правил общины оборотней, которые сложились за тысячелетия их существования и которым они не имели права не поодчиняться.
Если он объявит своей парой Дарину, брат ничего не сможет поделать. Девчонка будет пренадлежать ему. а Даниэль мучиться, наблюдая за ними, медленно сгорая. Да, месть будет сладкой.
Не знал Дамир, что младший сам не определился в своих чувствах к Дарине, но пообещал защищать и оберегать.
– Всем известно, что во время последней Большой охоты мы с братом, – кивок в сторону замершего Дана, который так и не соблаговалил обернуться к своему вожаку, – охотились за одной жертвой. Вы все знаете, чем закончилась та ночь.
Он обвёл всех мрачным взглядом. Если бы хоть кто-то высказался, припоминая ему его поражение, вожак перегрыз бы тому зверю глотку.
– Но раз обстоятельства сложились подобным образом, – эффектная пауза, во время которой образовалась идеальнейшая тишина, – то я решил, что судьба даёт мне ещё один шанс.
Луна, никогда он не был таким болтливым. Никогда ещё он не объяснял свои действия другим, но сейчас ему казалось это необходимым. Маловероятно, конечно, что кто-то сейчас бросит ему, Дамиру, вызов.
– Моя избранница – Дарина Люпо.
V
Дарина Люпо стояла посреди поистине огромной спальни. В кожаном кресле напротив девушки удобно расположился Дамир, внимательно рассматривая своё приобретение. Девчонка не то, чтобы была ему нужна, да и не в его вкусе это юное создание, которое вечно дрожало от одного только его взгляда, но зверь не был против, поэтому он и решился на подобную авантюру.
Девушка стояла, низко опустив голову, как когда-то он сам стоял напротив отца, и теребила тонкими пальцами подол своего короткого синего платья. Она не желала смотреть в лицо своему ночному кошмару. Кошмару, который внезапно становился явью.
***
Услышав своё имя из уст вожака, она удивилась, а когда до девчонки дошло, что тот сказал, она разозлилась. Почему? Почему он так хочет испортить ей жизнь? Разве мало Дарина натерпелась от их волчьей стаи?
Сначала Даринка умудрилась влюбиться в соседа. А он оказался оборотнем, постепенно приучающий её к себе, надеясь вырастить себе идеальную пару. Ему, видите ли, запах понравился! Затем явился этот ненормальный Дамир, решивший сделать девушку своей по причинам, известным ему одному (хотя, быть может, он и сам не знал, каие мысли бродят в его голове), но проиграл. И казалось бы, жизнь налаживается, она простила Дана, даже не устроила дикую истерику, хотя имела полное правило. Но Дамиру всё неймётся.