Тропы Подземья (СИ)

Да и после того, как она окончательно переселилась и перестала покидать свое убежище, я был далеко не единственным, кто ее навещал. Другое дело, что когда бабушка рассказывала о своих разговорах с великим отцом и его полупрозрачных и малопонятных посланиях, всем становилось скучно. Почти все сиин вкладывают эту единицу в ловкость, чтобы еще лучше владеть музыкальными инструментами. Но Айрэсдарк была моей прабабушкой, а не просто незнакомым мудрецом, которых слушают, но редко до самого конца и с полным пониманием.
А суть ее слов сводилась к тому, что этот дар Мельхиора был самым важным, поскольку менял возможности наших тел и пределы развития навыков. Иными словами, для каждого однажды наступал предел развития, упиравшийся в ограничения тела. В какой-то момент, желаемый уровень навыка потребует от возможностей организма больше. Вложить больше силы в удар, или сделать это точней и быстрей легким оружием. Стать здоровей и выносливей. Стать умней.
С остальными характеристиками было немного сложней. Старый рейнджер говорила, что воля сделает меня сильней духом и позволит легче преодолеть страх, а мудрость — позволит видеть чуть дальше собственного носа. Последнее вызывало непонимание. Очень уж размытое описание для характеристики, которую сиин получают очень нечасто. Кроме разведчиков, двадцать пятые — тридцатые уровни были пределом. Рейнджеры, конечно, были намного выше, но это уже другая история.
Нам снова пришлось замолчать. Сайрис подал мне знак, но я и без того смекнул, что лишний раз лучше не привлекать к себе ничье внимание.
Сказки о монстрах Подземья сиин встречают впервые еще в виде страшилок в раннем детстве. Затем им на смену приходят легенды и байки, а затем и реальные истории о рейдах в далекие земли.
Напавшие на нас твари удивили меня, но нисколько не поколебали моей решимости. Сайрис тоже не стал ничего больше говорить о внезапной засаде пещерных чудовищ. Однако по его виду было понятно, что он очень рад моему поведению в битве. Видимо, он не лгал, когда говорил о том, что страдает от недостатка общения и хвалил от чистого сердца. Грешным делом, с учетом его насмешливой манеры общения, я подумал по началу совершенно иное.
Сайрис по-прежнему не очень мне доверял. О том, чтобы просить карту нашего пути не могло быть и речи. Все, что я смог выудить из молчаливого человека — это название следующей промежуточной локации, в которую мы направляемся.
Вечнозеленый.
Не смотря на то, что все отряды разведки сиин курировали крылатые, названия очень многим местам дали мои сородичи. И мне не раз приходилось слышать в том числе и о месте с таким именем.
Айрэ называла его одним из самых нижних локаций вокруг Геотермы. Все Подземье делили условно на верхнюю и нижнюю половину, и если говорить о Вечнозеленом домене, то он находился еще ниже. В месте, что условно называлось мантией Мельхиора, словно одежды волшебника, в которые нарядился наш мир.
Из тех же рассказов прабабки я знал, что это место является одним из маршрутов к следующему важному ориентиру Подземья — Крысиному спуску, соединявшему мантию, нижние и верхние уровни. И поверхность, конечно, ибо в этом месте находился еще один геотермальный гейзер, как тот, что дал жизнь последнему пристанищу сиин и сорами.
Выходит, мы направляемся к нему. Дальше из нашего народа бывали только самые опытные рейнджеры.
Еще из этого историй о приключениях бабушки, я знал кое-что и о самом Вечнозеленом. Айрэсдарк говорила, что вместо воды там по земле течет жидкий огонь, а из-за его едких испарений не видно потолок, отчего легко представить, что ты находишься под открытым небом иного мира. Но о красоте этого места в историях было немного. Куда больше она говорила о бесчисленных угрозах, что я можно там встретить, при чем далеко не всегда это были монстры.
Мы шли молча и в полной боеготовности. Обычно более крупные отряды высылали вперед себя разведку, но стоило мне только заикнуться об этом, Сайрис рассмеялся мне прямо в лицо, справедливо напомнив, что я не способен учуять телепортирующихся серых уродов.
 
Поэтому мы шли вместе, едва ли не касаясь друг друга. Подземный мир защищал нас от холодов подлунных земель, но до теплой и уютной Геотермы нижним уровням было далеко.
Таинственное, мрачное и холодное место. Стены из камня то и дело сменялись стенами из льда, а многочисленные мелкие незнакомые звуки делали все мои навыки изучения пространства ненадежными.
Капли талой воды, собираясь в ручьи, падали в тоннели, порой издавая звуки, схожие с нашей трубой тишритой. Когда я услышал этот вой впервые, решил было, что неподалеку отряд моих сородичей.
Помимо холода и эхом разносимых звуков вечно живого и переполненного ими подземного мира, мне постоянно мешала сырость.
 
Вы вступили на территорию условного домена «ледяных слёз».
 
Я зачем-то поделился словами мира с Сайрисом и чутье не меня не подвело. Мои слова позволили вытащить из уст мрачного человека еще немного информации.
— Пожалуйста, сообщай мне и впредь такие вещи, — ненастоящий ворон даже обрадовался моим словам.
— А вы что же, сами не видите, господин Сай?
— Не, — хмыкнул он. — Я же пока еще ненастоящий ворон, забыл?
— Выходит, люди не видят сообщений мира?
— Люди тут не при чем, пацан, это… стоп, поймал. Снова пытаешься развести меня на инфу?
В его голосе было осуждение, но в уголках глаз были веселые искорки. А значит, я могу и дальше пытаться его подловить и пополнять таким образом свои знания о мире Подземья.
— Знаешь, почему это место так называется? — хитро спросил он, давая понять, что не против разговора.
— Потому что капающая с потолка вода ледяная?
— Ага, как сердце моей бывшей, — Сай заржал над собственной шуткой в гордом одиночестве.
Я следил за его словами только в пол уха. Раз в несколько минут я старался на пару секунд обращаться в зверя и сразу же возвращаться обратно, чтобы и убедиться, что уши в двуногой форме не упустили ничего критически важного.
И в очередной такой прыжок, я это важное все-таки упустил, но все же решил перепроверить странно возникший укол тревоги и был прав.
— Господин Сай, — обратился я к будущему ворону, вернув ему жест с поднятой вверх ладонью и юркнул в звериную форму.
На этот раз я прислушивался значительно дольше. Сиин могли с опытом частично заглушать восприятие звуков вокруг себя, взамен усилив сосредоточение на отдельном кусочке пространства. С помощью слуха некоторые разведчики могут нарисовать в голове точную картину всего происходящего на большом расстоянии от них.
Мне до таких высот пока еще далеко, но главное уловить я сумел:
— Впереди большое живое существо. Скорей всего с несколькими конечностями. Весит около двух-трех тонн. Пахнет болотом и плесенью.
— Охренеть, — удивленно воскликнул Сайрис, но на этом его похвала моим способностям была окончена. — А запах ты тоже ушами учуял?
— Нюх у сиин в звериной форме ненамного хуже ушей, — нехотя пояснил я, сразу же переводя тему. — Как будем сражаться?
— Никак, — сплюнул человек. — Ну его к черту, лучше обойдем от греха подальше.
— Ээ… да. — часть фразы как всегда от меня ускользнула.
Вся локация ледяных слез была одинаково сырой и холодной. То и дело с любой стороны мог подуть холодный ветер, а деваться от обжигающе холодных капель талого льда было некуда. Я уже дважды насквозь промок — что одежда, что шерсть звериной формы были одинаково насквозь мокрыми.
Так мы провели примерно часа два, страдая и начиная чихать. Потом хлесткие потоки воды усилились, став напоминать проливной дождь, словно в какой-нибудь древней сказке о мире до оледенения.
В этом было даже некое свое очарование — Стихия неумолимо хлестала тебя по щекам, била по лицу, лезла в глаза, но все еще оставляла достаточно воздуха, чтобы мы могли дышать и двигаться дальше.