Осколки. На острие боли (СИ)

– Алин, тебе не нужно в уборную? – произнесла я, когда Ник отошел переговорить по телефону.
– Нет.
– Может, носик попудрить?
– Я же сказала, нет, – голос Алины похолодел.
Она взглядом дала мне понять, что говорить со мной наедине не собирается, но я так хотела открыть ей глаза, что пнула ногой под столом, выразительно стреляя взглядом в сторону.
Она поджала губы, но, видимо, поняла, что избавиться от меня не удастся.
– Мы отойдем поправить прическу, Макар, не скучай.
Алина улыбнулась ему, откинула на спину свои роскошные волосы и грациозно поднялась. Я на ее фоне выглядела неуклюжей гусыней, да и ощущала себя лишь ее жалкой копией. Неудавшейся. Брак генетики.
– Ну? Чего ты хотела? – сразу же спросила Алина, как только мы скрылись за поворотом. 
Я остановилась следом и обхватила себя руками. Стало зябко.
– Я предупредить тебя хотела. Насчет Ника.
– Ты снова за старое? Мы же уже обсудили, и я ясно дала тебе понять, что он мой парень, и тебе стоит отойти в сторону.
– Я не про это… – растерялась и пару раз хлопнула ресницами. – Когда я ходила в уборную, он пошел за мной, чтобы со мной поговорить и…
– Ты серьезно, Сонь? – Алина перебила меня, не дала договорить и пренебрежительно скривила губы. – Всё не оставляешь попыток заполучить его? Самоуважение – вот что парни ценят в девушках. Тебе не надоело бегать за Ником.
– Я не бегала! – с обидой ответила я и чуть не расплакалась. Было горько, что собственная сестра воспринимает все мои слова в штыки.
– Вот только мне эти сказки не рассказывай. Макару можешь сколько угодно заливать, а я про тебя всё знаю. Меня не проведешь. Думаешь, не вижу, как ты на Ника моего смотришь? Ты порепетируй перед зеркалом этот взгляд побитой собаки.
Алина сморщила носик и обвела меня рукой, растопырив пальцы веером. Словно говорила с побродяжкой, а не родной младшей сестрой.
– Да услышь ты меня, Алин! – прокричала я, чуть ли не плача, голос мой дрожал и выдавал мою внутреннюю боль. – Ты ему не нужна!
– А что? Ты нужна, что ли? В зеркало давно смотрелась? Где ты и где я.
Слова сестры звучали обидно.
– Я не ожидала от тебя такого, Алин. Ты жестока, – произнесла я с горечью и отступила, сделав шаг назад.
– Я в своем праве, Сонь. Я люблю тебя, как сестренку, честно, но давай раз и навсегда расставим точки над “i”. Мои парни – закрытая зона. Не переступай эту грань, и мы не будем больше конфликтовать. Я же отдала тебе Макара, чем тебе не шикарный парень? Спортсмен, красавчик, весьма не беден и недурно одет, со вкусом.
Я смотрела на сестру и совершенно ее не узнавала. Она меня не слышала, как бы я ни пыталась подступиться к ней с разных сторон.
– Ну? Это всё? Больше не будешь тратить мое время? Меня Ники заждался.
С этими словами Алина посмотрела вбок, кокетливо улыбнулась и двинула пальчиками, приветствуя кого-то. Я проследила за ее взглядом и оцепенела. В конце коридора, со стороны зала, облокотившись о стену, стоял Никита собственной персоной. Расслабленная поза. Изогнутые луком губы. Насмешливо вздернутая бровь. И ни капли страха. Ему было плевать, узнает ли Алина об их разговоре.
– Да, Алин, это всё.
Я опустила голову и пошла следом за ней, когда она подорвалась с места упорхнула к своему новому парню. Зверю в человеческом обличии. Мажору, который ни во что не ставил чужие чувства.
Было совестно, что я не сумела прорваться через Алинино упрямство, но что-то мне подсказывало, что все мои слова против Ника окажут на нее противоположный эффект. Не тот, который я бы хотела. Она лишь обвинит меня в зависти и подлости, желании украсть у нее счастье.
– Всё хорошо, девочки? – ласковым и участливым тоном спросил у нас Ник, когда мы поравнялись с ним. Алина прижалась к его груди и поцеловала в подбородок, а он, глядя мне нагло в глаза, бережно поцеловал ее в лоб. Словно демонстрировал мне, насколько сильно он зацепил на крючок мою сестру.
– Пойдем, Ники, ты обещал свозить меня на набережную, – Алина потянула его к выходу.
Макар уже стоял там, держа в руках мою сумочку. Перед ним я и вовсе испытывала стыд. За то, что не могу ответить на его чувства. За то, что на не-свидании думаю о другом парне, не о нем. Он подобного не заслуживал.
 
– Девочки, как насчет поменять планы? Устроим приват-вечеринку у меня дома, м? Только мы вчетвером, молодежный фильм и пицца с попкорном?
Ник предлагал нам это с таким энтузиазмом, будто мы особо важные персоны, и если бы я не видела его истинное лицо, повелась бы так же, как и Алина, которая смотрела на него восторженным взглядом.
– Конечно, мы согласны. Чур девочки выбирают фильм, а вы еду.
Алина даже не спросила моего мнения, но после я уже не могла отказаться. Не оставлять же ее с этим подонком наедине. Вот только страхи мои оказались напрасны. Когда мы вошли в квартиру Ника, там уже тусовались его друзья и даже девушки. Алина подулась немного, но быстро влилась в коллектив. В отличие от меня. Я забилась в угол дивана, рядом со мной сел Макар, и когда выключили свет, а напротив зажегся экран проектора, я расслабилась. В тишине я меньше ощущала свою непохожесть на их тусовку.
Я не заметила, как в какой-то момент прикорнула. Проснулась же в кромешной темноте. Рядом лежал Макар, а моя голова мирно при этом покоилась на его плече. В душе поднялась тревога, ведь я не предупредила маму, что задержусь до ночи. Судорожно шаря по дивану в поисках телефона, глянула на время и обомлела. От мамы не было ни единого пропущенного. Только сообщение.
“Алина сказала, что ты переночуешь у нее в общаге. Смотри, не мешайся ей там, у нее скоро важные экзамены”.
С одной стороны, я выдохнула с облегчением, а с другой, мне было обидно, что абсолютно везде на первом месте стояла Алина. И никогда примой не была я. Так, на вторых ролях. Второй нежеланный ребенок в семье.
Я покрутила головой по сторонам, но ни Ника, ни сестры, ни других парней и девиц не заметила. Пошла в сторону уборной, но замерла на полпути.
Со стороны спальни раздался девичий смех. Ник не обрадуется, что кто-то позволяет себе такие вольности в его доме. Я продолжила путь и открыла дверь в ванную, но замерла. В этот момент раздался мужской смех. Гортанный. Довольный.
У меня зазвенело в ушах. Перед глазами на несколько секунд потемнело. Каждый вдох был подобен режущим осколкам по коже. Сердце колотилось так сильно, что я мелко тряслась, но продолжала стоять, как загипнотизированная смотрела на дверь, которая отделяла меня от того, что происходило сейчас в спальне.
Шаг. Еще один. Дрожащими пальцами я коснулась ручки и медленно потянула ее вниз.
  
Глава 9
 
Мое сердце грохотало с такой силой, что кружилась голова. Но если я не узнаю, что происходит в комнате, никогда не прощу себе трусость. Грудь опоясала тупая боль, в ушах зазвенело, но я медленно продолжала открывать дверь. Образовалась прореха, сквозь которую я могла заглянуть внутрь.
Никита сидел на краю кровати и смотрел на Алину, которая стояла около панорамного окна. Шторы были плотно прикрыты, но ее пальцы держали одну из портьер, открывая вид на ночной город.
– Представляю, как здорово просыпаться каждый день и видеть такую красоту, – защебетала Алина, в ее голосе отчетливо звучала игривость и даже намек на что-то.
– Закрывай, не люблю, когда шторы открыты, – сморщился Ник.
Нет, его лица я не видела, только обнаженную спину, но судя по тону я была недалеко от истины.
– Так что не могу с тобой согласиться. По утрам я тем более запрещаю горничной раздвигать портьеры.
– Ммм, думаю, для меня ты сделаешь исключение, когда я проснусь завтра?
Алина развернулась и грациозной походкой подошла к Нику, потрепала его по волосам, но ее руку сразу же отодвинули. Мышцы спины его напряглись.
– Никогда так не делай.
Приказ прозвучал жестко. Я никогда Ника таким не видела. У Алины испуганно расширились глаза, она пару раз моргнула и медленно кивнула, словно опасаясь произносить что-либо вслух.