Стальной король (ЛП)

Но такие люди, как они — такие, как Кингстон «Дэш» Слейтер с его поразительной внешностью, наглой заносчивостью и дьявольской ухмылкой — жаждали власти. Они жаждали опасности и жизни на грани, без ограничений. Как банда, Цыгане обладали властью и деньгами в избытке.
Почему же они отказались от этого?
Никто не знал. А если и знали, то молчали.
— Тебе не кажется странным, что за последний год о них не было никаких новостей? И никаких объяснений, почему они закрыли свой «клуб»? За одну ночь они превратились из известных членов банды в добропорядочных граждан. Я на это не куплюсь. Слишком тихо. Слишком чисто.
— Это потому, что они чисты, — сказал папа.
— Конечно. Скрипучие, — отмахнулась я.
— Ты говоришь так, будто мы все прикрываемся ими. — Он нахмурился. — Да ладно. Разве ты не думаешь, что если бы там была какая-то история, я бы ее рассказал? Или ты так плохо думаешь обо мне как о репортере?
— Это не то, что я говорю. Конечно, ты бы рассказал эту историю.
Но стал бы он копать? Я не сомневалась в способности отца к расследованиям. В свои лучшие годы он был звездным репортером. Но с тех пор как они с мамой переехали в Клифтон Фордж и купили Tribune много лет назад, он сбавил обороты. Он уже не так стремился к работе, как раньше. Он не был так голоден.
А я? Я была голодна.
— Если нет рассказа, то нет и истории, — сказала я. — Единственное, что я теряю, это свое время, верно?
— Я заявляю официально как твой отец и твой партнер: мне это не нравится. Может, они уже и не банда, но у этих парней есть свое преимущество. Я не хочу, чтобы ты переходила им дорогу.
— Понятно. Я задам свои вопросы и буду держаться подальше. — Или не далеко.
— Брайс, — предупредил он.
Я подняла руки, притворяясь невинной.
— Что?
— Будь. Осторожнее.
— Я осторожна. Всегда. — Ладно, иногда. Папино определение осторожности немного отличалось от моего.
Я встала на носочки, чтобы поцеловать его в щеку, затем помахала рукой и поспешила выйти из пресс-центра, пока он не поручил мне что-то, что заставит меня сидеть за столом весь день.
Полицейский участок находился в противоположном от редакции конце города. Он располагался на берегу реки Миссури вдоль оживленной улицы, заполненной ресторанами и офисами. Река текла быстро и полноводно из-за таяния горного снега. Июньское солнце отражалось от водной глади золотыми бликами. Воздух Монтаны был чистым и свежим, не уступая моему любимому запаху газет.
Это был еще один запах из моей юности, по которому я скучала в Сиэтле.
Я припарковала машину и вошла в участок, завязав светскую беседу с офицером на входе. Потом я поблагодарила свои счастливые звезды, когда они пропустили меня без всяких проблем. Первые три раза, когда я приезжала сюда навестить Шефа, меня проверяли. Отпечатки пальцев. Проверка биографии. Фотография.
Может быть, это был протокол.
А может, они не любили репортеров.
Этим утром в участке было тихо. Несколько офицеров сидели за столами, склонив головы над клавиатурами и шариковыми ручками, занимаясь бумажной работой, в то время как остальные в смене патрулировали улицы. Кабинет начальника располагался вдоль задней стены здания. Из окна за его столом открывался прекрасный вид на реку.
— Тук-тук. — Я постучала в открытую дверь и шагнула внутрь. — Доброе утро, Шеф.
— Доброе утро, Брайс. — Он отложил документ, который читал.
— Знаешь, я никак не могу понять, счастливая это улыбка или раздраженная, когда я прихожу сюда.
— Это зависит от ситуации. — Его глаза сузились на моей сумочке, его кустистые седые брови сошлись вместе.
Я потянулась в сумочку и достала пачку лакрицы. — Как я справилась?
Он пожал плечами, уставившись на Twizzlers, когда я положила их на его стол и села в одно из кресел для гостей. В свои предыдущие визиты я приносила Twix, Snickers и M&M’s. В лучшем случае он относился к моим лакомствам с неохотой. Поэтому сегодня я пошла на хитрость и взяла в Town Pump что-нибудь фруктовое.
— Похоже на счастливую улыбку, но из-за усов трудно сказать.
 
Он усмехнулся и вскрыл упаковку, пока я внутренне качала кулаками. — Я знал, что в конце концов ты догадаешься.
— Ты мог бы просто сказать мне.
— И что в этом веселого? — Шеф Вагнер сунул конфету в рот и откусил огромный кусок.
— Ты собираешься заставить меня работать так усердно ради всей моей информации?
— Нет, — сказал он. — Мы выпускаем еженедельный пресс-лист. Все, что вам нужно сделать, это загрузить его. Легко и просто.
— Ах, да. Еженедельный пресс-лист. Какими бы захватывающими ни были эти отчеты, я говорила о более...глубокой информации.
Шеф сцепил пальцы под подбородком. — У меня нет ничего для тебя. Так же, как у меня не было ничего две недели назад. Или неделю назад. Или за неделю до этого.
— Ничего? Ни даже крошечного кусочка, который ты, возможно, забыл положить в пресс-лист?
— У меня ничего нет. Клифтон Фордж — довольно скучное место в наши дни. Извини.
Я нахмурилась. — Нет, это не так.
Он усмехнулся и взял еще один кусочек лакрицы. — Ты права. Мне не жаль. Я слишком занят, наслаждаясь покоем.
Шеф Вагнер был рад, что его пресс-релизы включают только редкие вызовы 911, случайные субботние пьянки, беспорядки и случайные мелкие кражи от непутевого подростка. В этом городе за многие годы произошло более чем достаточно убийств и бесчинств — благодаря Tin Gypsies. Мотоклуб, вероятно, был ответственен за появление седых полос в волосах Маркуса.
Однако, судя по тому, что мне удалось раскопать в архивах новостей, бывшие члены Tin Gypsy практически не сидели в тюрьмах. Либо Шеф не замечал их преступлений, либо Цыгане чертовски хорошо умели заметать следы.
В дни своей славы Tin Gypsies возглавлял Дрейвен Слейтер. Я видела его в городе, и он держался с той же безжалостной уверенностью, которую передал своему сыну Дэшу. И ни один из них не показался мне дураком.
По моей версии, Шеф Полиции Маркус Вагнер был чертовски хорошим полицейским. Но Дрейвен, Дэш и их Цыгане всегда были на шаг впереди.
Если я хочу получить материал, то должна быть на высоте. Дрейвен отошел на второй план в гараже, что означало, что я буду противостоять Дэшу. Я видела этого человека — я наблюдала за ним.
Дэш ехал на своем черном мотоцикле по Центральной улице, словно владел Клифтон Фордж, сверкая ослепительной белозубой улыбкой. Он был типичным плохим парнем. Его сексуальная ухмылка, точеная челюсть и однодневная щетина заставляли всех дам падать в обморок.
Всех дам, кроме меня.
Другие женщины в городе могли развлекаться с его потрясающим телом. От Дэша мне нужны были только его секреты.
И чтобы получить их, мне понадобится помощь Шефа.
В свои предыдущие визиты сюда я ни словом не обмолвилась о Цыганах. Я приходила только для того, чтобы встретиться с Шефом и наладить с ним контакт. Но если я собираюсь начать свое расследование, то пора было переходить к делу.
— Ты знаешь, почему Tin Gypsies так внезапно закрылись?
Его челюсть замерла на полуслове, и он сузил взгляд. — Нет.
Неправильный ход. Он собирался молчать.
— Хорошо. — Я подняла руки. — Мне просто любопытно.
— Почему?
— Правду? Моя интуиция говорит, что это целая история.
Шеф сглотнул и оперся локтями на стол. — Послушай, Брайс. Ты мне нравишься. Мне нравится твой отец. Приятно, что хоть раз газетой управляют достойные репортеры. Но ты здесь недавно, так что позволь мне преподать тебе урок истории.
Я опустилась на край кресла. — Хорошо.
— За последние двадцать с небольшим лет в нашем городе было больше проблем, чем у многих за сто. Цыгане принесли сюда много дерьма. Они знают это и пытаются исправить положение. Уже больше года они ведут себя как законопослушные люди. Они следуют буквам закона, и город меняется. У меня есть граждане, которые чувствуют себя в безопасности, проходя по улицам ночью. Они оставляют двери своих машин незапертыми, когда забегают в продуктовый магазин. Это хороший город.