Золушка на час (СИ)

Лиза положила свои ладошки мне на плечи, я обнял ее талию. Какая она тоненькая! Как же хочется опустить руки ниже, сжать ее упругую попку. Совсем недавно я решил не торопиться, но теперь… Я снова вспыхнул как спичка.
Лиза
Странно было сидеть вдвоем с Марком, когда Полина и Вадим ушли танцевать. Похоже, моя подруга всерьез решила пуститься во все тяжкие. А мне что делать? Я бы уже пошла домой.
Марк налил мне еще вина, но я лишь пригубила бокал. Достаточно. В голове шумит, мне и так слишком весело. Вернее, было весело, пока мы с Полиной не посетили дамскую комнату. Теперь мне как-то неспокойно.
Разговор с Марком не складывался, оставшись наедине без заводного Вадима и хохотушки Полины, мы чувствовали себя неловко. И тогда я решила, что будет лучше пригласить его на танец. Когда танцуешь, разговаривать необязательно.
А потом, после танцев, я скажу, что устала и хочу домой. Вызову такси и уеду. Отличный план!..
Это была плохая идея. Я и не думала, что близость Марка, его прикосновения так на меня подействуют. Вроде бы он просто положил руки мне на талию — все так делают, когда собираются танцевать, и я не раз танцевала с парнями, но мне никогда не казалось, что их ладони плавят мою кожу. Никогда не хотелось, чтобы они скользили по моему телу, гладили, ласкали…
Да что за наваждение?!
Марк крепче прижал меня к себе, как будто прочитав мои мысли. От смущения я залилась румянцем — чувствую, как щеки пылают. Уши, наверняка, красные как помидоры. Я уткнулась носом ему в плечо, чтобы он не видел моего лица.
Чувствую его мускулы под рубашкой — я знаю, как он выглядит без нее: почему-то именно сейчас со всей ясностью вспомнила, как он стоял посреди своей квартиры совершенно голый. С твердым, готовым к бою орудием. Тогда я не разглядывала его тело, была слишком ошарашена и напугана. Но, оказывается, память сохранила мельчайшие подробности… Лучше бы я ударилась головой и все забыла — от воспоминаний и от его близости со мной творится что-то непонятное. Я вся горю, в груди какое-то томление, в животе как будто порхают бабочки.
И мне очень-очень хочется, чтобы Марк меня поцеловал.
Наверное, вино ударило в голову. Надо бы проветриться… А лучше уехать домой, пока не натворила глупостей.
В этот момент одна рука Марка скользнула вверх по моей спине, задержалась на шее, переместилась на плечо. О боже! Он как будто наэлектризован! Или я. Или мы оба… Скольжение его пальцев по моей коже — как прикосновение к оголенным проводам, бьет током страсти.
Он коснулся моего подбородка, задержал ладонь, приподнял его. Мне пришлось посмотреть Марку в глаза. Они снова затуманены. Что это? Он наклоняется, легко касается губами моих губ… Нет, я не должна этого делать. Не должна с ним целоваться. Это неправильно.
В этот момент мелодия сменилась с медленной на быструю. Я вырвалась и убежала в дамскую комнату.
Марк
Она меня хочет, в этом нет сомнений: я ощущал трепет ее нежного девичьего тела, она не сопротивлялась моим объятиям и даже, кажется, сама прижималась ко мне… Хотя не уверен в последнем: Лиза словно боролась с собой, со своим желанием.
Может, считает, что не должна так быстро сдаваться. Может, у нее в голове сидит какая-нибудь ерунда вроде правила трех свиданий. А сегодня у нас только первое — если не считать первых двух встреч у меня дома. Я бы их посчитал…
Вадим и Полина куда-то испарились. Ну и прекрасно — именно об этом я его и просил. Теперь ничто не стоит между мной и моей малышкой.
Она вернулась из дамской комнаты смущенная, с легким румянцем на щеках. О эти аппетитные щечки! Эти блестящие глазки! И губы… я успел коснуться их своими. И собираюсь продолжить.
— Я вызову такси, — произнесла Лиза и полезла в свою сумочку.
— Я уже вызвал.
— Спасибо.
— Машина ждет.
Все произошло быстро, она не успела сообразить, что к чему. Мы уже сидели на заднем сиденье такси класса люкс.
— А вы… ты… едешь со мной? — растерянно хлопала глазами малышка.
 
— Провожу тебя до дома. И уеду.
Конечно же я останусь! А сейчас главное — не напугать ее. Поэтому никаких обжиманий, как бы мне этого ни хотелось, только разговоры и шутки на нейтральные темы — она должна снова увидеть во мне друга. В которого тайно от самой себя влюблена.
  
Глава 5
 
Предсказание
 
Лиза
— Хочешь, я тоже останусь?
Полина с сочувствием наблюдала, как я поедаю вчерашний торт — вилкой, даже не нарезав его на кусочки, прямо из коробки. Соскребаю самое вкусное — безе и белковый крем, а бисквит не трогаю, не люблю его. Маринованная вишенка… М-м-м! Вкуснятина.
— Не говори ерунды, — ответила Полине с набитым ртом.
— Ты меня пугаешь. — Подруга во все глаза смотрела, как я расправляюсь с тортом.
— Ой, извини, я тебе не предложила… — И оглядела оставшиеся после моего налета руины. — А теперь он некрасивый, неудобно предлагать.
— Да не надо мне торт! Я хочу, чтобы ты опять стала нормальной.
— Да все нормально! Я в порядке. Уже смирилась.
Вонзила вилку в торт. Полина сморщилась, как будто я попала ей в ногу.
Сегодня утром пришли плохие новости из деканата: мне позвонили и промямлили что-то о путанице со списками. Оказывается, в лагерь еду не я, а Наташка Смирнова. От неожиданности я даже не возмутилась, хотя вряд ли бы это что-то изменило… Наташка стояла в списке за мной, у нее было на три балла меньше.
Какая насмешка судьбы! В первый раз меня щелкнули по носу месяц назад, когда я чуть не попала в число счастливчиков, но пролетела. Теперь дали надежду… и снова отобрали.
Обидно до слез — да что там, я даже всплакнула немного. Шмыгала носом, пока драила и без того чистую кухню. Вон, дверцы шкафов сияют как новые. Я даже оттерла застарелое пятно на столешнице и отполировала чайник из нержавейки — блестит как зеркало…
Полина прибежала сразу после моего звонка. Я долго не решалась ей позвонить: думала, вдруг она не дома и отсыпается у Вадима после бурной ночи. Набрала ей ближе к обеду.
Оказывается, она вчера не осталась с новым знакомым. Я была рада. Но удивлена.
— Ты же ушла с ним.
— Ага.
— Ты же говорила, что собираешься пойти на поводу своего каприза.
— Говорила.
— Одумалась?
— Он так был уверен в собственной неотразимости, так грамотно меня обрабатывал… Комплименты, прикосновения, намеки на его божественную крутизну. Он не сомневался, что я поеду к нему, ни секунды!
— И ты решила его проучить.
— Да! И получила от этого невероятное удовольствие. Это было лучше, чем секс, ей-богу!
Я смущенно опустила глаза. Плохо представляю, о чем подруга говорит. В моей жизни еще не было… ничего такого. И вряд ли будет.
— Когда я сказала, что передумала и еду домой, у него были такие глаза… — Полина произнесла это как-то мечтательно.
— Обалдевшие?
— Не то слово! Как будто он, голодный, расположился за столом с ножом и вилкой, а я выхватила у него из-под носа дымящуюся отбивную!
Я усмехнулась, представив эту картину.
— Мне его стало даже немного жалко. Правда, он быстро натянул на лицо улыбку и снова принялся меня соблазнять… Я наслаждалась до последнего. Он почти бежал за моим такси! А я махала ему платочком.
Умеет подруга меня развеселить! Отсмеявшись, я отложила вилку. И залпом выпила остывший чай.
— Все? — спросила Полина.
— Все. Плакать и набрасываться на торты больше не буду. Но, наверное, еще пару дней пострадаю… Знаешь, как обидно!
— Еще бы не обидно! Сволочи! Гады! Свиньи! Так издеваться над человеком. Взорвать этот деканат к чертям. А Наташку Смирнову…
— Да она, может, ни при чем.
— Ага, конечно, ни при чем. Наверняка за нее кто-то попросил. Или за деньги ее впихнули, или по знакомству. Точно тебе говорю.
— Ладно. Все равно уже ничего не изменишь. Ты, кстати, чемодан собрала?