Паладин (СИ)

— Как я понял со слов Эдель и Адель, в этом мире эльфы живут в среднем около шестисот лет, а ты ещё упоминала, что они вполне могут скрещиваться с другими расами… Или полуэльфы не наследуют долголетие одного из родителей? — запоздало сообразил я возможный ответ на свои сомнения.
— Наследуют, — разбила мою догадку котодевочка. — Не в полной мере, но лет сто пятьдесят они точно живут.
— Тогда… Почему человеческая знать империи не смешала свою кровь с эльфами тем или иным способом? — озвучил я щекотливую тему. — Разве никто из них не хочет обеспечить долголетие своим потомкам?
— Эм… — я явно опять сказал что-то не то, так как моя собеседница выглядела крайне озадаченной вопросом, и отнюдь не в плане: «а так можно было, что ли?!», скорее уж на меня смотрели как на идиота, опять не понимающего прописных истин. — Ты имеешь в виду, почему, доминируя на континенте, люди не накупили себе эльфийских рабынь и не заставили их рожать себе детей? — тем не менее сдержанно и спокойно уточнила нэка.
— Да. Я опять сказал нечто глупое?
— Ну… — этот звук и сопровождающий его взгляд однозначно говорили «да», но Нэроко была девочкой приличной и так топтаться по моей гордости не стала. — Все знают, что эльфы не размножатся без любви.
— В смысле? — пусть думает обо мне что хочет, но я должен был понять данную концепцию.
— Эльфы — это магическая раса. Не полностью волшебные существа, но заметно ближе к ним, чем многие другие, и духовная составляющая для них не менее важна, нежели физическая. Я не знаю, как и почему это происходит, но общеизвестно, что эльф, независимо от пола, может зачать ребёнка, только если искренне любит того, с кем делит ложе, и его партнёр тоже должен его любить без всяких корыстных намерений, с предельной душевной открытостью, иначе зарождение жизни не произойдёт. Именно поэтому эльфов не так уж много, несмотря на их длинную жизнь, ведь даже в любящей семье неизбежны некоторые трения характеров, а, как я понимаю, у эльфов важно, чтобы в момент зачатия всё было предельно искренне и чисто. Ещё возможно, что они сами в тот момент должны хотеть завести ребёнка, но этого я уже точно не знаю, а только слышала такую версию на уровне слухов. Иными словами, то, что ты описал, физически невозможно — пока человек будет иметь корыстный мотив, эльфийка не родит от него, что бы он с ней ни делал. Поэтому никто таким и не занимается.
— Понятно… — односложно произнёс я, переваривая услышанное.
— Учитывая, что ты это спросил, в твоём мире не так? — дав мне немного времени, сама проявила любопытство девушка.
— В моём мире эльфов не могут взять в рабство, как бы сильно о том ни мечтали. Хотя самих мечтающих хватает, — ответил я чистую праву.
— О… Тогда понятно, — покивала сама себе Нэроко, придя, очевидно, к неверным выводам, но тут уж лучше так, чем рассказывать ей реальную ситуацию в мире, где уровень нравственной чистоты населения давно упал много ниже планки, на которой многие миллионы радостно и вожделенно фантазировали о том, как тентаклиевые монстры массово насилуют несовершеннолетних школьниц.
— Поправь меня, если я ошибаюсь, — решаю вернуть разговор в русло местных реалий — подальше от необходимости сочинять небылицы о моём прошлом, — но разве не ты совсем недавно объясняла мне, что меня теперь почти каждая женщина-авантюристка будет рассматривать в качестве быка-производителя, от которого будут очень сильные детки?
— Не только авантюристка, — поправила меня котя. — Аристократки — тоже.
— Да-да, хорошо, — покивал я. — Но разве это не противоречит тому, что ты только что рассказала об эльфах и их проблемах с деторождением?
— Нет, — бесхитростно моргнула волшебница.
— Почему? — чувствуя себя очень тупым, попросил я разъяснений.
— Заставлять говорить о таком девушку довольно смущает, знаешь ли, — попеняли мне, чуть отведя взгляд и порозовев щёчками. — Но ладно… — вздохнула она, беря себя в руки. — В общем, если коротко, то, что ты не можешь… — она запнулась, явно подбирая слова, — надуть девушке животик случайно, — нашлась она с формулировкой, — это скорее плюс, чем минус. Причём плюс очень большой. Противозачаточные заклинания и зелья далеко не всем доступны и далеко не везде. В то же время это не значит, что завести с тобой ребёнка вообще невозможно, ведь полуэльфов в мире хватает. По сути, для этого надо просто влюбить тебя в себя и самой тебя полюбить. Второе, с учётом твоих силы, характера и внешности, совсем не сложно, а первое… ну… — она опять замялась, — девушки, которые не уверены в себе и не готовы к вызовам, не идут в авантюристки.
 
— А как же пресловутый корыстный интерес? — не сдавался я.
— Говорю же: женщины, которые не уверены в себе, не идут в авантюристки, — спокойно, но с некоторой затаившейся в глубине сиреневых омутов просьбой пощадить её нервы, глядя мне в глаза, повторила Нэроко. — К тому же даже если с детьми ничего не получится, это не отменит факта работы с Мифриловым.
— Ладно, — сдался я, хоть и до сих пор не понимал, почему в одном случае попытки добиться общего ребёночка являются оправданными и имеющими шансы на успех, а в другом — заведомо обречены. Разве что тут вопрос в психологии, где между «молодой девчонкой, желающей охомутать перспективного самца-эльфика, чтобы найти своё счастье в жизни» и «родовитым аристо, для которого самка-эльфиечка — это просто постельная грелка и предмет роскоши, а цели жизни крутятся вокруг власти и влияния» существует известная и принципиально непреодолимая разница. С точки зрения нужного эмоционально-духовного состояния взаимной искренности и любви непреодолимая.
На этом разговор увял, и оба испытывающие от него изрядную неловкость участника постарались отвлечься на иные дела. В итоге, когда близняшки явились в наши апартаменты, Нэроко уже успела зарыться в очередной свиток, а я — получить новый пакет знаний.
Взрыв Светлой Энергии был в своей сути заклинанием площадного действия, что работало по принципу гранаты, только с более равномерным и чётким поражающим радиусом. Оно сильно зависело от качества маны создателя и с моими тридцатью единицами в параметре Магии могло накрыть лишь область около десяти метров в диаметре, зато в этой области должно было ошпарить всех энергий Света, кроме исключений, что я же сам должен буду внести при создании заклинания.
Регенерация же была прямым аналогом, но не развитием «Целительного прикосновения». Формировались и работали эти чары совсем иначе, в смысле на иных рунах-основах и в другой геометрии итоговой конструкции, но выполняли ту же функцию, лишь растянуто по времени. Как и «Целительное прикосновение», заклинание «Регенерации» не подстёгивало естественные механизмы заживления ран, а принудительно доводило организм до идеального состояния, которое считывало прямо с него же. Сколько у организма сил, насколько он изношен — обоим плетениям было наплевать — всю нужную энергию давал кастующий, а дальше магия уже ломала об колено все ошибки в состоянии плоти, доводя оную до эталонного состояния. Но если «Прикосновение» делало всё это одним тактом, снимая с тела, на которое направлено, образ «эталонного» состояния и сразу начиная к нему приводить, то структура заклинания «Регенерации» сперва прилипала к энергетике цели, подобно тому, как работает наложение «Усиления», а дальше отслеживала его состояние, по мере получения организмом повреждений активируя один из блоков в цепочке последовательно соединённых рун-основ, что и обеспечивали эффект исцеления. В итоге получалось этакое отложенное исцеление с несколькими зарядами, которые истощаются по мере срабатывания. Если на исцеление полученной раны хватит одной руны-основы в цепочке, то она и потратится, если же её не хватит, то после неё будет активирована следующая, и так до полного исчерпания сформированных в структуре узлов и вложенной энергии. Собственно, численность таких отложенных исцелений определялась навыками и волей создателя. Можно было сплести структуру на одно отложенное восстановление, а можно и на двадцать, если, конечно, хватит контроля и маны.