Четвёртый Рим (СИ)

— Я не использую микронидов дома. — сказал Леонид, присев на материализовавшуюся сзади, табуретку — Не вижу смысла. Мне достаточно обычной роскоши в виде артефактов античной эпохи. Зачем мне мимикрирующая песочница?
— А вы аскет, господин Савельев. Я это уважаю.
Вячеслав сел на вторую табуретку и сложил руки появившемся между ними столике.
— Вы не знаете истинного значения этого слова, Вячеслав. — Леонид принципиально не переходил на «вы», демонстрируя, что просто так проявлять уважение, он не обязан — Микрониды — уникальная технология, падшая с небес. Мы научились её использовать, но не воссоздавать в земных условиях.
— Я это всё знаю, но не понимаю к чему вы…
— Использовать микронидов для показухи и демонстрацией своего статуса, на мой взгляд, является расточительством. Я доверил свой рой наиболее квалифицированным специалистам на моих предприятиях. А теперь… — Леонид выдержал многозначительную паузу — Раз уж вы считаете, что купол защитит наш разговор от посторонних ушей, то прошу вас разъяснить причину, по которой вы так настойчиво приглашали меня к себе.
— Я лишь хотел поговорить с вами об общем плане. — деликатно произнёс Ченков.
— Если вы про вашу маленькую революцию, то увольте. Я ведь уже давал понять, что меня это не интересует.
Такой ответ несказанно удивил Вячеслава.
— Господин Савельев, мы же ещё тогда договорились с вами.
— У меня хорошая память, мой мальчик. И я прекрасно помню, что требовал от вас доказательств того, что ваш план — не провокация Ледникова, но вместо этого, ваши письма с приглашениями, засорили мою почту подобно спаму. Не об этом мы «договаривались».
Последнее слово Савельев произнёс с такой язвой, на какую был способен. Но если это и обидело Вячеслава, то тот не подал виду.
— Так я за этим и пригласил вас, чтобы предоставить доказательства. — объяснился он. В эту же секунду, справа на экране появился человек, которого в Ирие знали все и боялись едва ли не больше чем самого Хозяина.
Правильные, почти симметричные черты лица, говорили о возможном результате косметической хирургии. Но точно также этот человек выглядел и полвека назад, только сейчас его лицо было мертвецки бледным, что вызывало ассоциации с упырями из старых мифов. Савельев знал, что сохранившийся возраст и трупного цвета кожа означает вмешательство в организм нанохирургии.
— Рад познакомиться с вами, гражданин Савельев. — сказал человек с экрана.
— Александр Волков, — произнёс Леонид и оценивающе посмотрел на Вячеслава — Что ж, теперь я точно уверен, что Ледников действительно может ждать подлянку. Сомневаюсь, что старый ублюдок станет водить дружбу с директором СБИ.
Вячеслав облегчённо вздохнул. С чего бы это? Леонид ещё не согласился на участие в авантюре.
— Да уж, гражданин Ченков говорил мне о том, как тяжело вас убедить, поэтому я и решил рискнуть и, так сказать, «засветить рылом».
Леонид сдержал ироничный смешок. Единственное чем Волков может рисковать… а он ничем не рискует. Возглавляя спецслужбы и имея самые широкие полномочия, ему может быть плевать, абсолютно на всё, кроме благосклонности Хозяина, которому верен, как сторожевой пёс.
— Ну допустим, вы меня убедили. — обратился Леонид сразу к обоим собеседникам — Правда теперь я не понимаю зачем вам моё участие.
— Думаю, это очевидно. — ответил директор СБИ — Поддержка человека контролирующего пищевую промышленность очень важна для назревающего переворота.
— Переворота? Вот как, значит, заговорили. Если мне не изменяет память, то правит Ирием всё ещё Хозяин.
Ухмылка и самоуверенность Леонида, как ветром сдуло, когда, при упоминании Великого Благодетеля, Волков заметно напрягся.
— Что бы так было дальше я и организовал заговор против Ледникова. — прямо ответил Волков — Упреждая ваш следующий вопрос, скажу, что гражданин Ченков не лгал, говоря о корпоратократии. Только эта идея принадлежит Хозяину.
— Может быть, я кажусь подозрительным, но мне нужно прояснение некоторых моментов.
— Что угодно, господин Савельев. — сказал Вячеслав.
 
— Я спрашиваю не вас, а господина Волкова. Ваши полномочия почти безграничны, а если за вами, в данном заговоре, стоит сам Хозяин, так тем более непонятно, почему вы не повязали Ледникова, как только он стал облизываться на кресло правителя.
— Всё не так просто, гражданин Савельев…
— Да я-то знаю, что не просто. Иначе, вы бы не стали тратить время на этот геморрой. — сказал Леонид — Только мне нужна конкретика, что подразумевается под словосочетанием «всё не так просто».
— Пропаганда, выставляющая Хозяина, чуть ли не всемогущем божеством в Ирие, настолько профессиональная и эффективная, что в неё поверили даже семьи из Элиты. — начал объяснять директор СБИ — На деле, Великий Благодетель действительно пользуется огромным влиянием подданных. Что реализуется, не в последнюю очередь, лояльностью Старой Знати, в первую очередь Ледникова.
Савельев вспомнил собрание, произошедшее несколько месяцев назад. Тогда Иларион Ледников чётко давал понять, что его Дом, считаясь наиболее преданным, тем не менее преданностью не отличался.
— На последнем собрании Ледников упоминал о скорой смерти Хозяина. — вспомнил ещё кое-что Леонид.
— Тут он не врёт. — грустно подтвердил сказанное Волков — Но Хозяин не из тех вождей, которые мыслят по принципу: «после меня, хоть потоп». С самого своего заключения в Титановый Трон, он готовил целую программу экономических и политических реформ. Ледников знал об этом, но, как вы могли догадаться, его взгляд на будущее Ирия, был иным. Он несколько раз пытался убедить Хозяина сменить вектор реформ в более консервативную сторону. На пятый отказ Великий Благодетель сказал, что ещё одно такое обращение и главой своего рода Илариону больше не быть. Закономерно было ожидать, что после такого, Ледников начнёт свою игру.
Савельев внимательно слушал и участвовал в разговоре, параллельно запоминая и обдумывая полученную информацию. Ледниковы будучи самым приближённым к Хозяину родом, на деле в лояльности уступали даже тем дворянским семьям, которые в данных СБИ проходили, как «неблагонадёжные». На первый взгляд бессмыслица, на второй — занятная ирония. А на третий вполне логичная схема в политическом болоте.
Ледников очень умён и прозорлив. Именно он поддержал Хозяина в критический момент, когда красные давили правительственные силы по всем фронтам, а дворянские семьи, включая Старую Знать, тонули в бардаке и хаосе. Удержав Хозяина на троне, клан Ледниковых упрочил собственные позиции и лоббировал усиление родов, чьи политические взгляды были схожи с ихними.
— Да уж, не радостная картина получается. — воскликнул Савельев, цокнув языком — Хозяин окружён аристократией, состоящей из мракобесов-фанатиков. Если бы не вы, Волков, а также не альфарии, то Благодетелю бы уже давно отключили систему жизнеобеспеченья.
— Ваша правда, — с грустью в голосе согласился директор СБИ — Мы с Кириллом Алдановым делаем всё, чтобы защитить Хозяина. Но этого недостаточно. Гвардия Альфа охраняет Титановый Трон, а мне стоит огромных усилий распалять огонь из искр внутренних противоречий между Домами.
— Я знаю, как вы работаете, Волков. — одновременно с уважением и иронией в голосе, сказал Леонид — Кто-то сорвал мою сделку с Горловым два года назад, а чуть позже, Долгорукие влипли в такой скандал, что едва не ввязались в информационную войну с Ледниковым и Орловым на два фронта.
Директор СБИ лишь загадочно развёл руками. Мол, не знает.
«Ну да,» — подумал Леонид — «Я не я и кучка не моя».
 
— Но, как я понимаю. — продолжил Савельев — Теперь ваших мелких пакостей, господин директор, уже недостаточно. Новость о скорой смерти Хозяина не удастся удержать до его кончины. Не знаю как, но информация просочится наружу. В первую очередь, среди элиты. Образуется вакуум, чувство неопределённости. А Ледников уже подмял под себя большую часть Старой Знати и обрабатывает дворян по мельче. Создаёт себе имидж решительного политика и умелого руководителя. Тут всё понятно. Не понятно другое — почему вы, господин Волков, довели до такого? СБИ, если мне не изменяет память, не церемонится со своими политическими противниками.