Нечаяный сюрприз для графа (СИ)

- Слушаюсь, леди Оливия. А что мне следует подготовить к Вашему приходу? Беорегард, - ответила Нора.
- Что? – удивленно переспросила я, услышав последнее слово.
- Беорегард, так зовут дворецкого, - испуганно прошептала горничная.
Никогда не слышала такого имени раньше. Впрочем, на мой взгляд, непривычное имя вполне подходило этому необычному дворецкому.
- Поняла, и ни о чем пока не беспокойся, - подбодрила я горничную.
У кабинета отца меня ожидал, а, может, и не ожидал, а просто стоял Беорегард, я поблагодарила его за помощь на кухне и за новую горничную, он с достоинством принял мою благодарность и открыл передо мной массивные двери. Комната была большая, обставленная громоздкой темной мебелью, стол находился недалеко от окна, но за ним никто не сидел. Отец стоял возле окна и смотрел в сад, он оглянулся и, показав мне рукой на стул, прошел и сел за стол. Мачеха восседала в кресле возле стола напротив меня и демонстративно глядела в сторону, вздернутый носик и поджатые губы свидетельствовали о том, что подготовлено, как минимум, выступление, причем, соло. Диалогов, обсуждений, принятия компромиссных решений с этой стороны ожидать было бесполезно.
- Сначала я бы хотела поговорить с тобой наедине, отец, - сказала я, как только граф Стелтон сел за стол. – А потом бы уже выслушала претензии Сибиллы.
- Почему ты думаешь, что со стороны Сибиллы мы услышим лишь претензии? – только и успел произнести отец.
- Что? Да как ты смеешь? Кто тебе позволил ставить какие-то условия? Я все эти годы заботилась о тебе, старалась привнести красоту в твою невзрачную жизнь, постоянно украшала твои апартаменты так, как не делала для родных дочерей, позаботилась, чтобы у тебя был самый яркий дорогой гардероб, чтобы привлечь к тебе внимание молодых людей, беспокоилась о твоем здоровье! Сколько средств приходилось отрывать от своих дочерей и тратить на твое лечение, да только все без толку! Ничего не помогло избавить тебя от уродства, да еще и сына моего любимого заразила! – здесь Сибилла картинно поднесла кружевной платочек к сухому уголку глаза. – И что получила взамен?
До этого момента я, приподняв бровь, с усмешкой смотрела на отца, то есть произошло то, о чем я предупреждала, только не в той последовательности. Все, что говорила мачеха, было нетрудно предугадать, а вот теперь, возможно, я услышу о себе что-то новое, и я перевела взгляд на Сибиллу.
- Ты опозорила нашу семью, связавшись с человеком, который находился на службе у твоего отца! Мало того, тебя застали в компрометирующей ситуации, ты обесчещена! После этого мы попытались тебя спасти и объявить о помолвке с виконтом Литлом, единственным мужчиной, который согласился жениться на тебе за огромное приданое. А ты, вместо благодарности, решила покончить с собой! И теперь приходится прикладывать массу усилий, чтобы замять этот случай. Из-за тебя мои девочки не могут выйти в свет! – вот теперь мачеха вытирала настоящие слезы, по всей видимости, именно последнее обстоятельство было для нее наиболее болезненным.
Сибилла, наконец, замолчала, были слышны только всхлипывания. Мдааа, сколько сразу о себе узнала! Да все такое неприятное! Как теперь выяснилось, с Оливией произошел не несчастный случай, а была попытка самоубийства, вот, оказывается, что скрывал доктор, то есть, лекарь. И с кем, интересно, я честь свою потеряла? И почему я на это решилась? От отчаяния, что ли? А, может, из-за влюбленности? Надо разбираться!
- Отец, теперь, я настаиваю на разговоре с тобой с глазу на глаз, -решительно заявила я.
- Да что ты опять…, - пронзительно начала выступать по второму кругу Сибилла, хотя на «бис» ее никто не вызывал.
- Сибилла! Оставь нас! – резко оборвал ее отец, а затем, более мягко добавил: - Тебя позовут позже.
- Но ты же не будешь ей потакать? – чуть не плача, проговорила она, поднимаясь с кресла.
- Успокойся! Мы только поговорим, - проговорил отец.
Судя по всему, он питал к мачехе теплые чувства, несмотря на то, что у нее, на мой взгляд, был вздорный характер, да к тому же глупа, как пробка.
 
- Ты слишком много себе позволяешь, Оливия! – недовольно сказал мне отец, когда Сибилла покинула кабинет.
- На самом деле, намного меньше, чем твоя жена, - парировала я. – Но я бы не хотела обмениваться обидами, вряд ли это приведет к какому-либо результату. Я хочу тебе доверить, отец, кое-что очень личное и надеюсь, что ты сохранишь это в тайне.
Граф мгновенно напрягся, ему не понравились мои слова, чувствовалось, что он опасается того, что за этим последует, поэтому раздумывает, стоит ли вообще иметь со мною дело, а уж, тем более, давать обещания. Кажется, я его невольно напугала.
- Некоторые из моих поступков, о которых говорила Сибилла, они ужасны! Я признаю это, - сказала я, внимательно наблюдая за графом. – Так, могу ли я тебе довериться?
- Я выслушаю тебя, но сразу предупреждаю, не жди от меня снисхождения! Ты уже чересчур далеко зашла, - предупредил он.
- Отец, из-за того, что произошло со мной, я потеряла память. Лекарь Клейт сказал, что такое возможно из-за шокового состояния, в котором я пребывала. Пожалуйста, не вини его за то, что он скрыл этот факт от тебя, об этом попросила я, потому что оставалась надежда, что все вспомню, но этого не произошло. Так случилось, что я покинула этот мир, побывала за гранью, и вернулась, но не по своей воле, ты же понимаешь – человек здесь бессилен. Правильнее будет сказать: меня вернули, но больше нет Оливии, которую все знали, я изменилась и уверена, ты это заметил.
Он медленно кивнул, недоверчиво глядя на меня, но продолжал слушать.
- Я совершила ряд ошибок, но не думаю, что из-за этого стоит губить мою жизнь, выдав замуж за престарелого извращенца, что ни для кого не является секретом, да еще изрядно приплатив ему за это. Позволь мне исправить свою ошибку, я попытаюсь что-нибудь придумать, чтобы Сеона и Каприна смогли посещать светские мероприятия. Насколько я поняла, это основная претензия ко мне.
- Ты за столько лет ничего не смогла сделать, почему же ты так уверена, что сейчас у тебя получится? – недоуменно спросил он.
- Так я все эти годы ничего и не делала, только присутствовала на балах, подозреваю, исключительно в роли пугала, - ответила ему.
Отец задумался, не сводя с меня глаз, я без труда выдержала этот взгляд. Наконец, он нехотя ответил:
- Хорошо, я согласен, но, что касается Сибиллы, не уверен, что ей это понравится.
- Я постараюсь убедить ее, - пообещала ему, а потом спросила: - Твой служащий, про которого говорила Сибилла, кто он?
- Ты, действительно его не помнишь? – недоверчиво спросил отец.
- Зачем бы я тогда стала у тебя спрашивать?
- Это Джер, сын священника, который служит в одном из моих поместий, у него пятеро детей, Джер - младший, - ответил отец. – Дело в том, что нынешний молодой король благосклонно относится к дворянам, организующим какое-либо производство на своей земле, а затем сбывающим продукцию, то есть, по сути, занимающимся торговлей. Раньше это считалось прерогативой более низких сословий. Генри же всячески поощряет такие инициативы, утверждая, что подобная деятельность ведет к развитию и процветанию королевства. С некоторых пор я являюсь владельцем небольшого рудника, где добывают кристаллы света, их сбыт оказался очень выгодным делом, но потребовалась помощь в оформлении различных бумаг, поэтому я и нанял Джера. О вашей интрижке мне сообщила Сибилла, а ей, кажется, твоя горничная, которая как-то застала вас…
Отец не договорил, глядя в окно, он нервно барабанил пальцами по столу.
- Как я и Джер объяснили свой поступок? – спросила его.
- Я не посчитал нужным выслушивать твои объяснения, это не имело никакого значения. А Джер рассчитывал, что, обесчестив тебя, не оставит мне иного выхода, кроме как заставить его жениться на тебе. Но я выгнал его, пригрозив, что, если он проболтается, я сгною его в тюрьме, а всю его семью пущу по миру, - отец надолго замолчал, а потом глядя мне в глаза, произнес: - Возможно, я бы и согласился на этот мезальянс, если бы ты ему хоть немного нравилась, но он был настолько самоуверен, что даже в моем присутствии насмехался над тобой.