Студентка с приданным (СИ)

— Нам будет точно веселее! — пообещал Евсей.
— Только давайте, не как в прошлый раз мы ходили поржать на выставку: там пока пожарные приехали и Евсей целовался с художницей, Плат, как обычно, уронил эксклюзивную статую, — попросил их Гордей.
— Не забудь, кто устроил пожар, — Плат сразу напомнил, показывая в него пальцем.
Ой-й, с ним опасно куда-то ходить. Но да, веселее уж точно.
Платон
После ухода Амелии, горе-помощники тоже собрались быстро слинять.
— Мы все сделали, как ты просил. Чего так зверски смотришь? — Евсей со стула вскочил, одной ногой уже в побеге.
Решил не откладывать для них промывку мозга:
— Вы не могли как-то естественнее с нами напроситься? Что это еще за разговорчики, во сколько спорткар вас отвезет? А если бы она заподозрила что-то?
— После твоего приглашения на романтику, вряд ли, — Гор покрутил пальцем у виска. — Мы хоть прикинулись, что время провести с вами хотим. А ты вообще Амелию обломал.
— Интересно, как? — не понял я.
Нормально пригласил.
Она же любит музеи.
— Твоя девушка точно ожидала другого. Даже мы заметили, как она расстроено нахмурилась и вздыхала совсем не от радости.
— Да, она хотела реальный романтик! В кинотеатре с тобой обниматься.
Ты погляди, эксперты выискались.
— Сомовы, вы в своем уме? Нам надо в музей! — психанул и выкрикнул громко, будто хотел объявить, проходящим мимо студентам. Продолжил тише: — Амелия туда придет, как будто нам экскурсию пообещала. Дальше действуем по плану. Нам нужно успеть с ловушкой до выхода ее брата, медлить нельзя.
— Он свихнется скоро со своим сундуком.
— До или после, как Амелия его бросит?
Братья меня тут же обсудили.
— С чего бы ей меня бросать? Что вы несете?!
Они не знают, что сообщники не расстаются раньше срока. Нам это невыгодно.
— Раньше мы не верили, что Амелия на тебя запала. Теперь вот заметили, как хочет внимания.
— И где ваши поцелуи, где встречи? Арина бы тебя сухим бревном назвала. Мы даже с «девочками на вечер» и то зажигаем побольше!
Братья ушли, а я все никак не мог понять. Как они заметили, что она запала? Первая не звонит, не пишет, не клеится. Зато я получился бревном, а она в мечтах о романтике. Не разбираются в отношениях, пусть не лезут.
Захочу и приглашу, а надо будет, то и поцелую. Моя девушка и мне решать, а не тем, кто забывает, с кем встречался, и потом путают между собой подружек, но иногда и для прикола развлекаются.
До самого отъезда в музей меня не покидали противоречивые мысли. Я не мог согласиться с братьями, что веду себя с ней слишком холодно. Нормально мы встречаемся! С такой, как Амелия, при всем желании не выйдет с разгона в постель затянуть. Но стоит ли? Зачем мне к ней привязываться? Намного проще остаться в сообщниках.
Перед входом в музей Амелия попросила нас вести себя прилично.
— Тогда я с тобой только пойду, а то они не смогут. Я-то знаю, — подразнил нас Евсей и первым побежал к кассе за билетами.
— Просто скажите, в каком зале находится бар, и я там займу самое культурное место за стойкой.
— Ты там еще попкорн попроси, — толкнул в плечо болтуна, Гордей просто гонит, а Амелия на него ошарашенно смотрит и верит.
— Нет уж, попкорн сами потом на свидании купите. Ами, брат скоро еще тебе романтики подкинет. Ждиии! — подмигнул моей сообщнице и поспешил к Евсею.
Амелия не стала уточнять, но поглядывала очень задумчиво.
На каждом шагу встречались знакомые лица, не нам, а Амелии. Она со всеми здоровалась. Действительно, здесь как своя. Только все разговоры сводились к тому, кто же вор и как там брат и мама.
— Вот здесь он и стоял, — подвела нас к пустому месту в центре зала.
— Ты куда полез? — я крикнул на Евсея.
— Дайте постоять на месте богатств еще большему сокровищу. Дороже меня не бывает! — широко заулыбался этот драгоценный братик, нервируя охранника.
Дальше мы с Амелией медленно переходили из зала в зал, братья временно разошлись и делали снимки. Гордей мне подмигнул из-за угла, значит, успел добраться до компьютера со служебными программами.
 
Евсей получил миллион замечаний, отвлекая всех на себя.
— Молодой человек, у нас запрещено пить из чашки Льва Толстого!
Только брат мог додуматься туда колу налить из бутылки.
— Мне Лев разрешил. Он мой родственник!
С другого конца зала тоже вопли начались:
— Слезьте с трона немедленно! Там сам Петр Первый сидел!
— Вы как посмели со мной без реверанса говорить? Голову с плеч! Вам и второму охраннику. Верните мне корону, челядь!
Распорядился Гордей.
Потная охрана только и успевала бегать за близнецами, а те перекидывали стрелки с одного на другого.
— Моему брату говорите! Это он здесь только что трогал амбарную книгу помещиков!
— Я даже близко не подходил к костям мамонта! Как бы я там зуб перевернул?
— О боже! Меня сюда больше не пустят, — Амелия спрятала лицо на моем плече, хихикая тихонько.
— Покажи мне еще где сидят сторожа, когда музей закрывается, — попросил я, только и успевая тыкать купюры стражам порядка. С шелестом в карманах они успокаивались и даже дали новому царю сфоткаться на троне и потрогать корону.
Мы прошли в конец коридора и там за дверью «Посторонним вход запрещен», я понял, какое расстояние находится до зала с сундуком.
На втором этаже быстро миновали зал с картинами. В следующий не собирался, но Амелия сама потянула.
— Мать моя!
Повсюду здесь стояли громадные статуи в обнаженном виде, хоть бы прикрылись, ей богу. Белыми мумиями замерли и, будто на меня только смотрели.
— Видишь, здесь тоже есть Афродита! Никого тебе не напоминает? — Амелия подвела к одной.
Ну началось…
— А разве должна? — ради шутки спросил.
— Плат, вспомни, кого ты украл? — вставила руки в боки и головой покачала. — Ой! Там, кажется…
Забыла об упреках и прилипла ко мне.
Афродита вдруг заговорила:
— Да-а! Вспомни меня, Плааат! Я же твоя девушка. Живу у тебя в спальне!
Я сразу определил, откуда и чей голос, но решил подыграть для Амелии.
— Прости меня, дурака. Тебя одну люблю, Афрочка.
— Плат, статуя не может разговаривать! — обалдевшая девушка даже сама меня за руку взяла и крепко-крепко сжала.
— Прощу, если поцелуешь Аме-е-елию!
Совсем обнаглел? Шантажист!
— Это точно кто-то из твоих братьев спрятался за ширмой позади статуи, — до нее начало доходить.
— Может да, а может и нет. Хочешь, чтобы меня не простили?
— Плат? Здесь Музей! Ты совсем уже?
— Угу, — согласился я и потянулся к ее губам, остро ощущая, как хотел этого и сколько раз не давал себе взять и напасть.
Даже с сообщницей можно иногда целоваться, успокоил себя этой мыслью и прикоснулся к ней в поцелуе.
— Деточка! Я и не знал, что ты к нам… приехала.
Амелия отскочила, вроде я ядовитый. У нас даже поцеловаться не вышло. Только прикоснуться губами успел. Такой вот облом из-за тучного дядьки.
— Это директор музея, он очень добрый, — прошептала взбудораженная сообщница, пока мужчина поравнялся с нами.
— Я специально не собиралась, просто зашла, — залепетала невнятно.
— Хотела мне, своему парню, показать, где мама работала, — подсказал.
— Ну вот и отлично! У нас много интересных экспонатов. Постоянно экскурсии проводятся. Буду рад познакомиться с парнем Амелии.
Директор очень добродушно отнесся. Мне руку пожал, сообщницу обнял и достал для нее из кармана — шоколадку.
— Не стоило, — смутилась она.
— Для малышки нашей Аллочки у меня всегда есть в запасе, — улыбался директор. — Как только Пашу выпустят, пусть мама возвращается. Нам ее очень не хватает.
 
Мимо пронесся Евсей, притормаживая возле нас, глянул на шоколадку в руках Амелии.
— Вот! Бери пример с мужчины, Плат. — Подмигнул мне и дальше побежал от охранника.
— Я не знаю его, — открестился от брата.