Доспех духа. Том 8 (СИ)

Зрители турнира расходится не спешили, собираясь в группы и бурно обсуждая произошедшее. Кто-то даже решил прогуляться по площадке полигона, чтобы посмотреть на следы боёв. Пока там работали спецслужбы, они бродили по краю и, как только площадка освободилась, едва ли не обгоняя друг друга, помчались к центру. Интересно, что они рассчитывали там увидеть или найти? Хотели собрать щебень с пятнами крови, чтобы потом продать его на интернет-аукционе?
Мы же задерживаться в парке не стали и отправились обратно в дом принца Ютана. Пришлось успокаивать девушек, говоря, что со мной всё в полном порядке, а рана — обычная царапина. Таша говорила, что когда меня показывали на экране, то порез смотрелся жутко и он совершенно не походил на царапину. Она даже рассердилась на меня за беспечность и то, что не хотел ехать в больницу. Говорила, что исключительно по моей глупости останется некрасивый шрам, который потом придётся сводить.
По возвращении в дом принца мы застали большое оживление во дворе и в самом здании. Три десятка слуг занимались уборкой, носили какую-то мебель и просто бегали по коридорам, как мне показалось только для того, чтобы суеты стало ещё больше. Пока я приводил себя в порядок и переодевался, позвонила Тася. Подаренный Императором Цао дорогой наряд пропах дымом, испачкался несколькими пятнышками крови и в некоторых местах прогорел из-за попадания маленьких искорок. Было жутко обидно, учитывая, что сам виноват. Надо было брать либо комбинезон, либо каратеги.
— Тася, привет, — улыбнулся я, видя её лицо. — А мы только вернулись. Император объявил перерыв. Мама, Оксана, вас тоже рад видеть.
Женщины собрались на просторном диване в гостиной, установив планшет на журнальный столик. Насколько я помню, напротив дивана стоял большой телевизор.
— Как ты? — спросила Тася, коснувшись пальчиком щеки.
— Царапина, — отмахнулся я. — Дорогую одежду жалко. Её немного жар от молний опалил и когда я дураков, решивших Акеру помогать, от огня спасал.
— Да, мы видели, как ты отличился, — сказала мама. — Только зачем?
— Довели, — вздохнул я.
— Это они зря, — вставила Оксана и улыбнулась.
— Мы видели, как ты с Императором вино пил, — сказала мама. — Смотри не попади из-за этого в неприятности. Его подданные, занимающие высокое положение, могут посчитать, что он слишком хорошо к тебе относится и устроят какую-нибудь гадость. Особенно после всего того, что ты учудил. На итальянском телевидении тебе уже прозвище придумали: «Укротитель молнии и огня». Мы с Тасей через пять дней домой возвращаемся. Ты в Китае надолго застрянешь?
— Как только турнир закончится, сразу смотаю удочки, — ответил я любимым выражением дяди Рината. — Обещаю бдительности не терять, не переживайте. А что, вы турнир смотрели в прямом эфире?
— Трансляция все рекорды рейтинга побила, — улыбнулась мама. — Вся Италия болеет за Тито Моретти, единственного мастера огня из Европы, приглашённого на турнир. И хорошо, что до него очередь не дошла, когда ты… мастерам на их недостатки указывал. Он в Риме едва ли не национальный герой, так что тебе точно бы въезд в Италию закрыли за такое.
— Намёк понял, — ответно улыбнулся я. — Буду делать вид, что меня его техники поразили до глубины души.
— Лучше завязывай с подобным участием, — серьёзно сказала она. — И постарайся дней через пять быть дома, пока Император Цао на этот так называемый турнир мастерства не притащил ещё кого-нибудь опасного. Кстати, что там за пятёрка безумных мастеров из Европы? По телевизору сказали, что они бросили вызов участникам турнира, чем едва ли не публично оскорбили Императора.
— Даже так?
Я сначала удивился тому, что о них ничего не знали, но быстро понял, что они с самого начала свою принадлежность к культу черепов не афишировали. Это я их сразу признал, почувствовал крепкий доспех духа и уникальные техники, а вот зрители остались в неведении.
— Потом о них расскажу, — сказал я, оглянувшись в сторону спальни, где появилась Юй Ми. Она демонстрировала два наряда, один из которых был мне знаком, а второй, тёмной расцветки, я видел впервые. — Когда домой вернусь, сразу и расскажу. Я вам вечером позвоню… а, точно, вы же спать будете. Тогда придётся подождать.
 
— Понятно нам всё, — отмахнулась мама. — Беги уже. Мы сейчас Алёне позвоним и Анне Юрьевне, чтобы они за тобой присмотрели.
Причина шумихи в доме выяснилась довольно быстро. Я едва успел переодеться, а ко мне уже заглянула Алёна, сказав, что в гости приехал второй принц Цао с супругой. Сейчас как раз должен был начаться праздничный обед, хотя что принцы собирались отмечать, я не сразу понял.
Вторым принцем оказался тот самый мужчина, что сверлил меня тяжёлым взглядом, когда я впервые поднялся в императорскую ложу. Выглядел он лет на тридцать пять, но мог быть как старше, так и моложе. Его супруга — очаровательная женщина, улыбчивая, в отличие от принца. Удивило же меня то, что с ними приехал Лю Жэньжун, успевший переодеться в дорогой традиционный наряд и повязавший на глаза тёмную ленту. С левой стороны из-под повязки выглядывал тёмный синяк, перебирающийся на переносицу. Было видно, что его пытались спрятать или замазать косметикой, но безуспешно. Ему бы стоило сейчас находиться в больнице и проходить обследование, а не шастать по гостям. Собственно, эту мысль я и высказал, с чем сразу согласилась супруга второго принца.
— Мой младший брат неимоверно упрям, — говорила Лю Вэй, супруга принца. Она держала потерявшего зрение брата под руку. — Мы уговаривали его отправиться в больницу, но он говорит, что достаточно только осмотра доктора.
— Со мной всё в порядке, — сказал Лю Жэньжун. — Не первый раз меня ослепляет молния. А небольшой синяк не стоит даже упоминания. Через две недели приду в норму.
Лю Вэй посмотрела на меня, как бы говоря, что ничего не может с этим поделать.
— Доктор говорил, что частый ожог сетчатки опасен, — сказала она.
— Не важно, — отрезал Лю Жэньжун. — Я должен был прийти и поблагодарить мистера Матчина. Только благодаря ему я смог победить. Благодаря подсказке, которую я сначала счёл глупой и несостоятельной. Мудрец Ма прав, когда говорит, что мистер Матчин смотрит на силу совсем не так, как другие одарённые. Спасибо за науку.
— Мастер Лю использовал уважительный термин, который можно перевести как «наставник», — сказала Анна Юрьевна. — Обычно так обращаются только к наставнику, воспитывающему тебя с детства или старшему учителю рода.
Лю Жэньжун сложил руки в почтительном жесте и даже поклонился.
— Это лишнее, — удивлённо сказал я. — Я в умениях молнии совершенно не разбираюсь. Если мой совет оказался полезным, то это замечательно. А победа в поединке — это исключительно заслуга самого мастера Лю и его удивительному умению молнии, о чём я сразу сказал Императору Цао.
— Я знаю, что японский мастер не последовал Вашему совету, — сказал Лю Жэньжун. — За это он расплатился жизнью. У нас говорят, что упрямство и высокомерие — две тяжёлые корзины, с которыми не подняться на гору даже по широкой лестнице.
Судя по взгляду Лю Вэй, она брату об этом постоянно напоминает. Вроде бы я ничего существенного и не советовал ему, но всё равно приятно, когда тебя хвалят. Стоявший рядом принц Ютан посмотрел в сторону обеденного зала и кивнул.
— Победу брата Лю нужно отметить, — сказал Ютан. — Как и его выдающийся талант. Праздничный обед уже готов, поэтому прошу, проходите. У меня на этот случай припасён кувшинчик отменного вина.
Обед в компании принцев прошёл на удивление хорошо, даже девушкам разрешили поучаствовать. Главной темой застолья, естественно, стал турнир мастерства, но говорили только о техниках. Принцы никак не могли понять, почему мне не понравилось выступление мастеров, совмещающих огонь и молнию. Вроде бы эту парочку считали едва ли не главными фаворитами турнира, так как они всегда выступали красочно и повторить за ними эти фокусы никто не мог. Пробовали многие, даже Лю Жэньжун, но безрезультатно. Чтобы никого не обидеть, я сказал только, что недостатков у этой техники больше, чем преимуществ и порознь эти два мастера могли бы сделать существенно больше, чем когда объединяли усилия. Второй принц в шутку пожурил меня, сказав, что иногда следует руководствоваться не только эффективностью, но и внешней красотой.