Хочу твоим первым (СИ)

Спальный район не из дорогих, унылый двор. Что понадобилось здесь моему Бельчонку?
Володя здесь заселился по причине безденежья, и она спешит теперь к нему, чтобы успокоил?
Пальцы сами собой сжимаются на руле. Сильно, до боли в суставах. Но уже в следующий момент из подъезда выходит какая-то девчонка, по виду чуть старше Бельчонка, но не критично, и меня понемногу отпускает.
Одна из ее подруг?
Не вернулась к родственникам? Дождалась, пока я уеду и попросилась переночевать у нее?
Мне нравится такой расклад, и пока девчонки не скрылись в подъезде, вылетаю из машины и на скорости двигаю к ним.
Арина стоит спиной, так что подруга замечает меня первой. Говорит что-то моей девочке, а сама с интересом посматривает на меня.
Такой взгляд считывается мгновенно, и я знаю, если захочу, долго уговаривать ее не придется. Пойдет со мной сегодня же. Само собой, не захочу.
Все бы отдал за точно такой интерес ко мне в глазах Бельчонка.
Но когда Арина оборачивается, уловив взгляд подруги, в ее глазах, вскинутых на меня, отражается лишь испуг.
Испуг, отчаяние, еще через край страха и ненависти.
Мне кажется, сейчас я и сам свалюсь без чувств от тупого и безысходного отчаяния. От полосующей на кровавые раны мучительной пульсирующей агонии.
- Арин, нам надо поговорить, - топлю я и прочитываю на ее лице одно лишь неприятие.
Подхожу ближе, но Бельчонок резко отшатывается в сторону.
- Не подходи ко мне! - выпаливает гневно.
- Нам надо поговорить, - уверенно произношу я. – Я должен объяснить.
- Не надо ничего объяснять, Гордей, - мотает головой, - я все уже видела.
- Что ты, блин, видела? – взрываюсь, наступая.
Мне хочется подхватить ее на руки и оттащить в свою машину. Закрыться там с ней, чтобы не могла выбраться, и доказывать свои намерения. Убеждать, пока не дойдет, что те слова полная чушь и все серьезно у нас. Не отпускать, пока не верну ее заинтересованность и не уберу полностью страх и недоверие.
- Что здесь происходит? Арина? – встревает подруга и пытается пролезть между нами. Загораживает собой Бельчонка.
Интерес в ее глазах сменяется острой и хмурой настороженностью.
– Кто этот парень? Это…
- Гордей уже уходит, Лиз, - говорит Арина.
- Уходи! - бросает мне и начинает отступление к подъезду.
Отодвигаю подружку, рвусь вперед и хватаю Арину за руку.
- Подожди.
- Я не хочу с тобой разговаривать, Гордей, пожалуйста, отпусти.
- Не отпущу. Не отпущу я тебя, блин, не отпущу. Как ты еще этого не поняла!
Нервы рвутся, спокойствие отказывает. Я тоже перехожу на повышенные и перехватываю Бельчонка за талию.
Реакция ее предсказуемая и не заставляет долго себя ждать. Она начинает яростно вырываться из моих рук. А мне уже болезненно хорошо только от того, что прикасаюсь, плевать, что через неприятие.
Пусть брыкается, пусть обзывает, я как ненормальный, кайфую от нее и не могу надышаться. Вбираю, впитываю, вдыхаю…
- Так, я вызываю полицию, - раздается назойливое сзади, а на Арининых глазах появляются слезы.
- Пусти, Гордей, пусти, отпусти.
- Не знаю, что за сука сняла и прислала тебе…
- Какая разница, кто...не в этом же дело...
- Не сбегай, Арин...пожалуйста… Нам надо поговорить…
- Не о чем.
- Мне важно объяснить…
- Неважно.
- Важно, блин...даже на суде дают такую возможность...
- Все, что ты думаешь на самом деле, ты уже сказал. А то, что скажешь теперь…Все это…это...будет ложью!
- Будет правдой, - доказываю.
Подруга пытается отцепить меня от Бельчонка. То виснет на плечах, то пытается ухватить за руки.
Я абстрагируюсь, сосредотачиваюсь только на Арине.
- Пожалуйста. Пойдем, поговорим.
- Не пойду никуда.
Упирается ладошками в мою грудь, уворачивается от моих губ. И плачет. Реально, блин, все лицо мокрое. Попадает и на мою кожу тоже, оставляя влажные солоноватые следы.
Хочу стереть.
Умираю.
Мне больно также, как и ей, даже сильнее. Ведь это я стал причиной ее слез.
Оказывается, жесть как невыносимо это осознавать.
Ослабляю хватку слегка, но полностью отпустить не могу.
 
Перехватываю ее взгляд и начинаю говорить то, что хотел, хрен с ней, с подругой. Мои слова предназначены только Бельчонку.
- Арин, я люблю тебя. Не собираюсь бросать. То видео…пустой дурацкий пьяный треп. Ты целовалась с другим, мне было плохо. Жесть, как плохо, Арин. Я поехал туда и…вспылил со злости.
Мне кажется, что у меня получится донести, что прислушается.
- Девки какие-то крутились, но мне никто не был нужен. Только о тебе думал тогда и сейчас...только о тебе. Там ни с кем, и домой один уехал…Может, кто-то и снял…но…все не так совсем...ты ведь чувствуешь...
Затихает в моих руках и даже подруга отстает и больше не цепляет.
Хватаю ее дрожащую ладонь и прикладываю к своему рвущемуся из груди сердцу.
Позволяет.
Молчит и тихонько шмыгает носом.
Сердце под ее тонкой ладонью колотится, словно ненормальное.
Вскидывает на меня свои охрененно красивые глаза…
Я тоже смотрю на нее и только на нее.
И не сразу замечаю, что происходит рядом с нами.
Две машины въезжают во двор почти одновременно.
Вначале такси, из которого выходит подозрительно знакомая девушка. Не успеваю сообразить, где видел ее раньше, как она уже ныряет в салон и вытаскивает оттуда переноску с малышом.
Картинка сразу складывается, и одновременно с этим с эффектным визгом тормозов во двор влетает навороченная тачка Демьяна и замирает в нескольких сантиметрах от моей.
Таксист выгружает остальные вещи, но девушку это не интересует.
Она замирает, отчаянно прижимая к себе малыша и смотрит только на брата. На лице ее явственно читаются паника и страх.
На моем они, наверное, тоже сейчас проступают. Потому как кое-что начинает складываться в голове.
Не кое-что, а многое.
И то, что выходит, мне совсем не нравится.
Ситуация брата, рассказ Арины про сестру. Та необычная схожесть, которую уловил, когда увидел девушку в той деревне…
Он бросил тогда не кого-то, а ЕЕ сестру…беременную…отправил на аборт…оставил одну…с ребенком…
Мой брат и ее сестра.
У нее ребенок от Демьяна и именно он так с ней поступил…
Арина тоже сейчас все поймет...
Блин, блин, блин…
А злой, как черт, братец уже выскочил из машины и теперь двигает к девчонке и ребенку с такой волчьей улыбкой на губах, точно собирается их обоих, как минимум, убить.
  
Глава 52. Это больше, чем я могу сейчас вынести
 
"Лучше опасаться без меры, чем без меры доверять".
У. Шекспир
Арина
Гордей провожает меня до самой двери.
Держится так близко от меня, что только руку протяни и попадешь в крепкие мужские объятия. Но после просмотра видео меня словно холодными волнами окатывает.
Притяжение все равно есть, оно никуда не ушло, но душа моя идет в разлад с телом и разлетается на тысячи мельчайших осколков.
Хотелось бы мне верить, что это подлог, дурацкий и совсем несмешной поклеп. Что он не мог этого подумать и, уж тем более, не мог произнести.
Но Лера прислала мне не просто сообщение или фотографии, которые и правда легко подделать или скомпоновать из каких-то стародавних. Она прислала мне свежий видеоролик, в котором нет склеек и где Гордей называет меня Бельчонком, и цинично сообщает кому-то о своих планах на меня.
Я просмотрела это видео несколько раз и не нашла ни одного перехода, какие обычно бывают при смене кадров.
И то беспокойство, что все это время жило в моей душе, то глубоко запрятанное в самый дальний уголок ощущение нереальности и невозможности, чтобы все складывалось благополучно именно для меня, вновь оживает внутри и заполоняет все мое существо.
Проникает в кровь, отравляя ее осознанием безысходности и несостоятельности меня, как девушки, которую действительно можно полюбить. Бередит душу, за короткое мгновение раскромсав и перетасовав ее в болезненный кровавый сгусток, прекратившейся в очаг постоянной, непрекращающейся боли, терзающей и разрывающей меня изнутри.