Кровь и ржавчина (ЛП)

— Ох, я уверен, что у меня правильная девчонка.
Я съеживаюсь и зажмуриваюсь, поскольку он облизывает мою щеку своим грубым, слюнявым языком. Рвотный рефлекс начинает подавать голос спазмами в горле, когда влага впитывается в мои поры. Меня сейчас вырвет.
— Серьезно, Котенок? Ты не можешь держаться подальше от неприятностей в течение часа?
При звуке знакомого голоса я резко распахиваю глаза. Мой нападавший выпускает мои волосы, и я падаю назад, пока рукой не нахожу слабые перила. Когда я поднимаю свою майку, чтобы вытереть себе лицо, то вижу, как мощный кулак Джая встречается с челюстью нападавшего. Если бы это был мультик, то паук был бы вынужден слететь с его кожи. Я отхожу назад, когда ничтожество падает на пол, хватаясь за челюсть, и громко стонет. Джай перешагивает через него и идет ко мне. Я сжимаюсь от размера и агрессии его шагов. Он сгибает свою руку, сжимает пальцы в кулак, затем расслабляет ее еще раз.
— Что ты делаешь? — требует он, его челюсть сжимается.
Я тру свое лицо борцовкой.
— Я искала тебя.
— Тебе не следует разгуливать здесь без меня. Ты можешь пострадать.
Я опускаю борцовку и хмурюсь. Я вижу многих женщин, которые ходят здесь, некоторые даже не носят одежду. Если хочу гулять, то я должна иметь на это право. Мне не надо, чтобы меня нянчил Джай. Я взрослая женщина.
— Ты можешь называть меня Котенком, но это не я. Я могу сама о себе позаботиться.
Он сдвигает брови, и его рот превращается в улыбку полную издевательства. Я ненавижу его. Ненавижу, когда ко мне относятся, как к ребенку.
— Ладно, мисс Львица, скажи мне, что ты собиралась делать с этой ситуацией?
Я скрещиваю руки на груди.
— Если бы ты дал мне немного больше времени, я бы сделала что-нибудь.
Он качает головой.
— Когда ты находишься в такой ситуации, у тебя нет времени. Фокус в том, чтобы избежать ситуации, прежде чем она случится. Он завладел тобой при помощи твоих же волос. Тебе было бы так же хорошо, как и ему сейчас, если бы не я.
Так же хорошо, как и ему? Он подразумевает, что я не смогла бы от него отбиться? Может я и небольшая женщина, но я, черт возьми, сильная. Я лучше умру, чем позволю кому-то сделать то, чего не хочу.
— Ты мудак! — рычит мужик, поднявшись на ноги.
Мы с Джаем наблюдаем за ним, а также за тем, как кровь сочится из его рта вниз по подбородку.
— Твое гребаное извинение…
Я делаю рывок вперед и поднимаю колено. В то время когда его внимание сосредоточено на Джае, я вскидываю ногу вперед со всей силы и идеально соприкасаюсь прямо с детородным органом. Он кричит мне в лицо и сжимает мое плечо. Его дыхание пахнет гадостью, как медь и ржавчина, и он сжимает колени вместе. Я вырываюсь из его хватки, и он падает на пол. Я не знаю, вернется ли удар и будет ли он преследовать меня, но сейчас мне приятно было это сделать. Мой сердечный ритм повышен до опасного уровня, угрожая лопнуть в моей груди. Я оглядываюсь на Джая, и он улыбается мне. Это обнадеживает.
Я улыбаюсь ему в ответ.
— Скажи это.
Он склоняет голову.
— Сказать что?
— Ты впечатлен. Признай это.
Джай улыбается такой широкой улыбкой, которую я не видела прежде. Она освещает черты его лица и показывает идеально белые зубы.
— Хочешь, я куплю тебе выпить вместо этого?
Я приподнимаю брови, заинтересовавшись.
— Где и когда я смогу ее получить?
Он кивает головой в сторону тоннеля за его спиной, в противоположном направлении от нашего укромного уголка. Я не рискнула идти дальше в этот тоннель, но если есть место, где можно «купить» напитки, я согласна.
Мы проходим мимо многих бойцов. Кто-то пьяный. Некоторые трезвые. Все страшные. По большей части я держу голову опущенной и держусь поближе к Джаю. Мы идем примерно километр вниз по одному тоннелю, и выходим на еще одно открытое пространство. Кто бы ни проектировал эту подземную систему, он был умен. Каждый километр или около того, есть большие открытые тоннели в полу, что позволяет лишней воде из предыдущего тоннеля не застаиваться, а стекать вниз. Будучи так близко к реке, так как это промышленный район, я предполагаю, что они также приняли во внимание любые возможные наводнения из-за разлива реки, не позволив произойти затоплению нижних районов.
 
Что меня поражает больше всего в этом конкретном пространстве — это голые люди. Мужчины. Женщины. Все. Голые, как в день, когда родились. Я замечаю, что запах здесь отличается от других тоннелей. Различные фруктовые ароматы граната, персика, ананаса и яблока, а также и мужские, наполняют мои ноздри. Мое внимание останавливается на непрерывном потоке чистой воды, которая просачивается из небольшой трубы выше. Она выплевывает воду, позволяя, по меньшей мере, двенадцати людям внизу постирать одежду и помыть свои тела. Конечно, это не тот душ, который может качественно смыть всю дневную грязь или облегчить боли в спине, но, по крайней мере, это хоть что-то.
— Это зона для мытья.
Я хватаю его за руку и сжимаю.
— Подожди. Зона для мытья? Там зона для мытья?
Я смотрю, как люди чистят зубы и стирают одежду. Все это время? Все это время там была зона для мытья, и он никогда не говорил мне?
Джай кивает, и я сердито смотрю на него снизу вверх.
— Я нашел ее прошлой ночью.
Это объясняет, почему он настолько приятный на ощупь, и его дыхание пахнет мятой. Свежей восхитительной мятой.
— И ты не сказал мне?
Он ухмыляется.
— Я отвлекся.
Я отворачиваюсь от него, когда его глаза ищут реакцию на моем лице. Думала, что будет легко общаться после прошлой ночи, но одной мысли уже достаточно, чтобы моя кровь закипела в восхищении. Боже. Почему у него должно быть такое красивое лицо? С мальчиками гораздо проще общаться, когда ты не хочешь облизать их с головы до... ну, головы. Мне нравятся такие мальчики. Они заставляют меня чувствовать себя нормальной, а не больной.
— Теперь ты знаешь, что здесь, пойдем в бар и выпьем. Можно помыться позже.
Я качаю головой. К черту позже. Мне нужно быть чистой сейчас же. Я нуждаюсь в этом больше, чем в воздухе, мне это нужно больше, чем что-либо вообще. Толстый слой жира покрывает поверхность моей кожи, волосы жирные, и я ношу те же трусы два или три дня подряд. Я убью любого, кто встанет на моем пути.
— Где бар? — спрашиваю я, решив не говорить, как нереально звучит слово «бар» тут, в подземелье.
Он протягивает руку, состоящую из одних только мускулов, и показывает на тоннель прямо перед нами. Из всех укромных уголков и закоулков, Джай показал на тот, который находится возле туалетов. Моя удача. Я была бы намного счастливее здесь, внизу.
— Ты иди, я встречусь с тобой там.
Он оглядывает меня и вздыхает. Он знает, что это безнадежное дело, поэтому просто уходит. Когда он уходит, пузырьки волнения появляются во мне. Я улыбаюсь широко, тупо, и медленно двигаюсь в сторону падающей воды. Я останавливаюсь в нескольких метрах от женщины, моющей свои длинные золотисто-каштановые волосы. У ее ног стоят все средства для тела и шампунь, и это пахнет божественно.
Ее тело в отличной форме. Когда я говорю отличное, то говорю о стройных бедрах, плоском животе, больших натуральных сиськах и длинных ногах. Да, нет никакого способа, что я разденусь перед ней.
Я запускаю руки в воду, и позволяю теплой жидкости скользить по коже. Это чувство... неописуемое. Я закрываю глаза, и ленивая улыбка появляется на моих губах. Через секунду открываю глаза, и женщина рядом со мной начинает мыть свои игрушки из пластика. Я стараюсь не пялиться, когда она наклоняется, чтобы достать детскую салфетку из упаковки, но терплю неудачу. К моему удивлению, она выпрямляется и протягивает чистую салфетку для меня.
— Забыла свои вещи, не так ли? — говорит она с русским акцентом.
Я начинаю трясти головой и хочу объяснить свою ситуацию, но потом передумываю.
— Да, вау, спасибо.
Женщина улыбается лучезарной улыбкой, и, к сожалению, ее улыбка не соответствует остальной части ее тела. Отсутствующие зубы — это не то, что я ожидала увидеть у кого-то настолько совершенного во всех других отношениях. Я опускаю салфетку под воду, затем прикладываю ее к лицу. Я держу ее, позволяя порам впитать столько влаги, сколько у них получится, прежде чем вычищу их до чистоты.