Руины (ЛП)

И агония превращается в боль, такую, подобной которой я никогда не знала. Мне кажется, что мое сердце просто разорвано на две части.
Слезы заполняют мои глаза. Я сильнее прижимаю телефон к уху, желая почувствовать хоть что-то, хоть что-нибудь, кроме этой агонии, которую он мне причинил.
— Зевс, пожалуйста…не делай этого. Я знаю, что отношения на расстоянии — это сложно…
— Мы виделись три раза за последние шесть месяцев.
— Мы виделись всего лишь на прошлой неделе! — всхлипываю я.
— Всего на одну ночь. Это не отношения.
— Господи, Зевс. Не делай этого. Пожалуйста. Я люблю тебя. — Моя гордость просто вылетела в окно.
Но ведь это Зевс. Я сделаю все, чтобы он остался со мной. Он любовь всей моей жизни. Единственный парень, с которым я когда-либо была. Жизнь без него просто не реальна. В своем воображении я всю свою жизнь построила вокруг него.
Каждое событие, которое я запланировала осуществить – с ним. А теперь он говорит мне, что больше не хочет быть частью этого.
Я ему больше не нужна.
Я не могу дышать. Мне кажется, что на моем горле рука, которая душит меня. Его рука.
— Пожалуйста, Зевс. У нас все получиться. Я прилечу в Англию ближайшим рейсом. У меня есть немного денег на кредитной карте. Мы сможем поговорить и…
— Я не хочу, чтобы ты прилетала.
Словно он воткнул нож, в мой живот.
— Ты просто хочешь выбросить последние четыре года, словно они не имеют значения? — шепчу я, вытирая слезы со своих щек.
Тишина.
Только его дыхание слышно в динамике.
— Я больше не люблю тебя, Кам. Прости меня.
Лезвие вынимают из моего живота и вонзают прямо в сердце. Сокрушительный удар.
«Не извиняйся», — хочу крикнуть я. — «Просто люби меня, черт возьми»
Я начинаю давиться рыданиями.
— Ты не это имеешь в виду. Просто мы столько времени провели врознь, что ты забыл, как нам хорошо вместе. Я собираюсь бросить Джульярд и прилететь к тебе…
— Нет, — твердо говорит он.
Я игнорирую его. Я не могу слышать. Я не хочу его слышать.
— Мы сможем провести некоторое время вместе и все будет хорошо. Ты увидишь меня и вспомнишь, что любишь меня и…
— Я переспал с другой.
Если до этого я считала, что слова причиняют мне боль, то, услышав это, поняла, что такое настоящая боль.
Никогда, я никогда не чувствовала ничего подобного. Словно мое сердце превратилось в стекло, а он просто ударил кулаком меня в грудь, и оно разлетелось на миллион мелких осколков.
Я замираю. Онемевшая. Слезы катятся по моим щекам, - это единственно, что я способна чувствовать.
— Кам…
Я сбрасываю звонок и бросаю телефон об стену. Я слышу, как он разбивается, точно так же, как и мое сердце только что.
Я смотрю в темноту, и новый приток слез стекает по моим щекам, капая на мою ночную рубашку.
Футболка Зевса. Одна из его старых футболок, которую я украла, чтобы спать в ней.
У него был секс с другой женщиной.
Он изменил мне.
 
Зевс. Мой Зевс.
Но он больше не мой.
Крик яростной агонии вырывается из моих легких.
Я срываю его футболку, со своего тела и бросаю ее через всю комнату, мне нужно, чтобы все, что принадлежит ему, было как можно дальше от меня.
Я падаю на кровать, сворачиваюсь в комочек и плачу до тех пор, пока внутри меня не остается слез.
***
Через неделю я вижу в газетах фотографию Зевса с другой женщиной.
***
Через месяц я узнаю, что беременна его ребенком.
Глава 16
— Что ты сделал? — задыхаюсь я, отступая от него.
У этого засранца, по крайней мере, хватает порядочности выглядеть виноватым.
— Я солгал. Я никогда не изменял тебе.
Чувствую себя обессиленной. Я знаю, что должна почувствовать облегчение, но это не так. Все, во что я свято верила последние пять лет – что Зевс изменил мне, что он отказался от Джиджи – все это ложь. И я совершенно не понимаю, что должна сейчас чувствовать.
— Зачем ты это сделал? Почему солгал?
Он вздыхает и проводить рукой по волосам.
— Потому что я знал, что это единственный способ, чтобы ты меня отпустила.
Господи.
Слезы жгут, горло сводит в спазме.
— Ты так сильно хотел избавиться от меня, что солгал, сказав, что переспал с другой, хотя это была ложь? — мои руки охватывают грудь, пытаясь притупить боль.
— Я не хотел от тебя избавляться, Кам. Я считал, что поступаю правильно, в тот момент.
— Обманывать меня это правильно?
— Это было не то, что я планировал. Ты снова заговорила об уходе из Джульярда, и я запаниковал.
— Снова? Это был первый раз, когда я вообще заговорила об уходе из Джульярда!
Он медленно качает головой, не сводя с меня глаз.
— Ты намекала на это месяцами.
Правда?
Мне нравилось учиться там, но Зевса я любила больше. Постоянно находиться вдали от него становилось все труднее и труднее, затмевая мои чувства ко всему остальному.
— Это было тяжело – все время быть вдали от тебя, — произношу свои мысли вслух. — Но я была готова терпеть, пока мы не вернемся к тому, что было раньше. Ты был единственным, кто ушел.
— В этом все и дело. Все не могло быть, как раньше. Наши жизни менялись, и нас тянуло в разные стороны. Я не мог позволить тебе бросить Джульярд ради меня. Не тогда, когда я не мог дать тебе того, что ты заслуживала – всего себя. Из-за постоянных тренировок, боев и строгого режима, в котором я находился, это казалось невозможным. И Марсель всегда зудел из-за тебя. Говорил, что ты отвлекаешь меня. Влезал в мою голову, говоря. Что если я хочу чего-то добиться, то мне нужно сосредоточиться только на одном – боксе. После каждого нашего телефонного разговора, он говорил. Что я не в порядке. Что я отвлекаюсь. И он был прав. Ты помнишь, как я получил это? — он трогает шрам на брови.