Не драконь меня, ведьма! (СИ)

— Разве ты сам мимо хоть раз прошел? – спросила я, заранее зная ответ,— Разве оставил кого-то умирать?
— Нет… — он понурил голову,— я срывал задания, бросал недолеченных, ради спасения других, но никогда не оставлял, если могу помочь… Но Ксана… Тогда все не было так сложно. Я должен защищать тебя. Я не могу допустить, чтобы ты погибла. А значит, я не должен рисковать. Тяжело. Сама суть этого выбора рвет меня на части.
— Мы справимся. Вместе. Со всем. – Максимально уверено сказала я, — только не опекай меня как ребенка, прошу тебя!
— Закрыли тему, — насупился он, — будем решать проблемы по мере их поступления. Одна у нас уже есть, — я засопела, и покосилась на раненную, — не эта, Ксана, — вздохнул он, — попробуй призвать нам транспорт, пожалуйста.
— А это… Я мигом, — засуетилась я, — только я отойду немного, ладно? – робко спросила я, боясь смотреть на заляпанную кровью землю.
— Конечно, — он взял на руки оркиню и отнес подальше, туда, где даже трава не была примята. Я приплелась следом. После увиденного, ноги плохо меня слушались, — пока займусь телами, — снова вздохнул Тим. Я, было, открыла рот возразить, но он продолжил, — знаю, что силу тратить нельзя, она может пригодиться, а работать физически займёт слишком много времени, а в нашей работе это роскошь. А значит, придется пользоваться третьим способом…
Тим сложил убитых в кучу и разделся, трансформировался. Изумрудный… Красивый... Он как-то пощелкал языком и выпустил пламя наружу. Тела полыхнули, как солома от спички. Такое уж оно драконье пламя, в нём горит практически всё. Он стоял и смотрел на кучу пепла. Три десятка секунд понадобилось, чтобы осталась лишь пыль. А ведь еще утром они смеялись, шутили, играли дети, а теперь никто из них уже не вернётся. Никогда...
Я отвернулась в сторону леса. Как же сложно расслабиться и позвать: внутри всё сжалось и стремится наружу. Дети... Детей то за что? Сволочи...
Всё-таки я справилась, смогла отогнать мысли об увиденном, и тонкая струйка силы, извиваясь змейкой, убежала от меня, ища для нас лошадок, чтобы коснуться их сознания и позвать.
— У тебя получилось,— подошел Тим, прихватив сумку шаманки.
— Уверен?— тихо спросила я, снова борясь с дурнотой.
— Да ты умница, — похвалил он меня так, что мне показалось, что я что-то делаю не так. Как наставник поддерживает бестолкового ученика, у которого ничего не получается…
-Подождать немного надо, — слегка виновато сказала я.
— Ты как? – внезапно спросил инспектор.
— Хреново, — честно ответила я.
— Ты неплохо справляешься, — всё тот же наставнический тон,— если это слишком тяжело для тебя, я могу вернуть тебя в Академию, будешь там преподавать...
— Нет, Тим, я никуда не пойду и точка,— возмутилась я.
— Пойми, я не пытаюсь избавиться от тебя, я лишь хочу, чтобы ты была счастлива, и желательно со мной. Я должен защитить тебя,— с виноватым видом попытался он выгнать меня.
— Нет, — я прижала палец к его губам, — послушай меня, пожалуйста, я не откажусь от работы, Тим, кто то же должен отомстить за этих детей! Ты же видел, что они наделали! Я не могу этого так просто оставить. Мы должны найти и отомстить…
— Оксана, работа инспектора совсем не в мести, — резко оборвал он меня, — мы наводим порядок в государствах, заканчиваем войны, но никогда, слышишь, никогда, мы не мстим.
— Всё равно ты не должен оставаться один там, где мы можем быть вместе... Не гони меня, не отталкивай, не надо, прошу тебя… Ведь кто поможет этим, — я бросила взгляд на орчанку, — двуногим, кто защитит их? Кто если не мы?
Глаза мои заблестели. Я в этой жизни наконец-то нашла того с кем мне хорошо. И я не хочу его терять.
Он прижал меня к груди.
— Я всегда буду с тобой, слышишь?— тихо спросил инспектор.
— А я постараюсь быть достойной тебя, — всхлипнув, ответила я.
— Будет трудно, Ксан, очень трудно, и я не знаю, как мы справимся. Я так хочу защитить тебя от всего этого...
Послышался цокот копыт и тихое фырчанье. Две лошадки подошли к нам. Явно армейские. Первая, снежно-белая явно из дорогих, а вторая обычная, служивая.
 
— Какая красивая, — прошептала я, заглядевшись на белогривую. Вторая обиженно ткнулась в меня носом, — ты тоже умница, — погладила я обеих.
— Я осмотрел следы, точно такие же, военные кони. Всадники на лошадях именно с такими подковами устроили расправу над орками. Но куда делись их всадники? – спросил Тим, — Оксана, нам надо направить их туда, откуда они прискакали. Справишься?
— Думаю да,— я коснулась руками каждой лошадки и сосредоточилась. Тим поднял оркиню и перекинул через седло серой (оставив мне понравившуюся блондинку), запрыгнул сам. Я заодно рассмотрела клеймо:
— Роза без шипов. Обычно такой знак выбирают миролюбивые государства. Почему же тогда вырезали орков?
— Вот-вот! Мне нравится ход твоих мыслей! – рассмеялся он.
— Поехали, — сказала я, и, задрав платье, легко запрыгнула в седло.
Лошадки бодро пронеслись по наезженной дороге, и совсем скоро остановились у оврага. Откуда-то снизу доносились голоса. Делать нечего, надо ехать смотреть что там.
Узкая тропа вела по дну небольшой лощины за невысокий холм. Мы спустились и обогнули высотку.
Нашему взору открылась совсем другая картина. Человеческий отряд вырезан, здоровенный орк занёс клинок над последним из раненых людей.
— Стой! — испуганно выкрикнула я. Зеленокожие как один развернулись, и уставились на нас, обнажив свои кривые сабли.
Ну да, могу себе представить… Реки крови, несколько раненых, несколько убитых, люди напали на них и хотели расправиться, но их оказалось больше. Они защищались, как могли. И вот когда они готовы добить последнего нападающего, появляются еще двое. И неизвестно, сколько еще сейчас подтянется. Да еще и девушка их же расы, через седло не настраивает на мирный разговор.
— Спокойно, ребят, нас только двое и мы не собираемся нападать, — Тим поднял руки вверх, и не доставая оружие, спрыгнул с лошади.
— Мы вашу соплеменницу нашли и подлечили, — тихо сказала я, так же опускаясь на землю.
-Мы вас убивать! — предупредил здоровенный орк, — отдать наш!
Тим аккуратно перенес спасенную нами оркиню в их телегу с провизией.
— Что так просто отдать дочь вождь? — удивился зеленокожий.
— Да, — кивнул Тим, — не ради выкупа мы спасали.
— Позвольте помочь раненому человеку?— попросила я,— я не причиню никому из вас среда…
— Ты его лечить, он наших бить! – перебив меня, рыкнул орк.
— Он один, а вас вон сколько, — сказал Тим, — мы не позволим больше пролить кровь тут. Никому, — максимально убедительным тоном сказал инспектор. Лично я поверила.
— Ты нас обмануть хотеть! — сказала седая женщина, явно шаманка.
— Ты тоже ранен, — я кивнула на плечо здоровяка, готовившегося убить последнего выжившего человека, где красовалось здоровенное пятно крови, — позволь я сперва помогу тебе?
Он насторожился и попятился.
— Почему вы воюете? — спросил Тим.
— Мы идти за болото, наша земля высохнуть, есть нет, пить нет, жить хотеть…— грустно сказала старуха.
— А за болотами их земля?— Тим кивнул на раненого человека. Я как раз подошла и занялась ранами. Вынула кусок стрелы, меня снова чуть не стошнило. Запах и вкус крови, словно были на губах…
— Нэт! — сказал седой орк, как ни странно пепельные волосы очень шли к его насыщенному зелёному цвету кожи,— там земля ничей. Тяжело обработать, люди там не жить. Мы идти работать. Говорить с их вождь, он обещать пускать пройти. А сам убивать. Мы защищать.