Между. Эпизод 2 (СИ)

Как только наше дыхание выравнивается, Дэймон отступает от меня и застегивает брюки. Он мягко разворачивает меня к себе лицом и поднимает мой подбородок наверх. Не хочу смотреть на него, отвожу взгляд в сторону, но Дэймон настойчиво просит.
— Детка, посмотри на меня.
— Я не хочу…
— Пожалуйста.
Я не хотя поднимаю глаза. Неужели на его лице сожаление? С чего бы это? Ему стыдно?
— Это было жестоко, Дэймон.
— Я знаю… прости. Но иначе ты бы не поняла. Быть вместе, это значит считаться друг с другом, а не поступать так, как считаешь нужным. Ты поняла?
Слёзы обиды накатываются на глаза.
— Да…
  
Глава 26 (imaging dragons — wrecked)
 
— Ты хочешь сделать меня послушной девочкой? — я опускаюсь на стул, немного морщусь. Между ног ощущаю дискомфорт от грубости Дэймона.
— Нет, совсем наоборот. Мне хочется не твоего послушания, а доверия. Это разные вещи. А впрочем, мы это уже проходили. Ты никогда не сможешь довериться мне по-настоящему.
— Это не так! Я тебе доверяю.
Дэймон вскидывает бровь
— Неужели? Если бы так и было, ты бы не была сейчас здесь и давно поставила бы в известность свое руководство, что собираешься уволиться. Здесь все предельно «просто». А вот где по-настоящему «не просто» — это в твоей голове!
Я опускаю взгляд.
— Может ты и прав. Но дело не только во мне! Сегодня ты предстал для меня в другом свете! Я не думала, что ты можешь быть таким… злым, безжалостным. Я не знаю, чего от тебя ожидать, и именно поэтому я не могу полностью расслабиться и довериться тебе.
— Ты не пробовала.
— Пробовала! — я восклицаю чрезмерно импульсивно. Дэймон хмурится в ответ, — я тебе никогда не врала, в отличии от тебя! Поэтому я имею право сомневаться!
— Я много раз извинялся за это! И кроме того, я тебе тоже не лгал. Мы вкладываем в это слово слишком разные смыслы. Я о многом тебе не говорил, но ведь это не одно и тоже, — Дэймон отворачивается и раздраженно ерошит волосы. Он опирается о ручки кресла и пытается взять себя в руки. Я вижу, как сильно он бесится.
— Что я должен сделать, чтобы ты перестала сомневаться во мне? — неожиданно тихо спрашивает он, — чтобы перестала убегать, проверять и испытывать меня?
Я нервно сглатываю. Мне не хочется вновь вспоминать все то, что было раньше. Я оставила это в прошлом, и сейчас совершенно не настроена тащить все обратно. Его вопрос заставляет меня заглянуть внутрь себя. Но там слишком много всего того, в чем я и сама толком не разобралась.
— Все проблемы у меня в голове, ты прав, Дэймон. Они тянутся шлейфом с детства, и порой сводят меня с ума. Я не понимаю, где нужно провести грань и вовремя остановиться. Стоит мне только слегка все отпустить, как оно возвращается с удвоенной силой. И я начинаю копаться и думать, а правильно ли я поступила?
Дэймон смотрит на меня так, словно я призналась в чем-то ужасном. Его глаза темнеют.
— Ты передумала, ведь так? Ты не хочешь ничего менять в своей жизни?
Я пытаюсь возразить, но Дэймон зло перебивает меня
— Все что я ни сделаю, что ни скажу, всего будет недостаточно. Просто потому, что ты больше не сможешь мне никогда верить. Все так или иначе упирается в доверие. Я его обманул, и назад дороги нет. Вот итог.
— Дэймон, я…
— Нет! — он снова заставляет меня замолчать, на этот раз отпихивая ногой кресло, стоящее перед ним. То отъезжает в сторону и врезается в противоположную стену. Вздрагиваю и отворачиваюсь. Слова Дэймона режут наживую. Мне нестерпимо больно.
— Ты никогда не будешь моей по-настоящему. Я всегда буду думать, что ты в любой момент можешь передумать. И я ничего не смогу с этим поделать. Ты действительно изменилась, Мия, очень сильно. Но я сам тебя такой сделал. Это моя вина, и мне за это расплачиваться. Мне не в чем тебя винить.
Мне хочется прекратить все это немедленно. Я ненавижу, когда Дэймон начинает заниматься самобичеванием. Наши проблемы, это не только его вина. Я с самого начала, с первых минут нашего знакомства была настолько не уверена в себе, что собственноручно породила все свои страхи. А Дэймон лишь укрепил их, когда ушел, и это теперь аукается нам обоим. Судорожно соображаю, что мне сделать, чтобы исправить ситуацию. Я не могу видеть Дэймона таким. — злого, загнанного в угол, на грани отчаянья.
 
Я встаю и делаю нерешительный шаг к нему
— Дэймон. Прошу… Давай поедем домой? Пожалуйста…
— Куда домой, Мия? — Дэймон горько усмехается, не поворачиваясь ко мне, — я хотел бы это сделать больше всего на свете! Уехать к нам домой… Туда, где не будет ничего лишнего, где мы сможем наслаждаться жизнью, а не вечно плыть против течения. Черт возьми, я даже купил нам дом здесь, чтобы ты не чувствовала себя оторванной от этой страны! Что еще тебя держит здесь? Я не понимаю…
Внезапно он резко оглядывается на меня через плечо и зло выпаливает
— Или может это кто-то? Может, я все-таки ошибаюсь, и все куда проще. Пока меня не было, многое произошло. Ты ведь не просто так пришла на тот вечер с ним…
— Ты в своем уме? О ком ты говоришь? — вскрикиваю я, пораженная, насколько круто заносит Дэймона в попытках разобраться в истиной причине нашего недопонимания.
— Ты знаешь о ком я!
Я раздраженно закатываю глаза. Ещё бы! Не трудно догадаться!
— Меня ничего не связывает с Оскаром. Это все полная ерунда.
— Но ведь он такой хороший и всегда находит нужные слова, чтобы утешить тебя. Ведь так? — злобно огрызается Дэймон
— Не надо впутывать сюда Оскара! Он ничего не значит для меня, но когда вы с моей матерью были так заняты выяснением кто из вас больше виноват, он единственный, к кому я могла обратиться, чтобы хоть немного выдохнуть и переждать вашу словесную бурю. Впрочем, не тебе меня осуждать. Ты поступил точно также, когда уехал жаловаться на меня Даниэль!
Дэймон замолкает и некоторое время молчит. Он обдумывает мои слова, я вижу как от напряжения дергается вена на его виске.
— Интересно… так будет при каждой нашей ссоре? — неожиданно спрашивает он. Я с опаской смотрю на него, пытаясь понять, успокоился ли он, или это кратковременная пауза?
— Я могу спросить у тебя тоже самое, — отвечаю очень осторожно, но очевидно, Дэймон больше не намерен продолжать обвинять меня. Упоминание Даниэль поставило точку в этом глупом споре.
Дэймон тяжело вздыхает. Его плечи опадают вниз, он делает шаг ко мне навстречу. Я интуитивно подаюсь назад. Мне очаянно хочется его ласки, но я не знаю чего от него ожидать. Порцию грубости я уже получила. Я устала, и Дэймон тоже. Я вижу это по его поникшей осанке. Он подходит и берет меня за руку, мягко тянет к себе.
— Иди ко мне…
Я вздыхаю с облегчением. Как мне было это необходимо! Не сопротивляюсь ни секунды и проваливаюсь в его теплые объятия. С наслаждением вдыхаю любимый запах. Его кожа пахнет просто восхитительно. Все разорванные сомнениями части меня, встают на свои места. И внезапно, на меня словно обрушивается простое понимание очевидной истины. Мне так хорошо и спокойно с ним. Дэймон — мой жизненный ориентир, и как только я теряю его, то блуждаю в вечных тревогах. К нему нужно идти за спасением, в нем искать успокоения и покоя. Зарываюсь носом в его грудь. Дэймон ласково гладит меня по волосам. Моя крепость. Мой мужчина. Я сильнее прижимаюсь к нему. Словно хочу слиться с ним воедино.
Дэймон порывисто вздыхает. Я чувствую его облегчение. Он понимает, что я испытываю к нему. Он целует меня в макушку и нежно говорит.
— Мия, я не твой отец, и никогда не сделаю того, чего ты так боишься. Я нашел свою единственную… я выиграл джек-пот!
Невольно усмехаюсь, вспоминаю выражение Даниэль.
— Спешу тебя огорчить — тебе достался просто ужасный выигрыш, — пытаюсь шутить.
Дэймон приподнимает мое лицо наверх за подбородок. В его глазах растекается теплый бархат.
— Это я как-нибудь переживу. Главное, чтобы обладатель был достоин его.