Реликт (СИ)

— Двенадцать миль ты и пешком пройдёшь за день, — веско сказал Келд, снова немного надавив на сознание.
Выдре было, что возразить, вот только он предпочёл промолчать. Потом, немного подумав, всё же промямлил:
— Лошадь жалко, пропадёт ведь.
— Цена? — Келд вдруг смягчился.
— Двадцать… Двадцать пять золотых, — за такие деньги он готов был пробежать до убежища бегом.
— Держи, — Келд протянул ему небольшой кошелёк. — А теперь показывай свою лодку.
Выдра напоследок окинул взглядом опустевшую пристань, решил, что его участие здесь больше не требуется, после чего спустился к пристани, обошёл её справа и вытащил на берег небольшую плоскодонную лодку. Лодка эта вполне могла вместить двух человек, имела пару вёсел и неплохо держалась на воде.
За вёсла Келд сел сам, в способность тощего и явно нездорового Выдры быстро грести он не верил. Лодка отчалила от берега и проворно, почти не уклоняясь от курса, стала пересекать реку. Мелькнула мысль, что можно было отправиться и на ней, но лошадь всё-таки показалась надёжнее. К тому же скорость гребного судна против течения будет немногим больше скорости пешехода, а Келд, несмотря на свою огромную силу и выносливость отнюдь не железный, и грести сутками не сможет.
Как только лодка ткнулась носом в прибрежный песок, Келд выскочил на берег и помог Выдре втащить лодку. Тот не просто привязал своё имущество, он с помощью Келда отволок лодку шагов на сорок от берега, где спихнул в неглубокий ров, а уже там привязал к нескольким колышкам, крепко вбитым в землю.
— Где лошадь? — спросил Келд, мелкие задержки начинали его нервировать.
— Вон там, — Выдра указал пальцем на близлежащие кусты. — Под седлом уже, и овса в торбе хватает. Хорошая кобыла, сильная, не пожалеешь. Ты уж, как буря начнётся, схорони её где-нибудь, жалко ведь, погибнет скотина.
— Постараюсь, — заверил Келд, выводя стреноженную лошадь из кустов. Кобыла и правда оказалась крепкой, более того, видно было, что это не упряжная кляча, она приспособлена именно для верховой езды. Сбросив нехитрые пожитки Выдры, он вскочил в седло.
— Торопись, — сказал он на прощание Выдре. — Дорога неблизкая, за двадцать пять золотых придётся побегать.
— И тебе всего хорошего, спрятаться не забудь, — сказал он вслед уже удалявшемуся Келду, а сам, подхватив пожитки, немедленно направился по узкой тропинке. Нужно было спешить, он уже не молод, идти быстро не сможет, а путь и правда неблизкий.
Лошадь оказалась отличной, Выдра старался для себя и приобрёл то, что нужно. Поначалу Келд пытался её щадить, пуская в галоп только на ровных участках, но расстояние между ним и ускользающей целью сокращалось медленно, пришлось кобыле напрячься. Дважды он давал ей короткий отдых, поил водой и задавал овса, благо, запаса в торбе хватило бы не пару дней, а в седельном мешке, который он не стал отдавать Выдре, было ещё на неделю.
Двигаться он старался в непосредственной близости от реки, чтобы не прозевать момент поворота, чувство, что наводило его на портал, не подсказывало верной дороги, нужно было выйти на след беглеца. По идее, покинуть лодку он мог не только на пристани, река изобиловала мелями, так что сойти можно было в любом месте. Не стоило забывать и о ненадёжных попутчиках, Виньер — не тот человек, которого можно легко убить или ограбить, но с каждым случаются неудачи, возможно, его уже нет в живых. Напрягая свои сверхъестественные чувства, он представил человека с фотографии, после чего сделал вывод, что тот жив.
Лошадь скакала до темноты, когда дорогу стало не различить, Келд спешился и пошёл пешком, ведя лошадь за поводья, ему темнота не мешала, спасибо создателю, в темноте он видел не хуже кошки. Сам он устал не меньше, но драгоценное время утекало, придётся выбрать для отдыха другой момент.
Только к утру, снова накормив лошадь, он позволил себе поспать пару часов и поесть вяленого мяса и сухарей из вещевого мешка. А с первыми лучами солнца вскочил и продолжил погоню.
Через три часа (часов он не имел, но отличался отличным чувством времени) в ноздри ударил запах крови. Что-то случилось, кровь не просто так пролилась, кого-то убили. Несмотря на то, что время поджимало, он не поленился и завернул коня к берегу. Здесь тоже располагалась пристань, у которой стоял одинокий корабль. Его должны были загнать в какой-то док, или хоть как-то зафиксировать, чтобы не разбило, но отчего-то это не сделали. Неподалёку располагался посёлок, но людей там, как и следовало ожидать, он не увидел.
 
Быстро осмотрел корабль, в голове вырисовывались подробности схватки. Вот здесь был Виньер. Вот он сцепился с кем-то, этот кто-то был очень тяжёлым и сильным, но его это не спасло. Кровь, ещё относительно свежая, впиталась в доски палубы. Не только кровь, но и частицы мяса, дерьма и кишок. Нападавшему просто вспороли брюхо. Ещё двое умерли здесь, крови тоже много, возможно, Виньер отработал шпагой. Двоих убил на расстоянии, говорили, что у него есть многозарядный пистолет. Два выстрела, крови совсем немного, калибр небольшой. А вот мозги, попал в голову. В него тоже стреляли, но не попали, вот свежая отметина от мушкетной пули.
Что отсюда следует? Виньер сцепился с речниками, кого-то убил, но поле боя осталось за ними. Они пригнали корабль сюда, а он высадился где-то раньше. Пришлось немедленно покинуть корабль, развернуть лошадь и двигаться назад. Попутно он отметил, что из деревни, совсем недавно, возможно, всего пару часов назад, отъехал конный отряд. Погоня? Нашли время для сведения счётов.
Следы беглеца нашлись, да такие, словно он нарочно оставлял свой автограф. Развёл большой костёр и спал, спал долго. И это в относительной близости от поселения людей, желающих его убить. Нет, понятно, что ему следовало отдохнуть, но офицер разведки, тем более, воевавший, так подставиться просто не мог, впору было поверить, что погоня пропала впустую, а здесь ночевал другой человек. Только отпечатки обуви убедили Келда, что следы те же самые.
Полдня уже потеряны, да и лошадь измучена до крайности. Сможет он догнать беглеца до прохода? Вряд ли, впрочем, можно было и продолжить погоню прямо за переходом. Лошадь, повинуясь мысленной команде (Келд почти не правил поводьями, предпочитая мысленное общение с животным), отправилась по следам. Скоро эти следы смешались со следами конных, потом те разделились на несколько групп, потом снова стали собираться, видимо, наткнулись на добычу и погнались следом, загоняя беглеца в нужный угол.
Дальнейшие поиски были прерваны, собственно, и смысла в них было немного, можно было направиться прямо к проходу и ждать там, да только велика была вероятность, что Виньера эти люди убьют, а тогда ему следует только зафиксировать факт смерти и отправляться за наградой.
В зарослях, на расстоянии сотни шагов от него, раздался пронзительный женский крик. Надо же, отвлёкся на основную задачу и не заметил, что там кто-то есть. Непорядок. Некоторое время он размышлял, стоит ли проверить, в итоге решил, что стоит.
Повернув коня, он подъехал ближе и спешился, рассматривая открывшуюся картину. Бедно одетая крестьянская девка, совсем молодая, лет, наверное, четырнадцати. А с ней два здоровенных мужика, оба при оружии и с откровенно разбойничьими физиономиями, которые занимались понятным делом. Раскладывали её для правильного использования. Подол длинной рубахи был задран, открывая тонкие белые ноги, которые один из насильников удерживал за щиколотки и растягивал в стороны. Второй удерживал руки и голову. Ситуация была ясна, в последние дни, пользуясь отсутствием людей, эти двое решили покуражиться, справедливо рассчитывая, что буря уничтожит все следы. Если, конечно, девка не останется в живых, в чём Келд сильно сомневался.
 
Можно было развернуться и уйти, тем более что задача его требовала спешки. Но… Келд не любил насильников. Просто не любил, почти так же, как и работорговцев. Да и жалость к людям иногда стучалась в его давно зачерствевшее сердце.
Первый насильник был бесцеремонно поднят за воротник, две сильные руки обхватили его голову и повернули её туда, куда она обычно не поворачивается. Хрустнули позвонки, после чего безвольно обмякшее тело было заброшено в кусты. Второй оказался резвым, успел вскочить на ноги и даже вынул из ножен короткий кинжал. Схватка завершилась в пару мгновений. Насильник сделал выпад кинжалом, который ушёл в пустоту, хотя только что там стояла фигура страшного человека в тёмном плаще, а потом и сам он полетел следом за рукой, но в полёте встретился с рукой Келда, которая врезалась ребром ладони ему в кадык, вминая его до позвоночника. Некоторое время он ещё корчился на земле, но скоро затих с посиневшим от удушья лицом.