Век стали и пара (СИ)

— Да я тебя… — Мужик в открывшемся опять окошке увидев перед собой ствол подавился заготовленными ругательствами и замолчал.
— Дернешься — пристрелю, усек?
— Ты хоть представляешь, чье это заведение, урюк? — Поняв, что прямо в эту же секунду его убивать не будут тут же включил быка привратник, — кто здесь крыша, и что с тобой сделают, когда поймают.
— Дебил, — тяжело вздохнул Найден. — Я не собираюсь вас грабить, говорю — Рыжего позови, знакомый к нему пришел.
Виктор демонстративно убрал барабанник и с щелчком снял курок с боевого взвода.
— Ладно, подожди, — видимо такая мирная демонстрация силы произвела на человека по ту строну двери впечатление.
Окошко вновь захлопнулось, и Найден остался в переулке один. Впрочем, очень долго ждать действительно не пришлось, минут через пять дверь открылась и на пороге показался явно только что проснувшийся сутенер. Судя по кислому выражению лица, полицейского он был видеть не слишком рад.
— Паршиво выглядишь, — окинув взглядом Виктора, поприветствовал его Рыжий.
— Чувствую себя примерно так же. Нужно выспаться и переодеться, — не обращая внимания не возмущенные возгласы сутенера полицейский двинул внутрь клуба.
— У меня тут не гостиница и не прачечная, — скривился Рыжий, но тем не мнее посторонился, пропуская мимо себя давнего знакомого. — Что с тобой случилось, выглядишь так, как будто тебя долго и со знанием дела били.
— Жизненные коллизии, — рассказывать о том, что у него в жизни происходит, Найдену не хотелось совершенно. Тем более здесь и тем более этим людям. — Разные.
— Я думал, жизненные коллизии — это по нашей части, а у вас в полиции все более-менее стабильно.
— Именно что более или менее.
— Так, никуда не садись и ни к чему не прикасайся, — полицейского провели в комнату, главной достопримечательностью которой был огромный траходром посередине, не оставляющий сомнений в основном ее назначении. Впрочем, странно было бы обнаружить тут какую-нибудь библиотеку. В борделе-то. — Скидывай шмотки, я сейчас пришлю девочек, они заберут, что можно будет — отстирают, остальное выбросят. Заплатишь им сам — такие услуги у нас проходят по особому тарифу. Душ там. Бухло? Развлечься?
— Нет, — качнул головой полицейский и принялся расстегивать пальто, ожидая что Рыжий сейчас выйдет из комнаты, однако уходить сутенер не торопился. — Ты хочешь посмотреть, как я раздеваюсь? Боюсь до местных девочек я в этом деле не дотягиваю.
Собеседник, однако, шутливого тона не принял. Вместо этого он оглянулся и убедившись, что они в комнате одни, подошел практически вплотную. Ткнул пальцем в грудь полицейского и зашипел в полголоса.
— Найден, твою мать, в какую херню ты меня втравил. Тот парень, помнишь ты меня просил поспрашивать насчет случая в парке, так вот его пару дней назад нашли с перерезанным горлом. Что за херня, все вокруг знают, что я задавал вопросы. А у нас вопросы задавать не принято, тем более такие. А я — задавал. И теперь на меня будут коситься. Это если за мной тоже не придут люди, убирающие всяких свидетелей и просто любопытных. Что за блудняк? Это же политика, да, политика? Сука! Только бы не политика! Ты же обещал, что это говно меня не затронет, так друзья не поступают! — Было видно, что сутенер действительно боится. Один раз уже едва не угодив в петлю, рыжий теперь к здоровью своей тушки начал относиться куда более внимательно. Местами даже трепетно.
— Все будет хорошо, не мандражируй, — Найден пожал плечами, и выставил перед собой ладони в защитном жесте, — иногда свидетелей убивают, это случается, к сожалению. Кто-то что-то слышал, сболтнул лишнего, информация утекла кому не нужно. Не приятно, но не смертельно.
Меньше всего Виктору хотелось сейчас успокаивать взволнованного сутенера, но, учитывая сложившуюся ситуацию, и просто отмахнуться от него он не мог.
— Для тебя может и не смертельно… — Сморщился Рыжий, кажется, в этот момент растерявший всю свою природную веселость
— Ну да, — согласился полицейский. — Глупость сморозил. Но тебе ничего не угрожает с этой стороны, я тебе гарантирую. А вот если ты сейчас не уйдешь и не дашь мне наконец принять душ, то я за себя не ручаюсь.
 
На этот выпад сутенер ничего не ответил, только покачал головой и вышел из комнаты, оставив Найдена одного.
Бывший принц наконец смог не торопясь раздеться, отстегнуть протез, после чего прихрамывая и потирая ушибы ушел мыться. В процессе к нему заглянула одна из местных девушек с предложением потереть спинку, и может в ином случае Виктор бы даже не отказался, но сегодня у него на дополнительные развлечения уже просто не было сил.
Домывшись, он завернулся в халат и переместился на кровать. Тут его уже ждал столик на колесиках с не хитрым, явно на скорую руку — хлеб, колбаса и сыр в нарезке, какой-то явно вчерашний и уже немного пожухлый салат, бутылка пива, полплитки шоколада, пара яблок и почему-то апельсинов — собранным ужином. Вернее, уже скорее — часы к этому моменту уверенно показывали половину шестого утра — завтрака.
— Господин Зайберг попросил вас не выходить в коридор, а поесть здесь, — прокомментировала уже другая девочка такой сервис.
— Зайберг? — Не сразу понял Найден. — Рыжий что ль? Да, хорошо, передай своему боссу благодарность. А это тебе.
Полицейский вытащил из бумажника — личные вещи включая пару барабаннков, которые Виктор сложил на прикроватной тумбочке никто без него не тронул, тут за подобное могли и пулю в лоб пустить, поэтому обслуга глупостями не занималась — пару купюр по десять талеров и протянул девочке.
— Спасибо, — куда более искренне чем раньше улыбнулась та. — Может что-то еще?
— Нет, ничего не нужно, — вновь оставшись в одиночестве, Виктор не торопясь соорудил себе большой бутер, употребил его под пиво, закусил все это дело неожиданно хорошо зашедшим темным шоколадом, после чего опрокинулся на кровать и тут же провалился в сон. Как отрезало.
Его опять вели сквозь толпу. Ненавистный сон вновь пришел после тяжелого дня, и даже тут его ноги едва-едва плелись от усталости. Настолько что, раздраженный неторопливостью «клиента» стражник не постеснялся подтолкнуть его в спину. А потом у вовсе отвесил смачную оплеуху по лицу.
— «Это что-то новенькое», — успела промелькнуть в голове полицейского странная мысль на границе сна с явью, прежде чем громкий оклик снаружи не дал понять мозгу, что вокруг твориться что-то совсем нездоровое.
— А ну вставай, сука! — Найден открыл глаза чтобы как раз увидеть, что ему по лицу прилетает еще одна плюха. — Руки, сука! Руки держи на виду!
Попытка полицейского сунуть руку под подушку, куда он на всякий случай положил один из пистолетов, была пресечена самым жестоким образом — пинком по ребрам. От боли Виктор скрючился, но все же попытался подсечь придурка, залезшего с ногами на траходром. Получилось так себе.
Неизвестный потерял равновесие и упал на колени вперед, приземлившись всем весом на уже задолбавшегося получать тумаки бывшего принца.
— Сука, пристрелю. Дернешься — выпущу мозги нахрен. Понял, нет? — Найден почувствовал, как к виску прислонили что-то твердое и холодное. Явно металлическое.
Ничем кроме дула пистолета это быть не могло, поэтому Найден — разумно предположив, что раз сразу не пристрелили спящим, то может и потом вывернуться получится — перестал сопротивляться и послушно поднял руки — одну руку — вверх.
— Сдаюсь, только не бейте, я все понял, не сопротивляюсь.
Последнее, что видел бывший принц, пока его вели по коридорам борделя до того, как сунуть в нутро ждущего на улице паромобиля — это мелькнувшее ехидное лицо Рыжего, которое недвусмысленно намекало на то, кто виноват в этой побудке.
— Вот же сука, — пробормотал Найден, его усадили между двумя бугаями, у которых в руках недвусмысленно поблескивали металлом барабаники. — Нужно было тогда его не спасать, пусть бы повесили тварь продажную.
— Заткнись, — сидящий справа бугай совершенно бесстрастно ткнул полицейского локтем под ребра, выбивая все желание поговорить. — Поехали!