Революция демонолога (СИ)

— Чтобы ты знал, он стал таким же, как и ты. Только если ты представляешь собой хоть и достаточно хаотичную, но все же созидательную силу, то Максимус — само разрушение.
— Чем он тебе насолил?
— Он уничтожает магию, Кирилл, — ответила она, подходя к столу.
Выкрутив пробку, богиня плеснула в бокалы и, не дожидаясь моей реакции, осушила один.
— Это возможно? — спросил я, вскинув бровь.
— Как оказалось — возможно. Скоро об этом узнают все — твой дружок, Хэммет, почти добрался до цивилизованных земель. А там Аркейн постарается воспользоваться этой новостью, чтобы сплотить сторонников под своим стягом. Начнется большая война, Кирилл.
— Война никогда не меняется, — поморщился я. — И не прекращается. Какой смысл Аркейну спасать мир, который от него отрекся? Твой орден успешно продвигается по Аронии, так чего ради мне напрягаться?
— Ты меня не услышал, — покачала головой богиня. — Если уничтожить меня, уничтожить магию, и ты, и твоя замечательная жена, и демоны, и архонты, и все прочие — просто исчезнут. Сколько живет чародей с выжженным даром? А ведь именно это и произойдет со всеми, в ком течет кровь магов, Кирилл, если эфира не станет.
— Тогда и Хибы не будет, он же просто паразит, и не способен существовать без тебя, — возразил я.
— Ты рассуждаешь так, будто существует какой-то разум, управляющий культом, но это не так, — сказала она. — Хиба — это язва, бездонная яма. У него нет никаких стремлений, кроме одного — жрать. И он не насытится, Кирилл, и не остановится.
— Предлагаешь мне вмешаться в это дело, чтобы защитить семью? — спросил я, постукивая тростью по полу. — Но у тебя полно куда лучше подготовленных последователей, так почему это опять должен быть я? Потому что, как ты меня назвала, твой апостол? Но я не выбирал им быть.
Она рассмеялась в ответ.
— Почему ты думаешь, что у тебя есть какой-то выбор? — спросила богиня. — Предпочтешь умереть вместе со всеми магическими существами? Если Хиба продолжит уничтожать эфир, мир лишится всего, что в нем связано с магией. Ты помнишь, что случилось в Катценауге — то же самое ждет весь Эделлон, если Максимуса не остановить!
— Что-то мне подсказывает, что вряд ли наследник хочет, чтобы весь мир обратился в прах. А значит, с ним можно вести диалог, — пожал плечами я. — Ты не пробовала, например, поговорить?
— Он полностью закрыт для меня, — призналась Мархана. — Я не вижу его, не чувствую. Я никак не могу его найти. Сила, которую создал Хиба, извратив свое человеческое начало, маскирует Максимуса под пустое место. Я ощущаю его только в тот момент, когда он поглощает эфир.
— И как я, по-твоему, должен его искать? — развел руками я. — Не говоря уже о том, что в мои планы никак не входило мотаться по свету.
— Одержимым ты нравился мне больше, — заявила богиня.
— Да, я тоже заметил, как легко мне давались жестокие решения, — кивнул я в ответ. — Но это не меняет дела. Если даже богиня не способна найти человека, куда уж какому-то демонологу?
— Ты придумаешь, как добиться своего, Кирилл, — уверенно заявила она. — В конце концов, у тебя есть связи среди людей.
— У тебя их больше, — возразил я, откинувшись на спинку кресла.
— И я предупрежу их, чтобы они оказали тебе всю возможную поддержку, — кивнула та.
— У меня есть право отказаться.
— Кирилл, если его не остановить, — закатив глаза, произнесла она, — Максимус уничтожит мир! Ему даже ничего делать для этого не нужно, хватит одного существования. Ты понимаешь, что это значит?
Я промолчал, и она тяжело вздохнула.
— Чего ты хочешь за это? — устало произнесла богиня, когда пауза затянулась.
— А что ты можешь мне предложить? — взяв со стола чистые листы, спросил я, переворачивая бумагу.
Фактура ощущалась иначе, чем в реальности. Интересно, почему имитация такая ненатуральная? Мархана не знает, какой она должна быть на ощупь?
— Я уже дала тебе все, что могла. Единственное, что еще ты можешь получить — власть в моем ордене, — ворчливо проговорила Мархана. — Но тебе ведь этого не нужно?
 
— Власть мне точно ни к чему, — кивнул я. — А вот ресурсы пригодятся, у меня, знаешь ли, большие планы.
— Я дала тебе склады Аркейна! — возмущенно воскликнула она.
— И я уже чуть не погиб, пытаясь их опустошить, — кивнул в ответ ей. — Так что нет, больше я так опрометчиво поступать не намерен.
— Хорошо, я распоряжусь, чтобы тебе помогли, — обреченно выдохнула Мархана. — Саломея с радостью протянет руку помощи своему ученику…
На этом сон прервался, и я раскрыл глаза, уставившись в потолок спальни. Несмотря на вроде бы успешно прошедшие переговоры, я не чувствовал себя победителем. Вся моя работа завязана на магию, и даже в отдаленных планах по созданию чародеев из простонародья, эфир занимал главенствующее место.
— Киррэл? — сонно позвала Дия, взяв меня за руку. — Что-то случилось?
— Спи, все хорошо, — поцеловал я жену и, приобняв ее, дождался, пока супруга заснет.
А там и сам последовал ее примеру.
* * *
Гласшор, северо-восточное баронство Крэланда .
Поднятые магией скелеты развалились в пыль, не оставив после себя и следа. Взявшие штурмом поместье бойцы хлынули в дом, бесцеремонно снимая картины со стен, выискивая тайники и выгребая содержимое полок и ящиков. Все бумаги собирались в сумки, чтобы потом провести подробный разбор.
Захват прошел гладко, и вновь благодаря поддержке некромантки — без жертв с ее стороны. Войско Гироштайна играючи вскрыло немногочисленную оборону, перерезав тех, кто оказывал сопротивление, и связывая сдавшихся в плен. Война с предателями подходила к концу, но сами владельцы взятых с боем поместий отсутствовали на своей земле.
Салэм ехала верхом на дредхорсте, не глядя по сторонам. Впереди высился аккуратный каменный дом в три этажа, окруженный мощной стеной. Ворота поместья были выбиты и лежали на земле внутреннего двора. Солдаты Крэланда бродили по территории, деловито растаскивая трупы павших защитников. С погибших снимали все — одежду, драгоценности, артефакты. Обнаженные тела растаскивались по углам внутреннего двора, чтобы позднее придать их огню.
Рядом с графиней ехал королевский дознаватель. В отличие от хозяйки Гироштайна, он внимательно осматривался, подмечая одному ему ведомые детали. Захват поместья вышел стремительным, но лишь из-за того, что барон отсутствовал.
— Поможете, магистр? — обернувшись к Саломее, спросил Итан.
Та молча кивнула, поднимая голову к небу. Тучи сгущались, вдалеке уже сверкали молнии, но грома слышно пока не было. Погода портилась, знаменуя начало сезона осенних дождей.
— Пусть мне подготовят чистое место, — распорядилась Салэм, подъезжая на дредхорсте прямо к крыльцу. — И не мешают.
— Как прикажете, ваше сиятельство, — отозвался Верд и тут же приказал попавшемуся на глаза бойцу: — Ты. Следуй за графиней.
Некромантка прошла через гостиную, не обращая внимания на лежащего за длинным мягким диваном труп воина. Ее взгляд скользнул по зеркалу, висящему на стене, и на мгновение графине почудилось, будто оттуда кто-то смотрит в ответ, но ощущение тут же прошло.
Двигаясь по особняку, бывшая искоренительница сохраняла молчание, просто ходя из одной комнаты в другую. Ощущение недавней насильственной смерти, казалось, следовало за ней по пятам — обычное дело для мага Смерти.
— Здесь подойдет, — решила она и указала рукой сопровождающему ее воину на комнату в розовой драпировке.
— Сейчас расчистим, — отозвался тот.
А пока из девичьей комнаты выносили мебель, Салэм стояла в коридоре, прислонившись к стене спиной, и размышляла.
Орден действовал по большей части самостоятельно. После зачистки анклавов основные силы были брошены в Аронию и на границы Крэланда. Но противостояние между Марханой и Аркейном только набирало обороты. Нынешний период — только начало зарождающегося конфликта.
— Готово, ваше сиятельство, — отчитался воин, и некромантка кивнула ему, после чего вошла в опустошенную комнату.