Я жив (СИ)

— Как там дела? Всё заработало?
Маркус недовольно покачал головой.
— Здесь всё чисто.
— Чисто? Это же хорошо или нет?
— Это значит дело в другом. Твоя мать! — выругался он, хлопнув кулаком по кнопкам. — Нужно подниматься выше, к антенне.
— Зачем? — не понял Джон, подходя ближе.
— Это последняя надежда, иначе, как я говорил, будем кататься по всему городу, приводя в порядок вышки радиосвязи.
— Чур не я, — повторил он свою шутку. — Подниматься нужно слишком высоко?
— На самый вверх, — честно ответил Маркус.
От масштабов, Джон присвистнул, припоминая высоту этой вышки.
— Может здесь есть лифт?
— Если и есть, то вряд ли работает и к антенне лифта нет. Придется подниматься самостоятельно.
— Ты же шутишь? — усмехнулся он, но при виде серьёзного как никогда лица Маркуса, улыбка слетела с губ. — Видал тех парней на асфальте? Не хотелось бы разбиться как они.
— Другого выхода нет.
— Нет? Сваливаем отсюда и держимся от Джека подальше, вот и всё!
Но Маркус оставался непреклонным в своём решении.
— Хочешь идти, иди и сторожи машину. Я полезу наверх и…
— Манипулируешь мной, да? Думаешь я трус какой-то, стоящий всегда?
— Нет, думаю ты прав и нам не нужно подниматься вдвоем. Если я упаду, ты поедешь к «Новус» без меня, — без шуток продолжал Маркус, напирая вперёд. Холодная решимость, отразившаяся на нём, разбудила дремавшую злость в Джоне.
— Ой да пошёл ты. Я полезу.
— Чего?
— Того. К антенне полезу я, а ты, как хороший мальчик, пойдешь к машине и будешь ждать меня там.
— Джон…
— Я на полном серьёзе. Ты же главный у своих, забыл? Тебе помирать нельзя, на меня то всем плевать.
— Это не так, — горячо возразил тот, сложив руки на груди.
— Так, всё равно. Ты спас мне жизнь там на арене, помнишь? Моя очередь геройствовать, так что лезу я! Я и легче тебя, и… — Аргументы у него закончились, но сдаваться Джон не намерен. — Просто скажи, что делать, и я иду. Будешь против, стукну битой по ногам парочку раз. С поломаными щиколотками далеко не заберёшься.
******
Он преодолел метров шестьдесят с лишним.
Чёрт возьми, как же было холодно! Маркус предупредил, что ветер на высоте просто сумасшедший, но как на зло поднялся настоящий шторм, мелкие капли дождя обжигали, Джону казалось, что на него падает мелкое стекло, а не простая вода. Он не мог смотреть вверх, наугад продолжая карабкаться и цепляться за мокрые перекладины, по которым он поднимался. Маркус хотел переждать такую погоду, но Джон отказался. Он был не уверен, что его храбрости хватит на потом. Ну вот во что он ввязался?
По их подсчетам, Джон должен был залезть туда и спуститься обратно за час, но у него создалось ощущение что он просто висит в воздухе уже целый день и как бы он не старался и не карабкался, расстояние между ним и антенной не сокращалось ни на дюйм.
Осталось ещё примерно пятьдесят.
«Лезешь наверх, прям под спутниковой тарелкой должен быть небольшой металлический ящик или шкафчик. Открываешь и ставишь этот передатчик взамен старого, ты поймешь если это сработает» — крутил Джон в своей голове наставление Маркуса.
Сорок метров.
Один раз он посмотрел вниз, и его голова тут же закружилась от такой высоты. Он увидел мелкую фигуру капитана, нервно шагающего из стороны в сторону возле машины. Маркус так же боялся смотреть наверх, но долгими минутами не моргая не спускал взгляда с черной фигуры, которая как паук ползает по своей паутине, медленно пробирался на верх, осторожно ступая на всё новые и новые перекладины. Джон так же заметил недалеко от них толпу дохляков, топтавшихся на одном месте. А дождь всё не прекращался, благо и не усиливался. Успокаивала мысль, спускаться будет легче. Маркус дал ему надежду, что наверху возможно есть складная лестница, которая упростит его задачу.
Тридцать.
Пальцы окоченели от холода и с трудом цеплялись за балки. Зубы стучали друг об друга и Джону казалось, что этот треск слышно с самой земли. Главное не потерять сознание, как тогда на поле арены. Будет совсем не классно и очень больно. Но он упрямо продолжал ползти, не обращая внимания на стук сердца в ушах, приглушающий гулкое ветрище, и на колющее ощущение в ребрах.
 
Джон поднял голову, прикинув сколько ещё осталось.
Примерно пятнадцать метров.
Ерунда по сравнению с тем, что уже осталось позади. Как же высоко, не могли сделать вышку поменьше на такие вот случаи? Маленьким, он ползал по деревьям, когда их приют вывозили на природу. Единственные приятные воспоминания из детства. Сначала он просто пробирался в местный сад, забирался на хрупкие яблони и воровал заветные плоды. Он любил яблоки, а в приюте их не слишком баловали фруктами. Потом десятилетний Джон сбегал за пределы их «базы отдыха», глубоко в леса и ползал там. Это было так давно, но скалолазные навыки остались при нём.
Последний рывок, Джон зацепился за небольшой выступ, сделанный для работников, забирающихся сюда. Из-за всех сил зажмурился, подтянулся и он оказался у цели.
Он долго приходил в себя, часто дыша и старался не смотреть вниз. Руки крепко вцепились в первую попавшуюся железку и не отпускали пока он наконец не встал на ноги, шатаясь при каждом дуновении ветра. Джон заметил тот самый серый ящик, о котором говорил Маркус. Подступиться к нему на деле было тяжелее, чем на словах. Опора была совсем узкой.
Джон никогда не молился. И после это вируса становилось сложнее верить в бога, когда мертвые стали возвращать к живым. Но сейчас, он как никогда близок к небу, может его и услышат. «Пожалуйста, не дай мне разбиться». Медленно он пробрался к ящику, на ходу нащупав в кармане новый передатчик. Его дверца была приоткрыта. С удивлением Джон заглянул внутрь и облегченно выдохнул. Тут не было столько кнопок, как в пункте управления, это радовало. Пара переключателей, потухшая лампочках и старый передатчик (он отличался от того, который дал ему Маркус, Джон засомневался поможет ли это им вообще), воткнутый внутрь как батарейка в пульте от телевизора. Долго думать не стал. Он вытащил старый передатчик, наспех сунув тот в карман, и поставил свой.
Сначала ничего не происходило. Глаза Маркуса начинали слезиться от напора воздуха, со злости он ударил по крышке ящика, как вдруг единственная лампочка внутри загорелась тусклым желтым светом и с каждым мгновеньем она становилась всё ярче. Получилось?
«Ты поймёшь, если это сработает» — промелькнули в голове слова Маркуса.
Джон и не замечал, в каком напряжении всё это время находилось его тело. Испустив радостный вдох, он принялся искать глазами лестницу, но наткнулся на нечто иное. Джон нахмурился, придвинувшись ближе к своей находке. С противоположной стороны от места откуда он залез, висело что-то чёрное, пугающе развивавшееся на ветру.
Но опасения были напрасны, это всего лишь чей-то рюкзак. Мужчина насупился сильнее, осторожно присев и поймав в руки болтающуюся сумку, стараясь и самому не полететь вниз. Легкая, как не слетела под таким ветром? Может она принадлежала кому-то из тех лежачих парней внизу? Порывшись внутри он извлек единственный предмет что там был. Рация. Не похожая на ту, что была у Маркуса. Эта совсем новенькая, больше по размеру, мелкий экран целенький и без единой царапины или потертости.
Оглянувшись вниз, Джон не увидел Маркуса на своем месте, видимо он всё-таки решил в одиночку сходить обратно к центру управления. А ведь Джон просил дождаться его!
Черные глаза снова сузились на средстве связи. Он плохо понимал, как такие штуки работают. Тыканье по всем кнопкам ни привело ни к какому результату. Может передатчик не сработал? Джон уже убирал её обратно в рюкзак, как рация ожила сама. И не было того противного шума помех как прежде, Джону казалось он слышит голос. Тихий, но настойчивый.
Он стал тыкать на кнопки по новой, стараясь увеличить громкость и у него это получилось.
— Бета, вы меня слышите, ответьте! Бета, повторяю, если слышите наш сигнал, то немедленно (неразборчиво)! В объекте «Новус» замечено движение, повторяю в объекте «Новус» кто-то есть… (неразборчиво).