Я жив (СИ)

— Если ничего не сделаем сейчас, до школы не дотянет.
— Твою ж мать.
— Нужно тащить его в больницу и думать, что делать там, — заключил пехотинец. Ева тут же кивнула, соглашаясь. Итан, как и всегда, будет идти за свои капитаном, только Шут ломался, смотря то на Томаса, то на Маркуса.
— Ладно, черт с вами. Этот рыжик мне нравится, жаль будет терять ещё одного бойца.
Так и направились к больнице.
Начинало темнеть, посторонних звуков, от которых волосы вставали дыбом, появлялось всё больше. Ева была наготове, вооружившись. Но пальцы дрожали, выдавая весь её настрой. При виде кусачего, бегущего на них, она задерживала выстрел, в итоге стрелял Итан, шедший впереди всех. Маркус не смотрел на неё, поддерживая Тома, но её воображение рисовало осужденный взгляд, сверливший ей спину.
Вскоре на горизонте показалось огромное белое здание. Ева сразу его узнала, не раз бывавшая здесь в качестве пациентки. Она была не самой удачной девушкой, то на лестнице поскользнётся, то просто возьмет упадет на ровном месте, разбивая колени. Года два назад она открывала шкафчик кухни, дверца разукрасила её нос. В тот раз, придя в больницу уже в третий раз за месяц, одна из медсестер решила, что муж её бьет и втайне от девушки вызвала полицию. Какого же было её удивление, когда к ней приехал её супруг. Тогда она посмеялась над удивленным мужчиной и не менее шокированной медсестрой. Но с тех пор в их доме не было ни одной дверцы.
Ева улыбнулась воспоминанию. Может на обратном пути они пойдут мимо её дома? Она бы очень этого хотела.
— Закрыто! — оповестил их Итан, добежавший до огромных призрачных дверей. — Механизм автоматический, только изнутри можно отпереть.
— Где-то должна быть ещё дверь, — уверенно предположила девушка, подходя ближе. — Запасные выходы или что-то вроде того.
— Нужно обойти.
Компания медленно пошла в обход, Томас и вовсе не помогал делу, проснувшись и начав лягать тащивших его друзей.
— Да успокойся ты! — вскрикнул Шут. Его возглас привлек внимание трех кусак, те медленно повернули в их стороны свои разлагающиеся головы. Томас пнул его сильнее.
— Отпустите! Дайте выйти, пожалуйста! — кричал он.
— Итин, помогай, вдвоем не удержим! — уже подал голос Маркус, который из последних сил держал брыкающегося Тома. Шут отлетел в стену, ударившись и грязно выругавшись. Терпение всех заканчивалось. — Ева, прикрываешь!
«Я?»
Удивиться вслух она не успела. Двое кусак шагало в их сторону, робот бежал помогать сворачивать раненого. Ева заметила, что тот ведет себя как умалишенный, тянув руки то в сторону его державших, то хватая свои рыжие короткие волосы, работал ногтями, травмируя кожу.
Оторвав взгляд от борьбы, Ева прицелилась в кусак. Руки дрожали, прицел то и дело сбивался. Задержав дыхание, она нажала на курок. В голову не попала, но хорошо задела шею, один мертвец повалился на землю, что-то шипя. Такая же участь постигла и второго. Может не убила, но задержала точно. Губы Евы сами собой растянулись в усмешке, адреналин бил по венам. Глазами она начала искать следующую цель, но теплые руки потянули её на себя. Маркус тащил её в невиданном ей направлении, Ева не могла оторвать взгляда от кусак, которых она подстрелила. Дождь полил с новой силой, застилая водой глаза. Мгновенья и всё прекратилось, а вокруг наступила тишина, прерванная стонами Томаса.
Они нашли другой вход. Ева обернулась к двери, которую уже баррикадировали Шут и Итан, раненого они не очень аккуратно бросили на пол, но тому было плевать. Маркус продолжал держать Еву за плечи, голубые глаза внимательно её обследовали.
— Что? — спросила она, отодвигаясь.
— Ничего.
— Жжет, — промычал тихо Томас, глаз его были закрыты.
— Ой заткнись ты, — шикнул Шут, под его правым глазом красовался свежий синяк. Еве даже стало жаль мужчину, вечно получавшего при попытках помочь. — Что дальше?
— Найдем безопасное место. — ответил Маркус. — Палату или кабинет.
— Это то понятно, а потом?
— Нужны обезболивающие, — тоже вставила своё Ева. Она сочувственно взглянула на лежачего. Ей то не прилетало, чувство переживания в ней ещё есть. — Получше тех, что ты принес из аптеки.
 
— Вряд ли он сможет что-либо выпить сейчас.
— Рабочая капельница поможет, — выпалил задумчиво Шут.
— Мы с Итаном тащим Тома в безопасное место, а вы вдвоем идете и ищете необходимое. Шут, кажется ты что-то в этом понимаешь. — Тот всё ещё был недовольным происходящим, но кивнул. — Свяжемся по рации, скажем где мы.
Еве такая идея не очень нравилась. В прошлый раз, когда они разделились, один погиб. Но делать было нечего, она и Шут пошли в одну сторону, пехотинец с роботом в другую. Опять темнота и неприятный запах. Ничего не менялось.
— Откуда ты знаешь про все эти лекарства, которые могут помочь? — нарушила тишину Ева, любопытно уставившись на друга. Шут отвечать не спешил, казалось прошли долгие минуты, прежде чем тот сказал:
— Подрабатывал на скорой когда-то. Кое-что в голове осталось, — как само собой разумеющиеся пожал он плечами.
— Ты мало распространяешься о своем прошлом, — закусила губу девушка. — Почему?
— Нет в моем прошлом ничего интересного.
— Работа на скорую помощь, это очень важно, — возразила та, серые глаза пораженного посмотрели на друга. Как это может быть не важно? — Хороший стрелок, понимающий в медецине. Ты вообще кто такой?
— Свои знания я использую, где нужно. Не вижу смысла говорить об этом на каждом углу.
Ева подозрительно смотрела на Шута, который дел вид, что не замечает её вовсе, светя фонарями на скучные медицинские плакаты с изображениями мышц и костей человека. Шут всегда казался ей этаким простаком, видящим во всем развлечение и пытающегося перевести все проблемы в шутку, иногда он был серьезным, несомненно. Но сейчас. Она всматривалась в профиль друга и видела незнакомца. Чужого, скрывающего нечто важное. Что-то опасное Ева заметила в его глазах, но это «что-то» быстро исчезло.
«Моё воображение начинает меня пугать» — промелькнула в голове мысль.
Они поднялись на три этажа вверх, в пункт травматологии.
— Знакомое место, — вслух произнесла Ева.
Они заглянули уже в три кабинета, но нужного Шут не нашел. При каждом промахе, мужчина ругался всё громче. Пройдя дальше, пара наткнулась на закрытые двери, на которых было написано большими зелеными буквами: «Не входить». Но двери оказались приоткрыты, рядом валялась толстая цепь, сковывая ещё совсем недавно вход.
— Надеюсь это кто-то вошел, а не вышел.
Медленно, почти на носочках, они прошли в двери. Определенно здесь проходили некие операции, но коридоры и комнаты в нём были в беспорядке. Перевернутые каталки и стулья. Чуть дальше Ева заметила лежащие уже позеленевшие тела. Мертвые, наверное, как месяц. Но отвращение это не вызвало. Она присела у одного из тел, приметив одну особенность.
— Ни укусов, ни каких-либо ран, — вслух озвучила она.
Шут кивнул, это тоже показалось ему странным.
— Их будто что-то убило одновременно, — пораженно прошептал он.
Ответить Ева не успела, рация Шута активизировалась. Мужчина отреагировал сразу, Ева вскочила на ноги, подойдя ближе, чтобы лучше слышать. Глухой голос Маркуса, с прерыванием, вещал:
— Нужна …мощь в южной секции, на …тором …же, наш… кусак. Заперли, но нуж…..бить.
— Сейчас буду, — решительно ответил в рацию Шут. Ева пошла было за ним, но тот её остановил. — Нет, оставайся тут, ищи какое-нибудь обезболивающее и желательно присмотреть капельницу. Вернусь сразу, как помогу.
— Но я не знаю, что искать!
— Ищи прозрачные пакетики с физраствором и каким-нибудь антибиотиком. Новокаин и так далее. Там всё должно быть подписано.
Она быстро осталась одна в тишине.
«Ну хоть фонарик дал» — недовольно пробурчала Ева.
Бродя из кабинета в кабинет, из палаты в палату, девушка недовольно цокала, не находя нужное. Ей мерещились странные звуки, тихие шаги повсюду, но ни один кусака на неё ещё не напал. В одном из помещений она задержалась, кажется, Ева нашла целый склад лекарств (настоящий рай для наркомана), но ни одного раствора для капельницы.