Возвращение драйкери (СИ)

Я покосилась сначала на Рикки, который явно прикидывал, как бы свинтить обратно в лес, потом на Захарыча, слушающего лекаря с полным восторгом и предпочла вежливо отказаться.
— Лучше не надо, спасибо. — Посмотрела на несчастных селян и решила слегка раскрасить их жизнь в более оптимистические тона. — Знаете, совсем недавно было выдвинуто предположение, что убирать болезнь наружно лучше всего протиранием гномьим самогоном. Кстати, этот же автор утверждал, что целебные настойки на нем же оказывают на редкость благоприятное воздействие.
— На гномьем самогоне? В самом деле? — Старичок задумался. — Надо поставить эксперимент. А эти целебные настойки — как их изготавливать?
Следующие минут двадцать я подробно рассказывала все, что помнила о настойках, упирая время от времени на то, что самое опасное — передозировка. Старичок согласно кивал, потом горячо пожал мне руки, пообещал полный отчет по эксперименту, ни в коем случае не превышать дозировку и убежал готовить настойки. Оставшиеся на поляне селяне облегченно вздохнули, притащили несколько ведер воды и принялись отмывать себя и скотину. Мужчина, пострадавший последним, оказался старшим, и, приведя себя в порядок, с благодарностью пригласил меня в свой дом.
— Да почти всю жизнь у нас прожил. — Мы с Рикки ели густую похлебку, наложенную нам хозяйкой. Из-за приоткрытой двери выглядывала любопытная ребятня. — И лекарь замечательный, со всех ближних селений к нему шли. Его даже в город звали, но не захотел — тут он сам травы какие собирал, какие выращивал, да и наша жизнь ему больше нравилась… А месяцев восемь назад, как раз прошлой осенью, и начал чудить. И чем дальше — тем больше. Последнее время вообще просто по дворам ходит, указывает, кто к нему лечится пойдет, и попробуй не пойти — все же магик… Хотя зря не него говорить не буду — лечит по-прежнему хорошо, да и не болеет у нас почти никто. Но, когда отварами стал сверху поливать — хоть прячься от него! Этот, зеленый, еще ничего, а вот он красный недавно сварил, с перцем — еле до колодца добежал, так пекло. После этого возле поляны мы сразу ведра с водой ставим, чтоб если что не так — смыть по-быстрому… — Мужчина чуть вздохнул, потом повеселел. — Может, хоть увлечется предложенными вами настойками, тем более, как бы объяснили, на головы их лить не надо — только руки протирать. Да и внутрь гномий самогон всяко приятней… Особенно разбавленный… — На лице у старшего появилась задумчивость. — Лишь бы мужики не слишком увлеклись…
Захарыч, внезапно вышедший из стены и внимательно слушающий чужие рассуждения, хмыкнул и задумчиво произнес:
— Поздно спохватился. Там у дома лекаря очередь из внезапно заболевших и желающих лечиться исключительно новыми лекарствами. Он их записывает, и обещает через пару дней начать лечить. А пока собирается в трактир за гномьим самогоном. Там пара мужиков сейчас передерутся за честь его везти… Он пообещал, что кто его свозит, того будет лечить первым.
Я смотрела на Захарыча, а в голове крутилась какая-то мысль… И тут до меня дошло.
— А ближайший трактир где у нас расположен? — Быстро поинтересовалась я у старшего.
— Да на тракте же! — Недоуменно ответили мне. — Недалеко — пара часов на телеге-то… А что?
Спрашивал он уже у пустого места — перспектива ехать, все равно на чем, была гораздо приятнее варианта топать ножками с тяжелым рюкзаком за плечами. Я подхватила вещи, быстро поблагодарила хозяйку за суп, хозяина за рассказ и метнулась к двери. Рикки, заметивший мои метания, ускоренно заработал ложкой, явно пытаясь успеть впихнуть в себя как можно больше. Я метнулась обратно к столу, еще раз поблагодарила хозяев, теперь уже в общем, сдернула голодающего со стула и вместе с ним вылетела на улицу. Опаздывать на халявный транспорт я не собиралась.
  
Глава 10
 
Нервный не тот, кто стучит пальцами по столу, а тот, кого это раздражает.
Автор неизвестен.
Спустя четверть часа я благодушно развалилась в телеге, лениво посматривая по сторонам и игнорируя ворчание Захарыча. Подвести нас до трактира селянин согласился почти сразу, лекарь тоже не возражал, так что теперь я тихо блаженствовала под теплым солнышком. И сама не заметила, как задремала.
 
Разбудил меня тревожный шепот Захарыча. Я не сразу отреагировала на его бубнеж, отчего тональность сменилась на панические вопли. Я зевнула и открыла глаза.
Первое, что бросилось в глаза — это конные стражники, окружившие нашу телегу. Командир о чем-то строго спрашивал подвезшего нас мужика, тот тихо оправдывался, лекарь оставался абсолютно безмятежным, так что я, не понимая причин устроенной призраком паники, опять зевнула и принялась оглядываться.
— Тритти! — Захарыч бросал по сторонам тревожные взгляды. — Они мне не нравятся!
Я тихо хмыкнула и поинтересовалась:
— Кто такие хоть?
Почему-то каждый изволил принять этот вопрос на свой счет:
— Императорская конная стража! — Недовольно посмотрел на меня их командир, отвлекшись от беседы с мужиком.
— Полиция! — Рявкнул мне на ухо призрак, отчего я поморщилась. Почесав внезапно зазвеневшее ухо, вежливо поинтересовалась:
— А нас зачем остановили?
По-видимому, я сказала что-то не то, поскольку мужик втянул голову в плечи, а командир резко заинтересовался моей персоной. Захарыч покосился на них и быстренько выдал мне краткий отчет:
— Расспрашивал, не было ли чего странного, не появлялись ли чужаки в селении. Тебя возница сразу и сдал.
Не самая приятная новость. Но и не катастрофическая. Попробуем отмазаться.
— Представьтесь! — А командир явно несклонен к политесам. Я пожала плечами:
— Госпожа Тритти. А вы?
— Лейтенант Бурус. — На автомате отреагировал он и тут же нахмурился. — Вы магик? К какому селению приписаны?
Я опять пожала плечами и честно призналась:
— Да вроде ни к какому…
— Ясно, из вольных… — Лейтенант на пару мгновений нахмурился, после чего сообщил мне. — Собирайтесь, припишу вас к Клубкам. Уровень, стихия какая?
Я хмыкнула и вежливо поинтересовалась:
— А разве я должна это говорить?
Лейтенант зло посмотрел на меня, и сурово произнес:
— Если вы не назовете стихию и уровень, я не смогу приписать вас к селению!
— Вот и замечательно! — Искренне обрадовалась я. — А то я как-то не собиралась никуда приписываться…
Мне показалось или он действительно заскрипел зубами? Захарыч за его спиной одобрительно показал мне большой палец.
— Учитывая тяжелую ситуацию в стране, цепляться за права вольных с вашей стороны просто глупо.
Я чуть нахмурилась. Неужели по эту сторону гор маги позволяют так с собой обращаться? Быть того не может! Даже совсем слабые, вроде этого лекаря, и то могут доставить при желании массу неприятностей. А если посильней кто? Да и сам лейтенант насчет прав проговорился. Вот на это и стоит надавить. Как там его имечко?
— Лейтенант Брус, а какие у вас полномочия при встрече вольных?
— Бурус, госпожа магик. — Лейтенант чуть прищурился. — Записать силу мага, стихию и подобрать наиболее подходящее место проживания.
— Подходящее для кого? — Я легонько почесала нос. Лейтенант едва слышно скрипнул зубами.
— Для вас, госпожа магик.
— Лейтенант, вы издеваетесь? — С искренним любопытством поинтересовалась я. — Вы что — всерьез указываете магикам где им жить и что делать? А если я обижусь? Вы ведь должны осознавать, что более-менее подготовленный маг справится с вашими людьми, даже не напрягаясь?
Лейтенант поперхнулся.
— Нападение на представителя власти…
— Лейтенант Гнус, на вас пока никто не нападает. Давайте вернемся немного назад. У вас есть приказ, что делать, если магик с вами не соглашается?
— Бурус! — На этот раз имя произнесли по буквам. Потом нехотя озвучили. — В таком случае приказано сопровождать до встречи с капитаном…
— Ага. — Вот так и думала, что кое-кто превышает свои полномочия. — Тогда сопровождайте. Кстати, почему мы до сих пор стоим?