Явление магического договора (СИ)

— Да, неблагодарность в чистом виде, — Изабель бросила подозрительный взгляд на лежащую женщину и приказала: — Эй, вставайте, хватит притворяться и подслушивать!
Сделав испуганный шаг назад, девушка ойкнула, резко покраснела и приложила руки к пылающим щекам.
Женщина медленно поднялась, угрожающе глядя на дочь.
— Да уж, неблагодарная — это ты! Сколько я в тебя вложила денег, которых у нас и без того мало, отрывая от сыновей! И вот чем ты меня отблагодарила!
— Да ничем она вам не обязана, — резко вмешалась Беатрис. — Не выдумывайте!
— Откуда ты знаешь, мерзкая колдунья! — взъярилась женщина. — Тебя на костер нужно отправить за нанесение вреда людям!
— Я леди Изабель из рода Салливернов, а это моя сестра Беатрис. А теперь еще раз повтори, что мы мерзкие колдуньи, — зловеще проговорила рассерженная Изабель.
— С-салливерн? — заикаясь, проговорила женщина. — Те самые?
— А что, есть еще другие? — вкрадчиво произнесла Беатрис. Ей отчаянно не нравилась эта лгунья.
— Простите меня, пожалуйста, — захныкала та, потрясая птичьей лапой. — Я все поняла и раскаиваюсь.
— Врет! — единогласно постановили сестры.
Повернувшись к растерянной девушке, Беатрис предложила:
— Давай мы отправим тебя в наше поместье, и замуж ты выйдешь за своего избранника уже под эгидой нашего рода.
— Вы не посмеете забрать у меня дочь! — тут же завопила вовсе даже не раскаявшаяся особа.
— Она несовершеннолетняя и не имеет права что-либо делать без моего разрешения!
Даже не взглянув в ее сторону, Изабель спросила у дочери:
— Ты согласна?
Та отчаянно закивала, опасливо глядя на мать.
— Тогда ступай! — и Беатрис открыла портал, выходивший на широкое каменное крыльцо под узорчатым навесом, поддерживаемым двумя высеченными из белого мрамора кариатидами. — Скажешь, что от нас и обрисуешь ситуацию.
Девушка неосознанно посмотрела на мать, по привычке спрашивая разрешения, но та протянула руку, желая ухватить дочь за рукав, однако поднявшийся ветер быстро занес ту в портал.
— И не надо голосить, что мы не имели на это права, — меланхолично заметила Беатрис. — Это мы уже слышали. Давайте что-нибудь новенькое, а то скучно.
— Стража, стража! — завопила раздосадованная женщина, завидев идущий по парку караул.
— Грабят, убивают, превращают!
Фыркнув, Изабель дернула пальцем, и крикунья исчезла, оставив лишь вмятину на свежем снегу.
— Кто кричал? — строго спросил старший караула, подбежав на крик.
— Не мы, — весело разочаровала его Изабель, откровенно посмеиваясь над его внешним видом.
Действительно, стражник выглядел уморительно — худой, длинный, в лязгающей при ходьбе кирасе, он хотел казаться как можно более представительным и смотрел на всех с высокомерием родовитого дворянина.
— А кто тогда? — он принялся подозрительно озираться.
— Понятия не имеем, — Беатрис приняла вид кроткий и безмятежный. — Но мы тоже слышали крики. Может быть, кричали оттуда? — и она указала пальчиком за его спину.
Вояка нахмурился. Он был точно уверен, что кричала третья особа, невесть куда исчезнувшая.
— Вы арестованы и пойдете с нами! — приказал он, решив, что в участке будет сподручнее допрашивать этих странных особ.
— За что? — вторая девица вовсе даже не испугалась, а, как ни странно, даже обрадовалась, предвкушающе потерев ладони.
Вот тут-то бы стражнику и заподозрить, что дело неладно, но тот, привыкший ко всеобщему повиновению, не мог и предположить безобразной каверзы от каких-то тощих, в несуразных платьях девчонок.
— Вы неподобающе одеты! — выпалил он, — ткнув пальцем в ближе к нему стоящую Беатрис.
— Да? — невинно осведомилась она. — И что же на мне неподобающего?
Стражник хотел было сказать, что она практически голая, но на девушке вдруг откуда-то взялась длинная шубка из серебристого меха, а на голове — украшенный лентами теплый капор.
— Да вы колдуньи, — догадался он и, вместо того, чтоб извиниться, начальственно приказал, не подозревая о последствиях: — немедленно в участок! Там мы с вами поговорим по-свойски. Расколем на мах.
 
— Мне кажется, или в этом замшелом герцогстве в самом деле не уважают магию? — Изабель в такой же шубке и капоре повернулась к сестре, спрашивая так, чтоб ее слышали все стражники.
— Однозначно не уважают! — та радостно ухмыльнулась.
На мгновенье стражникам показалось, что возле девиц полыхнул ярко-красный огонь, но они, гордые своей благородной службой и несокрушимой верой в собственную неуязвимость, не поняли, что произошло.
— Тогда наш святой долг внушить им должное уважение, — Изабель воодушевленно просвистела бодрый мотивчик, что леди в принципе делать не полагалось. — И это замечательно!
И она, откровенно торжествуя, повернулась к старшему караула.
— Давайте-ка вы продемонстрируете нам свою невероятную воинскую выучку, — она небрежным взмахом руки превратила стоящий посредине большой клумбы розовый куст в миниатюрную крепость. — Атакуйте ее!
Стражники хотели было возразить, что им не смеют приказывать какие-то малоприличные особы, но вместо этого их руки без ведома владельцев сами выхватили оружие, а ноги понесли штурмовать маленькое, всего-то в полтора человеческих роста, сооруженьице. К их изумлению и возмущению, не желающая сдаваться крепость принялась весьма чувствительно огрызаться огненными выстрелами из игрушечных пушек.
Они попытались взять маленькую крепость с наскока, но не тут-то было! Скоро от льющегося навстречу отнюдь не шутейного огня у них сгорели плюмажи на шлемах, кирасы дочерна закоптились, тела покрылись болезненными синяками, но крепость не пала. Более того, после каждого попадания в атакующих на ее башне то и дело звучали победные фанфары.
Больше всего старшему караула было жаль своих роскошных усов, обгоревших после первого же залпа вредоносной крепости, и торчавших теперь под его носом жалкими серыми обглодками.
Привлеченный шумом и выстрелами, вокруг них стал собираться любопытствующий народ, то воодушевляющий вояк звонкими выкриками, то становившийся на сторону маленькой крепости и подбадривающий уже ее.
Сестры, уютно устроившиеся на стоящей неподалеку деревянной лавочке, по их приказу ставшей мягкой и теплой, удовлетворенно наблюдали за веселым сражением, громко аплодируя удачным выстрелам маленькой героической крепости.
Неизвестно, сколько времени бы продолжалось это забавное зрелище, если б перед ними не появился герцог-младший.
— Какая досада! — вздохнула первой увидевшая его Изабель и тихо прошептала сестре: — Как не вовремя. Только-только мы вместо помощи несчастным и увечным занялись приятными развлечениями, как появились разные неприятные типы и тут же нам помешали.
Анрион с любопытством обошел крепость вокруг, получив от нее пару крепких огненных зарядов, легко уничтоженных им еще на подлете. Потом пробормотал развеивающее заклятие и вместо яростно сражающейся крепости появился изрядно потрепанный розовый куст.
— А это идея! — он с благодарностью посмотрел на сестер Салливерн. — Для учений наших войск вполне можно использовать эти несложные превращения. Спасибо. Кстати, доброе утро, мы сегодня еще не виделись, — и он учтиво поклонился.
— Ваша светлость! — к нему прорвался обгоревший старший караула. — Прикажите арестовать негодяек! Они колдуньи, заставили нас, благородных стражников, стать посмешищем для всего города!
Герцог потемнел.
— А что же такое вы совершили, что вас заставили стать посмешищем?
Стражник замялся, внезапно осознав, что недовольство герцога направлено вовсе не на девушек, а на него.
— Эээ, — заблеял он, — я-то ничего, просто подумал…
— Мы неподобающие одеты для вашего сверхсолидного города, — развязно заявила Беатрис, решив-таки сыграть за Изабель. — Нас просто хотели отвести в участок, чтоб расколоть на мах!
— И что это значит? — обратился Анрион к стражнику таким спокойным голосом, что тому, пышущему жаром после сражения с прикинувшимся крепостью упрямым розовым кустом, вмиг стало холодно под мокрой от пота рубахой. — Как-как вы решили расколоть уважаемых гостей моей матушки?