Ты красавчик, Гарри! (СИ)

– А если он угробит тебя? – спросил Романов.
Гарри тяжело вздохнул и осмотрел своих надзирателей.
– Вы мне верите?
– Это не тот случай, когда мы имеем право рисковать…
– ВЫ МНЕ ВЕРИТЕ? – с нажимом спросил Гарри. – Если верите – просто доверьтесь мне и дайте мне пятнадцать секунд!
Давно их не было.
Нет, я не про… не знаю о чем вы подумали, но я о звездах.
Да, мне они попадались на глаза, и не раз, но к моему удивлению никакого отклика в душе они не давали. Чуйка молчала и я со временем вообще перестал на них обращать внимания.
Только вот в тот раз, когда Сидоров пришел ко мне в общежитие и принес планшет с документами, я запаниковал.
Сначала я посмотрел на планшете видео, где без перевода на незнакомом мне языке, обсуждалось заклинание «Вой стаи». Это оказалось довольно эффективное заклинание, основанное на школе воздуха. Оно спокойно защищало от магических атак и буквально расщепляло любую стороннюю магию за счет резонанса.
Вторым заклинанием был «Режущий ветер». Это жутко смертоносная вещь. В стороны от противника выходит волна силы, разрезающая все на своем пути в мелкий салат. Обычно такое заклинание испускало волну высотой в десять-двадцать сантиметров, но семья Херниксон довела эту волну до двух метров.
То есть, сочетание «Вой стаи» и режущий ветер – серьезная заявка на превращение меня в салат «Мелко накрошенный некромант».
Примерно поняв, что произошло и чем мне это все грозит, я открыл папку с документами и первое, что обнаружил – ручку, оставленную Сидоровым.
Обычная черная ручка, с золотым зажимом, на котором были лаком нанесены две звездочки. Желтая и зеленая.
Я наверное минут двадцать сидел и рассматривал звездочки, под рычание Наумовой с угрозами расправы над шведом, тихим шепотом Демидовой, о том, что надо договорится и внимательным взглядом молчавшей Орловой.
Да.
Это были те самые звезды.
Желтая и зеленая меня успокоили.
Я взял себя в руки и принялся читать то, что принес мне Степан.
Из всего объема, по большей части бесполезной для меня, информации, я вычленил пару моментов. Первый – «Вой стаи» – это антимагическая защита. От физических атак она не защищает. Второй – на подготовку к «Режущему ветру» нужно время, а если быть точным то двадцать секунд. Стандартная аристократическая арена для дуэлей – двадцать метров. От меня до этого Улофа будет десять метров. За сколько я пройду десять метров?
Пятнадцать секунд? Десять?
Артефакты и накопители на дуэли не допускаются. Только личное родовое не магическое оружие, а у Хенриксов это меч.
И да, по его правилам я играть не собирался.
К черту правила!
Это моя жизнь!
  
Глава 11
 
– Гарри, это ведь не правда? – спросила Катя, шедшая рядом с Гарри по коридору с лекции.
– Конечно нет! – возмутился парень. – Я просто спал с Орловой. Никакого секса не было. И оргией там не пахло. Наумова материлась по другому поводу. Демидова причитала по этой же причине…
– Беленький! – недовольно рыкнула Катя. – Я не про это!
– Гарри, я волнуюсь, – лаконично произнес Борис.
– Да, дуэль состоится. Да, завтра в полдень. Да, это Улоф Хенриксон, – вздохнул молодой некромант.
– Гарри, ты понимаешь на что идешь? – спросил Борис.
– Я, по твоему, сумасшедший? – фыркнул Гарри. – И я когда-нибудь отступал?
– Нет, но… Это уже не шутки. Тебя могут убить.
– Сударь, мне так приятна ваша забота, – вздохнул Гарри. – Но доверьтесь мне. А лучше подыграйте.
– У тебя есть план? – спросил Боря.
Гарри остановился и взглянул на друга.
– Есть. Ты пойдешь моим секундантом?
– Что за глупые вопросы? – хмыкнул друг. – Конечно пойду.
– Тогда сегодня у меня в комнате, – кивнул Гарри и взглянул на Катю.
– Я тоже пойду! – заявила та.
– Только при одном условии. Не смей называть меня извращенцем! – пригрозил ей пальцем Гарри.
– Ты что задумал, Беленький? – с прищуром глядя на друга, спросила Катя.
– Гарри, – расплылся в улыбке Борис. – Ваш план меня заинтриговал.
 
– Все вечером, – вздохнул Гарри. – А пока, пошли в столовую. Я есть хочу.
Добравшись до столовой и набрав себе еды, ребята уселись за столиком. Как только Гарри пододвинул к себе миску с крем-супом, то взглянул на Екатерину.
– Кать, ты справилась?
– Да. Нашла двух старшекурсников, – кивнула девушка и достала из рюкзака несколько листов с записями. – Они посчитали потери на нашем первом прототипе.
– Много? – вздохнул Гарри.
– Очень, – кивнула Катя и, отдав бумаги, пододвинула к себе миску с салатом. – Девяносто восемь целых и шестнадцать сотых процента потерь.
– Мы на двух процентах ехали? – смутился Гарри.
– Ты истощения не почувствовала, – заметил Боря.
– Так мы и проехали всего пару километров, – хмыкнула девушка, подцепив лист салата. – Но факт остается фактом. Идея – так себе. На длительной гонке мы к финишу с истощением доедем.
– Нет, в принципе можно же и другую силу использовать, – задумчиво произнес Гарри.
– А ты уверен, что от резкой смены стихии все в разнос не пойдет? – хмыкнул Боря. – Может все же пороемся в темах, что Ляшев упоминал?
– Ну, радиусный потенциал Черненко я смотрел. Там два контура в колеса встраивают, – произнес Гарри, задумчиво гоняя в тарелке креветку ложкой. – Смысл сводится к тому, что пропускаем силу по одному контуру, а противоположную силу в другом контуре и в другую сторону. Там возникает разность потенциалов и они начинают вращаться. Потерь минимум, ты ведь по сути через контур силу из одного накопителя в другой гонишь, но система все равно сложной получается. После того как накопители выравниваются по объему, надо еще специальный артефактный насос, который будет принудительно качать остатки силы из одного накопителя в другой, а это уже сильно заморочено получается.
– С импульсами Крамма тоже все сложно, – кивнула Катя. – Там принцип в том, что на предмет наносятся две противоположные по стихии такры.
– Кто? – нахмурился Мрак-Беленький.
– Такра – артефактное подобие руны или знака… блин, я не знаю как объяснить. В общем, их целая куча и это, по сути, многоразовая руна с заданными свойствами. Руну чертят, а такры в основном из сплавов металла делают. В принципе, поискав у артефакторов можно найти нужную нам.
– Потом с ними разберемся. В чем суть системы Крамма? – спросил Борис.
– Крамм предложил использовать взаимное отталкивание двух противоположных стихий. Такры берут на излучение конкретной стихии. Когда одновременно выбрасывается небольшое количество силы, то происходит толчок. Он и дает импульс для движения предмета.
– Я думал должно шандарахнуть, – произнес Гарри, после того как проглотил ложку рыбного крем-супа.
– Так и шандарахнет, – хмыкнула Катя. – Если силы дать много и неправильно углы такр выставить. Там очень важен угол и количество силы. А с углами там прямо заморочено. По моему что-то около девяти целых и семнадцати сотых градуса.
– Точность на гоночных болидах – такое себе, – произнес Мрак-Беленький и, заметив взгляды друзей, пояснил: – Нет, точность важна, но не в условиях нашей «гоночной команды».
– Это ты к чему? – хмуро спросила Катя.
В этот момент к их столику подошла троица девушек, начав расставлять свои подносы.
– Гарри. Ты мог бы и невест дождаться, а не убегать сразу после лекции, – заметила Наумова, усаживаясь за стол.
– Простите, дорогие, но у меня совещание по поводу нашего прототипа гоночного гроба на колесиках, – хмыкнул Гарри и взглянул на Екатерину. – Кать, точность – это хорошо, но есть один важный нюанс. Даже если мы все сделаем правильно, и оно будет работать, то в условиях жесткой гонки, все что может сломаться – обязательно сломается. Мне сейчас кажется, что главное – надежность!
– Это ты на систему Сальдо намекаешь? – хмыкнул Борис.
– А почему бы и нет? – пожал плечами Гарри. – Вот вам задачка, если система Крамма и система Черненко гораздо более эффективные, почему у нас машины все еще по земле на бензине ездят?