Пепел и кровь (СИ)
— Опять секреты и тайны? Что ж, у тебя ничего другого и нет. Иногда мне кажется, что ты погряз в них настолько, что если тебя заставить пожить хотя бы декаду спокойной жизнью, то ты попросту засохнешь, как рыба без воды.
— Хах, ты ранишь меня в самое сердце! Ведь кроме них у меня ещё есть ты! К тому же, хочешь верь, а хочешь нет, но я, между прочим, провёл почти три дня за решёткой, вкушая местную баланду и думая лишь о тебе.
— Неужели? Это тебе вкус тюремной похлёбки обо мне напомнил?
— Ну вот как⁈ Как вы женщины всё умеете испортить? Такой образ… Хоть роман пиши. А ты…
— Может уже к делам перейдём, а? — Деневиль взяла бокал со стола и с удовольствием сделала глоток.
Лёгкое освежающее вино из Золотого дола, цвета солнца, играющего своими лучами на пшеничном поле, с нотками ягод и груш… То, что нужно после утомительной поездки.
— Как тебе будет угодно, тем более ты, как всегда, права, время нынче дорого нам обходится.
— Но это не значит, что я не готова послушать твою историю приключений в Железном городе.
— Мою ли? Или же твоего светлого рыцаря Дунвеста? Кстати, он жив здоров, добрался до Княжества.
— Жаль только, что в статусе цареубийцы. Теперь с ним точно придётся разорвать все отношения, включая его возможное общение с сыном. Но ты обещал подробности, и я жду.
Бокал пустел по мере того, как добавлялись всё новые детали приключений Блурвеля (или Хески, под чьей личиной на этот раз он пребывал в Приозерье).
— Значит, опять Зайцы?.. Ты же ещё тогда знал, что они тебе пригодятся, да?
— Знать мне не дано, — уклончиво ответил маг. — Просто я могу видеть чуть больше возможных вариантов.
— А я вот эти твои ниточки так разглядеть и не смогла… Что ещё раз говорит о том, что все твои попытки тщетны, и мастером мне никогда не стать.
— Ну не-ет, мы так просто не сдадимся. Тем более, что наша поддержка командора Люциуса открывает новые возможности для моих исследований. Как там кстати у него дела?
— До его победы осталось недолго, вероломный дядя короля разбит, весь север, включая Илием, в руках Ордена. Его цепной пёс, капитан Крест ведет рыцарей на юг, на родовые земли заговорщиков. Кстати, поговаривают, что он достиг-таки 4-й ступени, и стал вторым, кому это удалось. Даже странно, что Люциус кому-то позволил встать всего на ступеньку ниже себя.
— Ему нужны союзники. Как бы силён он не был, в одиночку войну не выиграть. За Крестом идёт половина рыцарей, да и в Ордене у него хорошая репутация, куда лучше, чем у самого командора. В Закатном королевстве жрецы — не меньшая сила чем армия. За ними стоит народ, а без поддержки простого люда гражданскую войну не выиграть.
— Вот только она закончится, и вместо союзника этот параноик будет видеть в капитане лишь очередную угрозу.
— Нам это не помешает. Своё мы попросим, как только победа будет у него в руках.
Деневиль не стала спорить. Лишь взглядом намекнула магу, что было бы неплохо наполнить её бокал снова.
— Давай вернёмся к этому Мазаю, — предложила она, взяв снова заигравший золотом напиток. — Если он нам больше не нужен, то лучше избавиться от него. Он слишком много знает, ещё о большем догадывается. Есть у тебя кто-то на примете в Солнечной заставе, кому по силам такая работа?
— Конечно, есть. Вот только, боюсь, это будет опрометчивый поступок.
— От чего же? Снова твои линии и ниточки? И что же на их концах?
— На этот раз, видимо, это не мои ниточки.
— А кого же? Самого императора? — предположила Деневиль и охнула, картинно прижимая руку к своему открытому рту.
— Не паясничай, — одёрнул её маг. — Тем более, когда упоминаешь его имя. На этот раз он тут ни при чём, но кто знает…
— И всё же, о ком речь?
— Вчера я получил письмо от магистра Протеруса.
— Это который объявил свой личный нейтралитет на время гражданской войны закатников?
— Он самый.
— И что же он от нас хочет?
— Просто уведомляет, что некий наёмник Мазай ему кое-что должен, и пока он этот долг не вернёт, магистр не рекомендует причинять ему какой бы то ни было вред, способный помешать это сделать.
— Да ладно⁈ Не шутишь? Да что это за человек такой, и как он успел во столько дел вляпаться? Это всё?
— Нет. Ещё господин Протерус просит нас об одолжении.
— Разве магистры просят? — не сдержала удивления Деневиль.
— Конечно! Просто я не помню случаев, чтобы им кто-то отказывал…
— И что же он просит?
— О, сущий пустяк, — отмахнулся маг. — Всего лишь, чтобы мы помогли правильно собрать отряд по спасению Грозового княжества.
— Какой ещё, к чёрту, отряд⁈
Вежливый, но настойчивый стук в дверь прервал разговор.
— Входи, — скомандовал Блурвель, впуская своего помощника.
— Господин, прибыл кузен госпожи Деневиль. Он просит об аудиенции.
— Что ж, проводи его в кабинет, — разрешил маг, с ехидцей поглядывая на удивлённое лицо своей гостьи. — Нам с госпожой Деневиль не терпится послушать, что же нам хочет поведать главный маг Солнечной заставы.
* * *Весна ворвалась в княжество стремительными ручьями и радостным щебетанием птиц. Ещё дней 10 назад парни месили мокрый снег во дворе под чутким руководством Сивого и Дункара, а сегодня всё подсохло, и того и гляди полезет первая трава. Не даром долина, которую запирала Застава, называлась Солнечной.
За те три декады, что минули с вызволения Варфы, с нами, к счастью, ничего не приключилось. Но это не значит, что мы сидели сложа руки. Наоборот, передышка позволила нам утрясти уйму дел и залатать кучу дыр. Все были при деле, на всех была ответственность, и не было похоже, чтобы кто-то из моих людей не был этому рад. А ведь некоторые поначалу воспринимали мою идею с делегированием как навязанную им непрофильную работу. Но ощущение причастности к общему делу и своевременная похвала начальства, сдобренная надбавкой к жалованью, поменяли такое отношение.
Организовать детский приют на базе храма Т’ара возле Заречной было хорошей идеей. Во-первых, моё первое впечатление о его настоятеле подтвердилось, и человеком он оказался хорошим, пусть и не сильно набожным. При условии финансирования он согласился выделить часть пустующих помещений и силами своих людей и активных прихожан превратил их в пригодное для проживания место. Во-вторых, Заречная — большая и зажиточная деревня, а люди в сельской местности куда ближе воспринимают чужое горе, нежели городские. В итоге больше половины детей разобрали по семьям. Маленьких, так и вовсе всех. Ещё двоих мальчишек постарше и посмышлёней забрали к себе мы. Они у нас были вроде посыльных, бегали по всей Солнечной с записками и поручениями. И их это полностью устраивало, ведь что может быть желанней для 10-летнего пацана, чем возможность кичиться тем, что он состоит в отряде самых настоящих наёмников. А если к этому добавить периодические уроки от Дункара, который иногда даже давал им возможность подержать самый настоящий меч!.. За это они готовы были выполнять любую работу.
Правда остальные полсотни детей всё же приходилось содержать, и с учётом строительства и прочего материального обеспечения обходилось это недёшево. Помогли спонсоры, которых нашёл Хорки. И что удивительное, первыми из них стали глава кузнечного квартала, который просто выложил 2 золотых, и… уважаемая Барма, хозяйка дома удовольствий. Тот спонтанный спор не прошёл даром и помог Хорки завязать отношения с обоими. Хотя в случае с ним, скорее всего, о случайности говорить не приходится.
Как бы-то ни было, с каждой серебрушки оставленной клиентами в увеселительном доме 10 медяков теперь шло на содержание приюта, о чём Барма не стеснялась говорить всем своим посетителям. Это уже я её надоумил о таком пиар ходе. В итоге, прибыли у неё стало только больше, люди охотнее предавались греху, зная, что часть этих денег пойдёт на благое дело. Ну а далее, прослышав, что детям помогают даже наёмники и шлюхи, нашлись и те, кто тоже решил помочь, при чём по той же схеме. То есть с возможностью транслировать это своим клиентам. Насколько хватит запала, я не знал, но по крайней мере на ближайшее время вопрос о финансировании остро не стоял.